Брошенка - Анастасия Шерр

Вячеслав

Телефон Нины всё ещё был недоступен и в сердце Варламова поселилась тревога. Спинным мозгом чуял — что-то не то. Не могла Нина вот так вот запросто исчезнуть. Если только… Лиана. Она ведь до сих пор где-то бродит, долбанная истеричка.

Безопасники попытались достучаться в квартиру, а затем и вовсе вскрыли дверь. Дома Нины не оказалось.

Когда в палату вошла мать, а с ней забежали и дети, четко осознал, что с Ниной что-то случилось. И это осознание полоснуло по остаткам терпения тупым лезвием бесполезного ожидания, что всё образуется и в итоге окажется, что жена просто ушла в магазин, а телефон потеряла или разбила. Да пусть бы даже украли. Лишь бы сама цела и невредима осталась.

— Твоя благоверная не удосужилась даже детей забрать! Правду про таких как она говорят — кот за дверь, мыши в пляс, — в своей жесткой манере выдала мать, но Вячеслав на неё даже не взглянул.

— А где мама? — Кирилл, поджав губы, наблюдал за бабушкой.

— Сказала бы я, где твоя мама…

— Мама! — рявкнул на мать и та замолчала, лишь слегка скривилась. — Прекрати доставать мою жену. Тем более не смей этого делать при детях, — и к сыну повернулся. — А нашу маму найдём сейчас.

Правда, сам не был уверен в своих словах. Он в последнее время мало в чём уверен. То и дело дерьмо какое-то случается.

Послал охрану к Юльке, но особой надежды всё равно не было. По словам этой сучки — она куда-то уехала.

Звонок от Нефёдова встревожил и что-то гадкое шевельнулось внутри. Он узнал это чувство… Слишком часто испытывает его в последнее время. Страх. Необъяснимый, постоянно терзающий душу и не дающий уснуть. Страх потерять остатки своей семьи, что и так на осколки рассыпалась. Страх не вернуть то, что потерял по своей же вине. Лютый, дикий страх остаться инвалидом навсегда и больше не иметь возможности вернуть Нину.

— Слава, привет. У меня плохие новости.

— Замечательно, — проворчал недовольно, поглядывая на грустных детей, которые, судя по всему, тоже были встревожены исчезновением матери. — Ну, чем порадуешь?

— Я вышел на след Анненковой и разузнал о ней всё, что можно было… Слава, эта девушка опасна. Слышишь меня? Очень опасна! Во-первых, она не из детдома. Я нашёл её мать. И эта женщина мне столько всего рассказала, что волосы дыбом. В-третьих, настоящее имя Анненковой — Жанна. Вернее, одно из её имён…

— Подожди, — напрягся и взглядом показал матери увести детей, а когда дверь за ними закрылась, выдохнул. — Говори.

— Ты знаешь, что такое диссоциативное расстройство идентичности*?

— Чего?! Илюх, по-человечески говори.

— В общем, это раздвоение личности, Слав. В этой барышне сидит два абсолютно разных человека. Причём одна из них вполне нормальная девушка, обожающая собачек и котиков, а вторая — хладнокровная убийца. Два года назад её выпустили из сумасшедшего дома. Тут имеет место быть врачебная ошибка, так как в заключении написали, что девушка выздоровела. Но вот её мама так не думает… Дома, в Саратове, Лиана чуть не убила жену одного хирурга… Она одержима была этим мужиком, Слав. Всё, как у тебя, — на лбу от этих слов выступила испарина и холодный пот заструился по спине. А потом, уже после клиники, девушка исчезла и куда она подевалась, мать не знала, представляешь? И это ещё не всё. Мне звонили ребята из отдела. Нашелся бомж один, который видел, как девушка по описанию очень похожа на Анненкову, прирезала мужика в парке. А отпечатки этого мужика были на камне, которым тебя и долбанули. Пальчики по базе пробили — наш клиент. Два раза по пять лет сроки. Кстати, Жанна-Лиана свела свои отпечатки, как сказала мне её мать. Представляешь, на горячую плиту руки положила и сожгла. Оказалось, девчонку в детстве обижал отчим и, к сожалению, когда мать это заметила, было уже поздно…

— Меня не волнует, почему эта шизофреничка такая, Илюх. Срочно приезжай в Москву. Мне нужна твоя помощь. Нина пропала.

— Твою мать! — Илья выругался, что для него вообще нетипично.

Варламов и сам бы заорал трёхэтажным матом, да дети в коридоре. Что ж, пришло время вставать если не на ноги, то хотя бы на костыли.

*****

Нина

Глядя на связанную Юльку, я думала лишь об одном… Как так произошло? Как я столько лет держала врага рядом с собой и не замечала её ненависти? Если с Лианой, что сейчас сидела на кровати и с бесстрастным выражением лица пялилась в одну точку, было всё понятно, то моя подруга вызывала во мне противоречивые чувства. С одной стороны мне было её безумно жаль. Лишиться ребёнка, любимого мужчины и прожить всю свою жизнь в злобе и презрении… Потратить лучшие годы на глупую, никому ненужную месть… Это страшно. Жутко.

Но если взглянуть на её ситуацию с моей стороны, то совершенно непонятно, в чём же тут моя вина. Ведь я не делала ей ребёнка, не бросала её беременную. Не выгоняла из дома и не лишала возможности нормально жить, без всего вот этого. Чем я провинилась перед ней? Зачем нужно было столько лет притворяться подругой? Она же просто изводила себя, не в силах простить и забыть прошлое. А если вспомнить всё, что было за годы нашей дружбы… Она ведь всё время пыталась настроить меня против мужа, его матери, даже против детей. Я тогда не обращала на это внимание, принимая всё за заботу обо мне и незнание, что такое семья, неумение заботиться о близких, потому как и близких-то у неё не было. Была лишь мать, с которой она не общалась по какой-то неизвестной мне тогда причине. А теперь четко понимаю, что всё было спланировано. Все поклёпы на «неверных» мужей, чтобы я бесилась и бесила своим поведением Варламова. Точно так же была спланирована встреча с Артуром, несостоявшееся свидание с которым и стало тем самым рычагом, случаем, повлёкшим за собой немало всего… Последствия. То, с чем я столкнулась сейчас. Но разве есть в этом моя вина?