В постели с дьяволом - Ванесса Марлоу

На мне даже обуви не было! Как я могла бежать?

Нас разделяли уже всего несколько футов, и я предупредила:

— Не смей меня трогать.

Он ошалело хватал ртом воздух.

— Да что такое с тобой стряслось? Ты что, рехнулась?

— Если ты меня не снимал, то зачем тогда камера?

— Я думал, ты проснешься и я смогу тебя уговорить.

— Ты подсыпал мне наркотики! Вот почему я так долго спала. Не вздумай отрицать.

— Боже, да что на тебя такое нашло?

— Я нашла фотографии, — обвинила я его.

— Фотографии чего?

Он выглядел таким растерянным, его спокойствие меня пугало. Он спрашивал, не тронулась ли я умом. А и правда? Может быть, я уже начала сходить с ума от одиночества и ничегонеделанья?

— У тебя есть календари с моим изображением! И газета тоже.

— Ну и что?

— Зачем они тебе? — завопила я.

— Потому что ты моя жена и я тебя люблю. Вот я и собрал несколько экземпляров.

— Я хочу выйти отсюда. Немедленно! Хочу пройтись по магазинам.

— Так иди. — Он пожал плечами. — Я тебя не держу.

— Ты никуда меня не пускаешь.

— Я тебе ни разу и слова не сказал.

Всякий раз, стоило мне куда-то без него пойти, он выглядел недовольным. Или мне это только казалось? Неужели я сама накладывала на себя какие-то глупые ненужные ограничения? Да что со мной?

Я вжалась в стену, меня сильно колотило, удивительно, как на ногах держалась. Уверена, что в тот момент выглядела как сбежавший из больницы псих.

— Ты хочешь сделать из меня блондинку!

— Так подай на меня за это в суд. Я всего лишь считаю, что тебе пойдет пара светлых прядей.

— Но ты и Бритни заставил покраситься.

— Бритни… свою первую жену?

— Да!

— Я не заставлял. Это ее натуральный цвет. — Он нахмурился, внимательно меня разглядывая. — Ты себя хорошо чувствуешь? Может, вызвать врача?

— Я не сумасшедшая! — закричала я действительно как ненормальная.

Он подошел и обнял, мои руки оказались прижаты к телу. Я брыкалась, пинала его, проклинала, как безумная.

Пока я шарила у него в офисе, подозрения казались такими весомыми и правдоподобными, но стоило мне бросить их ему в лицо, как они утратили смысл и здорово походили на бредни женщины на грани нервного срыва.

— Отпусти! Отпусти! — кричала я, но он не слушал.

Он потащил меня в спальню на кровать, плотно обхватив руками и ногами. Я боролась и извивалась, пока не свалилась в полном изнеможении на матрас, уткнувшись лицом в подушку. Наконец он ослабил хватку, отпустил и направился в ванную. Я слышала, как он роется в аптечке. Затем он вернулся и присел на край кровати.

— Что с тобой такое, Мэг?

— Не знаю, — ответила я. Мне было стыдно за свою выходку, я старалась не смотреть ему в глаза.

— Давай я кое-кому позвоню? Может, если ты поговоришь с нужным человеком…

— Нет.

Мне не нужен был психиатр… или нужен?

— Только что ты вела себя так, будто меня боишься. Почему?

— Думаю, я просто устала.

— Похоже на то. — Он потянулся за пузырьком с таблетками, отпускаемыми по рецепту, и потряс им. — Может, выпьешь парочку?

Я вся напряглась.

— Что это?

— Господи, обычный ксанакс^[1]! Я в прошлом году повредил спину, и у меня немного осталось. — Он замолк, и я отчетливо поняла, что он надо мной смеется. — Он снимает напряжение с мышц и действует успокаивающе.

Он открыл пузырек и высыпал мне на ладонь две маленькие белые таблетки. Я внимательно их изучила — прочитала крохотную инструкцию, прикидывая, не подменил ли он таблетку, не подсовывает ли мне какой-то опасный препарат под видом безобидного.

Он принес стакан воды, и я без дальнейших возражений проглотила лекарство. Я прикрыла глаза, чувствуя невероятное истощение после припадка. Навалилась такая усталость, что я даже подумала, смогу ли когда-нибудь встать с постели.

Джордан поднялся.

— Попробуй немного отдохнуть.

— Попробую.

Он прошелся по комнате, задергивая шторы и приглушая свет, затем на цыпочках вышел прочь. Я же осталась наедине с терзающими меня сомнениями.