Приручи меня нежно - Элена Макнамара

— Меня зовут Герман Адамович и я являюсь деверем Сони. Мой брат — её муж, от которого она бежала… Я сделал всё возможное, чтобы он не нашёл Соню, но…

Разговор вдруг прервался, превратившись в оглушающую тишину. Ни дыхания в трубке, ни гудков или голоса оператора о прерванной телефонном звонке я не слышал. Отняв трубку от уха, увидел полностью потухший экран. Беспорядочное щелканье на кнопку включения не давало результатов. Смартфон был разряжен.

Даже не пытаясь успокоиться, откинул телефон на сидение. С остервенением сжал ладонями руль, чувствую как они просто адски горят от напряжения.

Меня одолевали смешанные чувства. Беспокойство за Соню вдруг сменилось неоднозначностью. Я гнал от себя мысли, что она могла походить на мою бывшую жену. Старался заглушить нарастающую неприязнь, призвать себя к здравомыслию и попытаться сначала разобраться во всем.

Я должен был поговорить с Соней прежде чем делать выводы, которые уже больно жалили, подгоняемые горькими воспоминаниями о прошлом.

Однажды я уже был предан и брошен, оставлен с малышкой на руках. И тогда я собрал себя по кускам ради дочери, ради её эмоционального спокойствия.

Неужели я снова наступал на те же грабли?

Теряться в догадках мне не нравилось, и я попытался мыслить рационально. Либо её бывший муж её нашёл и увёз. Либо она и сейчас прячется от него. Но сразу напрашивался вопрос: "Почему она не спряталась в моём доме?" Или она относится к типу женщин, которым проще сжигать мосты, лишь бы не быть пойманной?

Нет…

Нет, мозг отрицал это! Сердце тосковало по Соне! Я хотел верить, что она в порядке…

Один неиспробованный мной вариант возник неожиданно. Квартира. Соня могла укрыться в своей прежней квартире.

Я сорвался с места, наполняя тишину визгом резины. Гнал машину, не разбирая дороги, уповая на последний шанс застать Соню на другом конце города.

Добравшись стремительно до места назначения, заглушил мотор. В полной растерянности стал искать глазами окна Сониной квартирки. Выключенный свет не разбил призрачной надежды. Я понимал, что скрываясь, она предостерегала себя и не стала бы явно выдавать своего присутствия.

Покинув салон машины, огляделся по сторонам. Во дворе среди припаркованных машин найти что-то подозрительное вряд ли удалось бы. Я совершенно не знал жильцов и их автомобили.

Больше не теряя бесполезно время, я рванул к подъезду. Быстро поднялся на нужный этаж и постучал в дверь, из-за которой не доносилось ни единого звука.

Пришлось проявить настойчивость и применить силу. Но даже это не помогло, словно в квартире действительно было пусто. Гонимый жаждой найти Соню именно здесь, я не оставил попыток достучаться и уже через невыносимо долгой четверти часа, за дверью послышалась плохо скрываемая возня.

— Соня, открой! — почти взмолился, не зная одна ли она в квартире или меня успели опередить. — Я слышу тебя. Давай поговорим, пожалуйста! Хотя бы просто открой, чтобы я убедился что с тобой всё в порядке.

После небольшой паузы дверной замок щёлкнул, но в ничтожно маленьком просвете рассмотреть Соню было проблематично. Она предусмотрительно не сняла цепочку, не желая меня впускать.

— Уходи, — бесцветным эхом пронеслась мольба по пустому подъезду.

Я не мог последовать её просьбе и прежде чем она попыталась захлопнуть дверь, с усилием толкнул плечом. Буквально ввалился в коридор, срывая дверную цепочку.

— Ты не одна? — тревожно прозвучал мой вопрос, а я весь напрягся в ожидание ответа.

Напуганная, всклокоченная, в мокрой одежде Соня вызывала во вне обеспокоенность и параллельно глушила злобу, что меня переполняла.

— Егор…

— Почему ты сбежала? — задал очередной вопрос, ногой захлопывая дверь и оттесняя Соню к стене. — Дело в нас с Катюшкой? Или есть более веские причины?

Я не трогал Соню и пальцем. Мне хватало зрительного контакта, под которым девушка растерянно жалась спиной к стене. Кутала руки в растянутые рукава свитшота и словно не дышала. Опускала глаза, то и дело смотря себе под ноги, не решаясь начать отвечать мне.

А я не мог. Ничего не мог… ни коснуться её, ни заставить говорить, ни успокоить и ни успокоиться сам.

— Я всё знаю, — только этим признанием я смог добиться результата, Соня подняла на меня глаза. И мне показалось, что смотрела она на меня виновато из-под опущенных ресниц. — От посторонних людей узнал, а не от тебя. Как так могло получиться, что ты не нашла слов рассказать о муже? О муже, от которого бежала.

Я спрятал лицо в ладонях и с остервенением потёр его. Пазл сложился только сейчас. Липовое резюме, фальшивая фамилия, нежелание попадать под прицелы фотографов. Всё это ставило жирную точку в разоблачении её тайны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Она врала, и мне, и вероятнее всего себе самой, когда соглашалась на переезд ко мне. Для чего нужно было так глубоко нырять в отношения, имея за плечами брак?

Чёрт! Хотелось разнести здесь всё на щепки. Я обманулся и был убит молчанием Сони, которая лишь сильнее подтверждала раскрытую о ней тайну.

— Я хотела всё рассказать, но то, от чего я бежала в двух словах не описать. Мне жаль, Егор, что я так и не нашла в себе сил признаться. И теперь не надеюсь на твоё понимание и прощение… — Соня шумно всхлипнула. — Я бежала от мужа, а не от вас с Катей. Он подобрался слишком близко, я не могла ставить вас под удар.

— Ты могла признаться раньше, я бы мог тебя защитить. Но ты поступила, как моя жена, предпочла убежать от проблемы.

На эмоциях я ляпнул лишнего, чем и привлек внимание Сони. Её глаза вмиг высохли от слёз, устремив на меня ошарашенный взгляд. Кровь отбойным молотком стучала в висках. Я больше не мог сдерживаться.

— Да, — импульсивно шагнул к Соне и крепко сжал хрупкие плечи. — Я не вдовец. Моя жена… бывшая жена — беглянка, которая променяла семью и дочь на сладкую жизнь. Для меня она умерла во всех смыслах. Документально мы в разводе… — заскрежетал зубами, чувствуя как ненависть накатывает с новой силой. — Эта тварь даже отказ от ребёнка написала. Теперь мы чужие с ней. А что с твоим прошлым, которое вдруг вернулось за тобой? Мне важно это знать…

Соня скинула мои руки, вырвалась и метнулась в комнату. Я не потрудился даже запереть дверь, просто помчался следом. Я хотел положить конец её тайнам здесь и сейчас. Находиться и дальше в подвешенном состоянии не мог и не хотел.