После поцелуя - Карен Рэнни

Женщина, которая ценит удовольствие,

часто восхваляет своего любовника.

Из «Записок» Августина X

Когда Маргарет снова проснулась, Майкла рядом уже не было. В изножье кровати лежала одежда, которую она оставила на кухне. Все вещи были вычищены и выглажены. Маргарет оделась и отправилась на поиски графа.

– Полагаю, мисс, – заговорил Смайтон, стоявший внизу у лестницы, – что вы найдете его сиятельство в библиотеке. – Кивком головы он указал, в каком направлении идти. – Утреннюю гостиную убрали, чтобы вы смогли принять там портниху, – добавил Смайтон, на лице которого застыло хмурое выражение.

– Вообще-то я не мисс, а миссис, – проговорила Маргарет. Она не могла объяснить, почему ей было важно, что о ней думает дворецкий Майкла. По какой-то причине ей хотелось, чтобы Смайтон знал, что она еще не совсем падшее существо. – Я вдова. И о портнихе слышу впервые.

Смайтон слегка поклонился.

– За портнихой послал его сиятельство, мадам, – сказал он.

Маргарет прошла по коридору в сторону библиотеки, глядя вслед Смайтону, который мгновенно растаял где-то в тени коридора. На ее стук Майкл отозвался сразу, так что Маргарет толкнула дверь и вошла.

Когда она впервые была в этом доме, ротонда показалась ей великолепной. Но ротонде было так же далеко до этой комнаты, как простому сахару до пирожного со взбитыми сливками.

По размеру библиотека раза в четыре превышала ее деревенский коттедж. Комната была двухуровневой – на второй этаж вели две винтовые железные лестницы, расположенные с двух сторон библиотеки. Стеллажи из красного дерева, заставленные книгами, тянулись вдоль стен первого и второго этажей. Напротив камина стояли диван и два стула. Замечательное место для того, чтобы свернуться тут клубочком и читать.

Но самое большое чудо было на потолке. Запрокинув голову, она стала рассматривать роспись. Прежде Маргарет слышала о храмах, построенных в честь Господа, и дворцах, сооруженных для знатных господ. В таких местах люди испытывали благоговейный трепет. Но Маргарет и в голову не приходило, что такие же чувства можно испытывать в библиотеке.

В книжной лавке Джерома полки никогда не пустовали, читатели со всей Англии заказывали у него книги. И все же в библиотеке Майкла книг было больше, чем когда-либо бывало в магазине Джерома.

– У тебя от удивления глаза как блюдца, Маргарет, – проговорил Хоторн.

Она посмотрела на графа, наблюдавшего за ней из-за письменного стола.

– Чудо, а не комната, – ошеломленно промолвила она. – Такая огромная библиотека!

– В доме всего одна спальня – именно из-за библиотеки, – сказал Хоторн. – Остальными пришлось пожертвовать для того, чтобы освободить побольше места для книг.

– Никогда в жизни не видела такого большого собрания, – призналась Маргарет. – И ты все их прочел? – Переходя от шкафа к шкафу, Маргарет водила пальцами по книжным корешкам. Похоже, у графа весьма разнообразные интересы, охватывающие все сферы, начиная от истории древних цивилизаций и заканчивая сельским хозяйством.

– Большую часть, – кивнул Монтрейн. – Я очень быстро читаю.

– Так ты этим здесь занимаешься? – спросила Маргарет.

Хоторн на мгновение задумался, прежде чем ответить ей.

– Нет, в основном я здесь занимаюсь шифрами, – вымолвил он наконец.

– Шифрами?

– Загадками, – уточнил Майкл. – Или, если хочешь, кодами. Я разгадываю тайны, не доступные другим людям.

Маргарет была поражена. Это признание как-то не вязалось с ее представлением о характере графа Монтрейна. Правда, однажды он признавался ей в своей сдержанности. И еще в том, что он привык к порядку во всем. Живет по раз и навсегда заведенным правилам. Однако тот граф Монтрейн, которого знала Маргарет, являл собой совсем иное существо – нетерпеливого человека, подчиняющегося страсти.

– Но почему тебя интересуют именно шифры? – спросила Маргарет.

– Могу дать тебе самое простое объяснение – потому, что их надо разгадывать, – сказал Хоторн. – Но оно не единственное. Я обожаю состязания и во всем должен быть первым, – неожиданно для себя признался граф. На его лице появилась насмешливая улыбка. Подумать только, сказал ей правду и тут же посмеялся над самим собой. – Что поделать, это неотъемлемая черта моего характера.