Френдзона для бэдбоя - Яна Лари

Девушка тоже поворачивается к окну. С удивлением рассматривает ночной город, словно видит его впервые.

— А что не так с огнями?

— Не видите? — Невольно скребу макушку, пытаясь выиграть время. Тему как бы задал философскую, а сам вообще не мастак говорить о высоком.

— Ну-у… Красиво же, — выдаёт она растерянно.

— А если копнуть?

— То что? — непонимающе хлопает глазами.

— Город ночью — это визжащее одиночество. Время пьяных и душевнобольных. Или пьяных душевнобольных. Это я как сотрудник ночного клуба говорю. Вот буквально на днях был случай. В вип-кабинке пьяная оргия со студентками, а сегодня главный герой наших камер в этом прекрасном зале собирается делать предложение… Невесту по-человечески жаль.

— И вы с этой информацией, конечно, случайно здесь оказались.

Попытка скрыть вспыхнувший интерес за скепсисом хорошая. Но заинтересованный блеск глаз выдаёт её с головой.

— Информация всегда была в цене. — Пожимаю плечами.

Деньги — идеальное прикрытие. В наше время корыстью оправдать можно практически всё. К счастью, Ярина тоже так считает. А ещё судя по ухмылке, очень хочет заполучить предлог сорвать помолвку. Значит, Амиль не соврал.

— Сколько? — Ярина поднимает бровь.

— Ну… — Развожу руками. Думай, олух, думай… — Как договоримся. Ноутбук остался в номере, готов хоть сейчас показать товар лицом.

Она сомневается. Шарит глазами по залу, пока не находит девушку в синем. Неожиданно ёмко для леди матерится сквозь зубы и решительно кивает.

— Пошли.

Прикасаюсь пальцами к изящной спине, чуть подталкивая Ярину вперёд.

Мне, честно говоря, всё ещё не верится в успех, поэтому идём мы очень-очень быстро. Отпираю номер и захожу первым, оставляя за дамой выбор закрыть или нет за нами дверь.

Не закрывает.

— Одну минуту. — Я киваю на кресло, судорожно пытаясь придумать предлог её задержать.

Ухожу в смежную комнату, где нос к носу сталкиваюсь с Амилем, сидящем на краю ванны.

— Привёл?

— А то.

— Отлично. — Амиль, чем-то жутко довольный, достаёт телефон. — Теперь иди, целуй.

— Не понял?

И всё-таки больной на голову.

— Для вида. По-настоящему она в обморок шваркнется, а я тебе ещё и врежу. Мне просто снимок чёткий сделать.

— Ты нормальный?

— Послушай, — быстро шепчет он, мёртвой хваткой удерживая меня за локоть. — Я по глупости связался с её сестрой. А та идиотка мало что промолчала про наличие мужа, так Игорь нас в придачу на горячем поймал. Ну как поймал… Не успел немного. Аля на пару минут раньше домой вернулась. Спасла наши шкуры. Подыграть согласилась, мол с ней я, а не со старшей… А мужик суровый. Псих натуральный при погонах и связях. В общем, женись говорит, раз девчонку испортил иначе каюк. Нормально? Я её даже пальцем не тронул! В итоге она меня может кинуть, а я её — нет. Подполковник их этот начнёт копать — сто процентов посадит. И Аля упёрлась: «я не такая, чтоб переспать без любви. Как я ему скажу, что не хочу за тебя?»! Типа, сам выпутывайся. Ей сестру главное прикрыть. В общем, хорошо расслабился. Теперь хоть начинай новую жизнь… На другом континенте… Под другим именем…

— И-и-и?..

— Что, и? Аля с тобой в номер пришла добровольно. Целовалась. Зачем, спрашивается?

— Зачем? — переспрашиваю, уже мало что соображая.

— А вот это пусть попробует объяснить своему подполковнику чокнутому, если продолжит упираться. Я лучше в мясорубку суну палец, чем в обручальное кольцо!

— Стоп. Подожди, какая Аля? Я другую привёл…

— Какую? — хмурится Амиль.

— Вторую…

— Макс, ты олень!

— От оленя слышу, — ржу, стекая по стене. Смысла-то шифроваться теперь нет.

Ну серьёзно. Как можно было так тупо встрять?

Акустика в ванных комнатах всегда на высший балл. Вот и сейчас звук наших голосов привлекает виновницу конфуза. Леди в вишнёвом совсем не деликатно распахивает дверь. Останавливается в проёме, упирая руки в изящные бока: лицо пышет жаром, веко дёргается, носок туфли отбивает похоронный марш…

— Ахметов! Ты можешь хотя бы в мой день рожденья не чудить? Опять против Альки козни строишь?!

— Иди мужу пожалуйся. — Закатывает он глаза, протискиваясь мимо неё в комнату. — Рядышком будем красиво лежать. Живым-то я с тобой даже на одном гектаре больше не присяду.

— Ярина, ты здесь? Тебя ищут…

Я выглядываю на так трогательно оборвавшийся женский голосок.

— Амиль? — настороженно смотрит на него девушка в синем. — Кто тебя так, Игорь?

— У него бы я не выжил. — Морщится, потирая переносицу мой будущий шурин.

— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — Её взгляд останавливается на мне.

— Жених перенервничал. — Развожу руками.

— Парни решили тебя подставить… — Ярина насмешливо крутит у виска. — Но так как они идиоты, то здорово облажались. Будете разводиться, непременно обери его до последней рубашки.

— А знаешь, я передумала разводиться, — зло выпаливает она в лицо Амиля.

— Нет, это я женюсь на тебе, поняла? — грозно надвигается на неё Ахметов. — По-настоящему.

— А я… — пищит девчонка, но запинается, когда он прижимает её к стене.

— А ты никуда от меня не денешься!

А я? А у меня улыбка до ушей. Их перепалка по накалу так напоминает ту нашу с Мари последнюю ссору у забора. Эх, молодёжь… Так или иначе, но свою часть задания я как сумел, выполнил. И теперь с чистой совестью иду устраивать личную жизнь.

— Поздравляю, брат, — Хлопаю Амиля по спине. Он с трудом отрывает горящий взгляд от губ своей невесты. — Один вопрос, зачем тебе секатор?

— В машине валялся, отец просил купить, — бросает Ахметов, удерживая руками девичьи плечи. — Не доехали…

— Пошли, отдашь его мне. Завтра сам девчонок отвезу, заодно передам.

— Идём, — Кивает и обращается уже к полыхающей как помидор Але. — Кольцо заберу и вернусь. Жди. Будет тебе замуж…

— Вот такой пацан. — Подмигиваю скривившейся невесте, показывая ей большой палец за спиной Амиля.

Тёмные дела за спиной у аиста

Пожалуй, стоит начать с того, что я просыпаюсь не в своей постели. Неродной потолок, мелкий цветочек на чужих шторах, приятная нега в мышцах… ну, и облако женских волос. Так и проспал всю ночь, зарывшись в него носом.

Странные ощущения. Обычно я испытываю дискомфорт уже от одной мысли о совместном с кем-то пробуждении. Проще говоря, тело готово домогаться, а мозг требует убраться, пока домогаться не начали его. Как правило, побеждает второе, потому что я в принципе не люблю быть снизу, но женщинам непременно хочется наутро тебя подмять и желательно сразу под каблук.

Ясно, что все нюансы обговариваются на берегу — я такой товарищ, который сам по себе. И не скажу, что это много кого останавливало.