Ты слышишь нашу музыку? - Аньес Мартен-Люган

— Мы завтракаем, — сообщил он собеседнику, после чего расхохотался. — Да, сейчас передам ей трубку.

Он протянул мне трубку:

— Это Янис, он пытался тебе дозвониться.

— Ой, я забыла свой в спальне. — Я взяла телефон из рук Тристана. — Алло!

— Спишь как сурок?

— Похоже на то.

— В любом случае ты же довольна, что осталась?! Тристан заботится о вас.

Я покосилась на нашего хозяина, он внимательно наблюдал за мной.

— Да, ты прав. А ты хорошо выспался?

— Придавил пару часиков, мне хватает. Сегодня я был на стройке уже в семь утра.

— Зачем так рано?

— Много работы.

Дети поняли, что я разговариваю с папой, и затеяли ссору, выясняя, кто из них первым поговорит с ним. Я тут же перестала что-либо слышать.

— Янис, скажи им что-нибудь.

Его ответ не достиг моих ушей, поскольку мобильный вырвали у меня из рук. Все трое затараторили хором и вскоре начали болтать всякую чушь, только чтобы выпендриться. Я немного подождала, но вскоре решила, что пора вмешаться:

— Так, давайте прощайтесь с папой.

Недовольная Виолетта отдала телефон, после чего сползла с моих колен на пол и отошла в противоположный конец комнаты дуться. Я только что обидела нашу принцессу!

— Очень рад, что они не скучают, — прокомментировал Янис. — Убедилась, что я был прав и эти несколько лишних дней — то, что им надо? А ты получила возможность выспаться.

— Да…

В трубке слышался ужасный шум.

— Пора заканчивать.

— Уже? — вздохнула я.

— У меня суперважная встреча, расскажу после, когда разберусь. Хотелось до этого услышать ваши голоса. Созвонимся вечером. Целую тебя, хорошего дня.

Он разъединился, не дожидаясь моего ответа. Какая муха его укусила?

— Вера? Все в порядке? — спросил Тристан.

Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, как дети убежали с кухни. Со мной остался только он.

— Да, да, все хорошо… Просто я беспокоюсь о Янисе.

— Почему?

Я сделала глоток кофе и заглянула ему в глаза:

— Ты мне скажешь, если у него будут проблемы, то есть, ты понимаешь, серьезные проблемы на стройке?

Он озадаченно нахмурил брови.

— Я знаю, это противоречит принципу, о котором ты вчера упоминал, — никогда не смешивать бизнес и дружбу, — но в последнее время мне кажется, что Янис что-то скрывает от меня, и я никак не могу избавиться от этой мысли. Он не такой, как обычно.

— Зря беспокоишься. Янис работает как каторжный, хочет добиться успеха. Это ведь его собственный проект, неудивительно, что он кажется тебе не таким, как всегда. Он ведь еще ни разу не был в такой ситуации. Да, я знаю, это трудно, но не накручивай себя. Не может же он рассказывать тебе все вплоть до мельчайших подробностей.

— Но ты, будучи посвящен во все страшные тайны, можешь мне однозначно подтвердить, что не происходит ничего серьезного?

— Насколько мне известно, все развивается лучше некуда. Ты себе напридумывала, правда!

Оставалось надеяться, что его слова меня успокоят. Впрочем, какой у меня выбор?

Вечер четверга. Всего лишь сутки — и мы будем дома, вместе с Янисом. Семья воссоединится, жизнь войдет в свою колею. Мы снова сможем разговаривать друг с другом нормально, а не на бегу по телефону, я наконец-то сама все увижу и смогу убедиться, что ничего не случилось и мне не из-за чего дергаться. На следующей неделе мы возобновим движение по привычному маршруту: дом — летний лагерь — работа, и так до начала школьных занятий. Возобновятся и мои обеды с Шарлоттой. По крайней мере, я на это надеялась. Как мы могли до такого дойти? Почему перестали понимать и уважать друг друга? Мне недоставало возможности смеяться с ней, делиться своими новостями и сомнениями.

Я должна сделать все, чтобы мы снова нашли общий язык, восстановили прежние отношения. Нужно срочно услышать ее голос, подумала я, ушла в сад и позвонила.

— Привет! — весело воскликнула я, как только она ответила.

— О, какой сюрприз! А я уж думала, дашь ли ты когда-нибудь о себе знать!

А кто мешал тебе самой поинтересоваться?

— Милая реакция! Очень приятно! Ты же знаешь, каково это — управляться летом с детьми… Но я все время вспоминала о тебе, и мне захотелось пригласить тебя на ужин в субботу вечером. К нам домой. Кстати, ты давно не виделась с Янисом.

— Хорошая идея, — ответила она, но я не услышала энтузиазма в ее голосе. — Когда ты выходишь на работу?

— В понедельник.

— Мы…

Надо мной пролетела чайка, заглушив своим криком слова Шарлотты.

— Прости, я не расслышала. Что ты сказала?

— Вы все-таки уехали на каникулы?

— Всего на несколько дней.

— Могла бы сказать! Вы где?

— Мы сначала выбрались только на выходные, а потом Янис вернулся без нас, а мы остались еще немного отдохнуть. Завтра я возвращаюсь с детьми и Тристаном.

Произнеся его имя, я поняла, что ничего хорошего из этого не выйдет. И не ошиблась.

— Могу я узнать, при чем здесь этот тип! — заорала она.

Ее агрессивность была не только невыносимой, но и непонятной. Я подтолкнула ногой камушек и принялась расхаживать взад-вперед по саду.

— Он пригласил нас в свой дом на нормандском побережье, чтобы мы немного подышали свежим воздухом, — бесстрастно ответила я.

— Если вы в заднице, могла бы попросить о помощи меня, а не этого невесть откуда свалившегося клоуна!

Я резко остановилась.

— Ты о чем? Почему ты решила, что мы в заднице? Просто Янис завален работой! И не притворяйся, будто тебе это неизвестно! — Я начала нервничать и заговорила на повышенных тонах. — Я вообще не понимаю, в чем проблема!

— Это не аргумент! Со мной-то вы никогда не отдыхали.

— Должна заметить, ты сама об этом никогда раньше не заговаривала! Где тут тема, Шарлотта? Ты злишься, потому что у нас есть еще друзья помимо тебя?

— Представь себе, да! Я ревную! У меня такое впечатление, что он значит для вас больше, чем я!

— Не болтай глупости! Он симпатичный и, между прочим, не осуждает нас, как некоторые. И вообще у тебя нет на нас монополии!

— По-моему, тебя заносит, Вера!

— Хватит! Я хотела узнать, как у тебя дела, поболтать и не собиралась ссориться. И вот что я сделаю: приглашу его к нам на ужин в субботу, ты с ним познакомишься, это тебя успокоит. А там, может, вы еще подружитесь.