Дар предвидения - Лора Патрик

— Как ты можешь? Как ты можешь ненавидеть людей, которых я люблю?

— Это ради тебя, — сказала Конни и снова наставила револьвер на Сару. — Ты не желаешь понимать реальность. Черт побери, ты никогда не поймешь, чего мне стоило защищать тебя от окружающего мира!

— Как ты можешь? — повторила Сара. Казалось, она в состоянии повторять только эти слова.

Теперь дуло револьвера было совсем рядом с ее лицом. Сара похолодела, и тут за ее спиной раздалось приглушенное рычание. Конни вздрогнула, и в эту секунду Алекс, придя в себя, объятый безумной яростью, с ревом кинулся на нее. Блеснув на солнце, револьвер улетел за камни. Конни тяжело упала на спину.

— Черт… побери, — прерывисто простонал Алекс. — По-моему, у меня все ребра сломаны.

Силы покинули его, и он опустился на колени.

— Алекс? Ты жив! — Сара опустилась рядом с ним, уже ничего не соображая.

Алекс выжал из себя улыбку.

— Да, Сара, я жив. Но это снаряжение, которым меня обеспечила полиция…

Сара плакала не переставая. Она пыталась унять дрожь в руках, чтобы осмотреть рану Алекса, хоть чем-то ему помочь.

— Какое снаряжение? В чем дело? Алекс, с тобой правда все в порядке?

— Да, дружище, ты умеешь организовывать шоу. Но в следующий раз давай полиции более точные указания, чтобы мы вовремя пришли на помощь.

Сара подняла голову и увидела Эллиса, приближающегося к ним. За его спиной Рэндолф возился с шаром, ему помогали полицейские. Еще несколько человек окружили Конни.

— Я… не забуду этого, — сказал Алекс другу.

— Надеюсь, ты не разбил тот чудный маленький магнитофон?

Вместо объяснения Алекс задрал рубашку. У него на груди была закреплена ремешками квадратная, сильно искореженная коробка из металла и пластмассы.

— Ты знал? — слабым голосом спросила Сара, продолжая тоненько всхлипывать.

Эллис помог Алексу подняться, и Алекс, улыбаясь, протянул Саре руку.

— У меня было… предчувствие.

Сара встала без его помощи, ее глаза расширились.

— Что у тебя было?

— Сержант Вальдес не верит в чудеса, ты же знаешь, — сказал Алекс, кладя руку ей на плечо.

— Я думаю, вам надо отправиться в больницу, — заявил Вальдес, подошедший минуту назад и молча смотревший на них.

— Ты навестишь меня? — Алекс не отрывал глаз от Сары. — Нам нужно о многом поговорить.

— Как только с Конни будет все улажено.

— Ты шутишь? — воскликнул Эллис.

— Она ее подруга, — напомнил Алекс. — Сара должна быть уверена, что с ней все в порядке.

Сара улыбнулась Алексу.

— Я люблю тебя.

Впервые за долгое время Сара почувствовала облегчение, как будто тяжесть свалилась с ее плеч. Конечно, то, что сделала Конни, будет еще долго разъедать ее сердце, как серная кислота. Но Алекс будет с ней. Он поможет.

Как и обещал Алекс, Сара полюбила горы около Денвера. Они были не такими темными и голыми, как в Финиксе, а зелеными, радостными, живыми. На лужайке возле дома Митчеллов, стоящего на холме, росли голубые ели, буйно цвели полевые цветы, в тени деревьев журчал ручей.

Был День Благодарения, и Митчеллы устраивали барбекю.

— Значит, ты заставила его признать это? — спрашивала Линдси.

Сара, чье внимание было поделено между ребенком, которого она держала на коленях, и Алексом, разговаривающим с Джейсоном о футболе, улыбнулась. Это была его семья. В такой обстановке он рос, и Сара призналась себе, что ей это очень нравится.

— Просто я назвала вещи своими именами, — сказала она Линдси. — Алекс отказывался признавать, что тоже экстрасенс.

Линдси восторженно хмыкнула:

— Полагаю, он уперся, как осел, не желая признаваться.

— Ему стоило немалого труда согласиться, что он, аудитор, может быть экстрасенсом.

Обе женщины залились смехом.

— С ними все в порядке? — встревожился Джейсон.

— Наверное, болтают о какой-то чепухе, — махнул рукой Алекс. — Не обращай внимания.

Сара с нежностью смотрела на его тезку, очаровательное существо с ясными глазами и легкими кудряшками. В столь юном возрасте он уже был счастливым обладателем игрушечного поезда, футбольного и бейсбольного мячей и синей собаки Снаркаулумпа. Сара приходила в восторг, когда пытливый детский взгляд останавливался на ее лице.

— Сара, — предупредил Алекс, взглянув на нее, — по-моему, ты размечталась.

— А ты не думал о собственных детях? — спросила Сара.

— Сначала надо решить, где мы будем жить.

Сара улыбнулась. Ей была приятна гордость Алекса за своего племянника и тезку. Очень скоро настанет тот момент, когда ему захочется иметь своего ребенка.

— Неужели вы до сих пор не решили, где жить? — воскликнула Линдси.

Погладив Алекса-младшего по волосикам, Сара покачала головой:

— На этой неделе будет голосование. Всем в компании нравится идея насчет Денвера, но, с другой стороны, они очень привыкли к Финиксу.

— Вы уже нашли человека на место Конни?

— Да, Рэндолф будет выполнять ее обязанности. — Сара до сих пор не могла говорить о подруге, не испытывая боли. — Он разбирается в делах компании еще лучше, чем Конни.

Сара не слышала, как подошел Алекс. Вокруг пели птицы, дул свежий ветерок, но ее глаза потемнели от муки. В глубине души по-прежнему жило воспоминание о предательстве и чувстве собственной вины.

— Чья это вина? — нежно спросил Алекс, положив руку ей на плечо.

— Ничья, — произнесла Сара, как заученный урок, надеясь, что скоро поверит в эти слова.

— Скажи-ка мне, — Линдси поднялась и взяла на руки сына, — если все же компания проголосует за Финикс, что вы будете делать?

— У нас есть несколько вариантов, — нахмурившись, сказал Алекс. — Единственное, что мы точно знаем, — это то, что мы поженимся.

— А вы уже решили, как будет проходить церемония?

— Нет, — Алекс нахмурился еще сильнее. — Наверняка Сара предложит сочетаться браком, стоя обнаженными в ручье и распевая гимн хиппи.

Сара засмеялась, искрящаяся радость переполняла ее. Она взяла Алекса за руку:

— Обнаженными в ручье интереснее заниматься другими вещами. Я думаю, нам следует поехать в Портленд.

— Портленд? — удивился Алекс.

Это был сюрприз, и она уже предвкушала реакцию Алекса.

— Мы могли бы обвенчаться в той же церкви, что и твои родители. И мы пригласим туда всех твоих родственников.

— И всех сотрудников «Сансет», — сказал Алекс. Улыбка, как солнце, осветила его лицо. — Ты согласна?