Поцелуй куртизанки - Мэри Блейни

«Будь ты проклят, с кем это ты себя вообразил? С какой-нибудь молочницей, которая не прочь поваляться в сене? С куртизанкой, которая думает, что неплохо бы для разнообразия заняться любовью на природе? Ты с девственницей, с девушкой, которая находится под защитой твоей семьи».

Дэвид сел и стал стряхивать травинки с сюртука. Он почувствовал, что Мия делает то же самое — собирает травинки с его спины, — и ему захотелось крикнуть, чтобы она оставила его в покое. Не прикасалась к нему. Бежала от него как можно быстрее.

— Нет.

Мия словно прочла его мысли.

— Я не сказал ни слова.

— Вам и не надо ничего говорить, лорд Дэвид, ваше тело напряжено, как туго натянутая струна. Вы не хотите, чтобы я к вам прикасалась. Вы хотите, чтобы я ушла и никогда не возвращалась. Вот на это я и ответила «нет».

— По вашему голосу непохоже, чтобы вы обиделись.

— Потому что я не обиделась. Я думаю, прогонять меня прочь, когда вы так явно… гм… заинтересованы в чем-то другом, — это очень благородно с вашей стороны и, может быть, даже романтично.

— Господи, избавь меня от предсказуемости женщин!

— Я подозреваю, что женщины потому предсказуемы, что они правы.

— Мисс Кастеллано, я не проявляю благородства.

Она рассмеялась, подняла горстку травинок, которые только что сняла с его одежды, и высыпала их на его голову.

— Называйте меня Мией, по крайней мере когда мы наедине. И признайтесь, что после того, как мы два раза целовались — так, как мы целовались, — мы вышли за рамки «мисс» и «милорд».

— Мы больше не будем оставаться наедине.

— Дэвид, мы в карантине. Где бы мы ни находились, мы все равно наедине.

Он встал, но не предложил ей руку. Он знал, к чему бы это привело.

— Я пойду и заберу садок.

— С того места, где мы целовались в первый раз?

— Где я его оставил, когда заподозрил, на какую неприятность вы нарветесь. Я возвращаюсь в дом, если только вы не слишком замерзли и не хотите пойти первой.

— Спасибо, но я сухая и мне тепло. Интересно, как так получилось?

Мия поднесла два пальца к губам, как будто ей нужно было очень серьезно что-то обдумать. Она чувствовала себя до нелепости счастливой, даже когда лорд Дэвид повернулся и пошел к дому. А потом она вспомнила, почему они оказались заперты здесь вдвоем.

— Дорогая, я уверена, что это просто укус насекомого.

— О, миссис Кантуэлл, спасибо!

Теперь Мия точно знала, как чувствовала себя Кэтрин Морленд в Нортенгерском аббатстве, когда потребовала, чтобы передвинули комод, а потом обнаружила, что за ним вовсе не скрывается потайная дверь. Она чувствовала облегченней смущение одновременно.

— Это так странно… жизнь была такой нормальной, или по крайней мере казалась нормальной, а потом я вдруг вспомнила, почему я не в Пеннфорде. Или не в Лондоне. Или не в Бате.

Мия могла сама застегнуть платье, но она повернулась спиной к миссис Кантуэлл, чтобы та ей помогла. Она собрала волосы и подняла их над головой, чтобы они не мешали застегивать платье.

— Как здоровье кучера?

— Мисс, он не так быстро поправляется, как хотелось бы мистеру Новинсу. Врач не хочет строить предположения по поводу того, что вызывает его болезнь.

— Это так трудно, или, может быть, он не хочет поставить неправильный диагноз?

— Или он понятия не имеет, что это за болезнь. — Экономка похлопала Мию по плечу. — Ну вот, готово, дорогая. Вам помочь уложить волосы?

— Нет, я их просто завяжу сзади.

— Тогда я пойду и займусь рыбой. — В дверях экономка помедлила. — Мисс, с вашего разрешения, я приготовлю форель на обед, пожалуй, я нафарширую ее луком. А на ужин я сделаю куриный бульон. Это, конечно, не такая пища, к какой вы привыкли, но, я думаю, в нашей особой ситуации можно и обойтись.

— Миссис Кантуэлл, это будет прекрасно. Если хотите, я могу помочь нарезать лук… или его рубят?

— Рубить или резать, все одинаково пригодится, и вы будете ангелом, если готовы за это взяться.

Она будет помогать. Не будет целыми днями бездельничать в своей комнате, читать книжку и требовать, чтобы ей принесли чай. И Мия с облегчением отметила, что если не считать рук, которые побаливали после рыбалки, она чувствовала себя совершенно здоровой.