Удачная сделка - Мэри Джо Патни

Джослин решительно заявила:

— Простые решения редко бывают самыми лучшими, мистер Крэндалл, особенно в тех случаях, когда речь идет о браке.

Тяжело вздохнув, поверенный удалился. После того как за ним закрылась дверь, Джослин спросила:

— Как вы считаете, он стал нотариусом потому, что по своей природе пессимист? Или со временем сделался пессимистом?

Майор едва заметно улыбнулся:

— Думаю, тут всего понемногу. Адвокатская практика очень отрезвляет, поскольку человек, как правило, имеет дело со всевозможными жизненными проблемами.

— Тогда я рада, что вы выбрали службу в армии. Похоже, что характер меньше портится, когда люди рискуют жизнью, а не составляют контракты.

Стук в дверь возвестил о приходе Ричарда Дэлтона. Поздоровавшись с ним, Джослин извинилась и вышла, чтобы не мешать мужчинам.

Когда Ричард осторожно опустился в кресло, Дэвид встал и начал беспокойно расхаживать по комнате.

— Не обращай на меня внимания. После встречи с поверенным леди Джослин я почувствовал острую необходимость в движении. — Он споткнулся и едва успел ухватиться за столбик кровати. — Надо узнать, не найдет ли Морган для меня трость. В первое время она мне понадобится.

— Прекрасная идея. — Ричард протянул другу один из своих костылей. — А пока возьми вот это. Джослин будет очень недовольна, если ты покалечишься.

С помощью костыля Дэвид передвигался гораздо увереннее. Теперь он с удовольствием прохаживался по комнате.

Неожиданно майор остановился и пристально посмотрел на друга — ему показалось, что капитан чем-то озабочен.

— Ричард, что-то случилось? Капитан выразительно поморщился.

— Я решил посетить твоего хирурга и узнать, не может ли он сделать для моей проклятой ноги что-то такое, чего не смогли хирурги в госпитале. Кинлок говорит, что, вероятно, сможет мне помочь. Но операция, которую он предлагает, будет экспериментом.

— Я не уверен, что согласился бы стать подопытным — даже в руках Кинлока, — проговорил Дэвид, нахмурившись. — А каков его диагноз?

— У меня не правильно срослись сломанные кости. Наверное, удивляться не стоит, если вспомнить, сколько работы было у хирургов и как они уставали. — Ричард уставился на свою неестественно вывернутую ногу. — Она срослась так криво, что я всю оставшуюся жизнь буду калекой. Если мне очень повезет, то я смогу передвигаться не на костылях, а с помощью трости. В те дни, когда буду хорошо себя чувствовать И… она дьявольски болит.

Дэвид сокрушенно покачал головой. Прежде они не говорили о ранении Ричарда, и он считал, что со временем его друг полностью поправится.

— А что предлагает Кинлок?

— Снова сломать кости там, где они криво срослись, и заново их сращивать. Это — эксперимент, но он считает, что есть шансы. Возможно, я смогу ходить и ездить верхом, то есть вести довольно активный образ жизни. Кинлок не обещает, что боль полностью пройдет, но говорит, что и в этом отношении могут произойти заметные улучшения.

Дэвид выругался сквозь зубы. Слова Кинлока звучали вполне разумно, но любая хирургическая операция сопряжена с риском. Более того, даже если она окажется успешной, Ричарду предстоят долгие месяцы трудного выздоровления.

— Ты намерен принять его предложение?

— Да. Видит Бог, я не испытываю радости при мысли об операции, но Кинлок — единственный хирург, который дает мне надежду на то, что я смогу избавиться от этих проклятых костылей! — с жаром воскликнул Ричард. — Еще одна или две операции, еще несколько месяцев на больничной койке — это небольшая плата за возможность снова почувствовать себя человеком.

Дэвид устыдился своего эгоизма. В течение последних ужасных недель Ричард всегда находился рядом, всегда был готов помочь, приободрить… Он принимал его дружбу как должное и даже не задумывался о том, что Ричард тревожится за свое будущее.

Дэвид мысленно поклялся: он станет для Ричарда таким же надежным другом, каким был ему Ричард.

Желая успокоить друга, майор сказал:

— По-моему, Кинлок — замечательный хирург. Думаю, что твоя нога будет в полном порядке.

— Я не требую, чтобы она была в полном порядке. Только бы я мог ходить… — Давая понять, что больше не желает говорить на эту тему, Ричард спросил:

— А как ты? Что-то ты не слишком весел для человека, который только что восстал из мертвых да еще женился на прекраснейшей из женщин. Опираясь на костыль, Дэвид отошел к окну.

— «Восстал из мертвых» — это из волшебной сказки. А реальный мир гораздо сложнее.

— Ты о чем?

Чувствуя необходимость рассказать все человеку, который его поймет, Дэвид ответил:

— Я нахожусь в ужасном положении. «Прекраснейшая из женщин» видит во мне брата и рвется как можно быстрее освободиться от брачных уз.

— Я подозревал, что ты можешь в нее влюбиться, — негромко проговорил Ричард. — Джослин — необыкновенная женщина. Она не только прекрасна, но удивительно умна и добра.

Дэвид бросил на друга пристальный взгляд:

— Ты тоже в нее влюблен? Ричард покачал головой:

— Нет. Но в людях я разбираюсь. — Заметив, что Дэвид принял его слова скептически, Ричард с улыбкой заметил:

— Я понимаю, что выказал недопустимое отсутствие вкуса, не влюбившись в нее, но ничего тут не поделаешь.

Дэвид невольно рассмеялся.

— Судя по тому, что я слышал о ее визите в Испанию, ты был в числе тех немногих, кто не сделал ей предложения.

— Очень может быть, — в задумчивости пробормотал Ричард. — И знаешь… возможно, именно поэтому мы с ней подружились. Казалось, она… не то чтобы презирала, но по крайней мере не принимала всерьез тех мужчин, которые теряли из-за нее голову. Она поддразнивала их, говорила, что они ветреники, что уже через полмесяца влюбятся в какую-нибудь другую женщину. Получилось так, что я проводил с ней больше времени, чем ее поклонники. Возможно, ее внимания так часто пытались добиться, что ей это наскучило.

— Это не сулит мне ничего хорошего, — заметил Дэвид, стараясь, чтобы его голос звучал беззаботно. — Как только я ее увидел, я понял, что готов отдать ей руку, сердце и жизнь, как и все ее ветреные поклонники.

— Ты не ветреный. Если ты испытываешь такое сильное чувство, то это не просто увлечение. — Ричард замялся. — Ты помнишь свадебный тост, который я произнес? Когда я сказал, что вы созданы друг для друга, то это были не пустые слова. Мне кажется, что вы действительно прекрасная пара.

Дэвид в изумлении воззрился на друга:

— Боже правый, ну ты и хитрец! Не может быть, чтобы ты предвидел, как все обернется.

— Конечно, я этого не предвидел. Казалось, что ты не проживешь и недели. — Ричард пожал плечами. — Мне просто показалось, что вас следует свести… Это — как инстинкт, который подсказывает тебе во время боя, когда надо пригнуться.