Звезды над озером - Ирина Лазарева

Через пятнадцать минут был дан сигнал к выступлению. Флотилия приступила к выполнению Тулоксинской десантной операции.

Всё тотчас пришло в движение. К полудню погрузка первого эшелона морской пехоты с вооружением, боеприпасами и техникой была завершена. Корабли начали вытягиваться из устья реки, вышли на Волховский рейд и построились в походный ордер.

И вот во второй половине дня целая армада двинулась на север, за Олонец. Впереди шли канонерские лодки. «Бира» шла под флагом командующего Черокова. Следом тронулись транспорты с десантом и сторожевой корабль «Конструктор», на котором находился штаб высадки. Двигались медленно, со скоростью пять узлов, по причине присутствия в походном ордере тихоходных транспортов. Сторожевые катера следовали на буксире в целях экономии топлива, к тому же технические данные не позволяли им длительное время двигаться малым ходом.

— Хорошо, когда над головой свои самолеты, — сказал Кирилл, стоя рядом с Алексеем. — И погодка в самый раз. Что, ребята, повоюем? — весело обратился он к пехотинцам.

— Развоевался! — буркнул Алексей. — Смотри, никакой самодеятельности. Слушайся командира десантников. Молодечество в десантной операции неуместно и опасно. Тем более что ты в этом ни бельмеса не смыслишь! Ты слушаешь меня или нет?

— Слушаю. Помнишь, ты сказал, что человек должен уважать самого себя?

— Для этого вовсе не обязательно искать шальной пули.

— Но и прятаться от нее нельзя.

— Можно и нужно! Количеством трупов сражения не выиграешь. А нам победа нужна. Понял?

— Так точно, товарищ командир! Скорей бы уже. Долго нам еще ползти?

— Хорошо, если к утру доберемся.

Скоро солнце потонуло в озере, и наступила тишайшая белая ночь, полный штиль, ни ветерка, видимость отличная. Суда медленно продвигались в мерцающем водном пространстве, которому не видно было конца. Поздним вечером караван судов нагнали бронекатера, которые на Свири поддерживали огнем наступление советских войск.

В два часа ночи стало известно, что 7-я армия взяла Гумбарицу и с боями продвигается на север.

Берег показался только в четыре утра. Два финских самолета-разведчика покружили в стороне и улетели.

— Засекли, гады, — сказал Федя Лыков. — Теперь зашевелятся, «юнкерсов» натравят.

Любопытное солнце не усидело надолго за горизонтом и выглянуло красным глазом из-за края земли. Корабли развернулись фронтом к берегу в двенадцати милях от песчаной полосы между устьями рек Видлицы и Тулоксы.

Первыми стремительно пошли на огневые позиции канонерские лодки и в пять часов утра открыли интенсивный огонь по намеченным целям.

Через пятнадцать минут в воздухе раздался гул летящих самолетов.

— Наши летят, — не уставал комментировать Федя, — бомбардировщики и штурмовики. Сейчас ка-ак жахнут, будь здоров!

На берегу загрохотали частые взрывы. В воздух взметнулись клубы огня, дыма и песка. «Конструктор» и канонерки палили из пушек не переставая. Казалось, в этом аду не в состоянии выжить ни одно живое существо, но противник упрямо отвечал стрельбой из дзотов.

— Заводи моторы! Полный вперед!

«Морской охотник» только что не встал на дыбы, рванул, как лихой скакун, к берегу. Самолеты, сделав свое дело, улетели. Теперь катера «морских охотников» и бронекатера с близкого расстояния расстреливали огневые точки врага. В это время появились две группы бомбардировщиков и, не снижаясь, беспорядочно сбросили бомбы. Корабли ответили зенитным огнем и отразили налет.

С первым броском сошли на берег коменданты пунктов высадки, корректировочные посты, инженерная группа и гидрографы. Работали слаженно и быстро. На берегу устанавливались ориентировочные знаки для командиров высадочных средств, возводились причалы, сооружались командные пункты, землянки, узлы связи; гидрографы очистили и обвехтовали подходы к берегу.

Пошли вперед высадочные средства — разъездные катера, катерные тральщики, «каэмки», мотоботы, тендеры. Катера «морских охотников» вели мелкие суда к месту высадки.

Пехотинцы попрыгали в прибрежную отмель. Грянуло русское «Ура!».

— Кирилл, стой! — закричал Алексей. Внезапная и уже знакомая боль резанула в груди.

Кирилл оглянулся; оживление и жажда битвы ясно читались у него на лице. Он больше ничего не скрывал. Мятежный дух его, та страстная сила, что жгла изнутри и вслепую толкала на противоречивые поступки, вырвалась теперь на свободу. Исчезли сомнения, недовольство собой, сейчас он точно знал, что все делает правильно.

Алексей схватил его за плечо:

— Соберись сейчас же! Ты в бой идешь, а не на увеселительную прогулку.

— Я в порядке. Никогда не чувствовал себя так хорошо. Ты лучше себя береги. Скоро увидимся, — скороговоркой ответил Кирилл, спрыгнул в воду и побежал к берегу.

Алексею некогда было размышлять. Катерные тральщики и тендеры, высадив бойцов, немедленно отошли и устремились к транспортам за новыми группами десантников и техники. Малые «морские охотники» вплотную к берегу вели огонь по уцелевшим орудиям противника и искусно ставили дымзавесу подплывающим судам.

Алексей справился у радиста:

— Что слышно о седьмой армии?

— Пока новых сообщений нет, товарищ командир.

Как видно, высадка десанта застала финнов врасплох. Сопротивление было оказано слабое, поэтому морским пехотинцам в короткий срок удалось захватить большую часть намеченного плацдарма. Но самое трудное было его удержать.