Девушки судьбы и ярости - Наташа Нган

– Для друга Хиро – что угодно, – улыбается он.

Мне не по себе, но я продолжаю, пока не потеряла мужество, потому что совершенно не хочу просить этого молодого шамана, который явно истощён и испытывает боль, причинять себе ещё больше боли ради меня. Я вытягиваю руку, показывая ему браслет, застёгнутый на моём запястье.

Он проводит по нему пальцем и вздрагивает.

– Жестокая магия, – говорит он.

– Я не могу его снять, иначе это заметят, а моя подруга Аоки...

– Я знаю – прочёл заключённую в браслет дао. Эти браслеты связаны. Что бы ни сделали с этим, то же самое произойдёт и с другим.

Моё сердце бешено колотится:

– Есть какой-нибудь способ...

Но Руза уже обхватил браслет обеими руками. Его глаза закрываются, магия оживает. Он что-то шепчет на странном языке шаманов. Его брови нахмурены, лицо напряжено от сосредоточенности. Сухожилия на его шее напрягаются. Я чувствую, как он дрожит, его пальцы белеют там, где сжимают моё запястье. Как раз в тот момент, когда я думаю, что больше не могу этого выносить, настолько это напоминает Хиро, Руза ахает и обмякает.

Он даже не может упасть на пол из-за цепи.

Я обнимаю его, делая всё возможное, чтобы поддержать. Он не сразу приходит в себя. Но ему это удаётся, причём без всякой суеты и отметая мои извинения.

– Готово, – он прерывисто дышит. – Я снял заклятие, поэтому браслет больше не сожмётся, а поскольку браслеты связаны, со вторым тоже ничего не будет. Но первоначальное заклятие глубоко вплетено в материал. Моей магии надолго не хватит.

– Понятно. Спасибо тебе, Руза. Я так благодарна за всё, – я прикусываю губу, не в силах оторвать взгляд от ободранной кожи на его шее и тяжёлой цепи, удерживающей её на месте. – Разве ты не можешь?… разве вы все не можете сбежать? – спрашиваю я. – Если вы проделали отверстие, разве вы не можете использовать магию, чтобы снять цепи и уйти?

– Ты не единственная, кто решил остаться и сражаться, – отвечает он.

Прежде чем я успеваю что-либо сказать, из коридора доносятся новые голоса. Снова стражники.

– Иди, – говорит мне Руза, и я пробираюсь обратно в коридор, пока меня не заметили.

– Леи?

Я поворачиваюсь назад, прячась в тени. Карие глаза Рузы полны решимости.

– Мы оставим проход в стене открытым, – говорит он мне. Он одаривает меня всё той же загадочной улыбкой. – На всякий случай.

16. Леи

– Леи-чжи! – голос госпожи Ацзами отскакивает от мраморных стен. – Перестань волочить ноги! Лунная Избранница не должна так ходить.

Я закатываю глаза, сдерживая ухмылку. Хозяйка Ночного Дома определённо знает, как играть свою роль. От её сердитого взгляда у меня покалывает затылок. Я следую за командующим Разибом и стражниками обратно в свою комнату после обеда с Королём.

С момента взрыва прошло четыре дня. Пока госпожа Химура оправляется от полученных травм, Король поручил госпоже Ацзами присматривать за нами. Хотя у нас не было времени обсудить события той ночи, приятно видеть её рядом – Король явно не догадывается, насколько глубоко сопротивление пустило корни при дворе. И теперь, когда наши браслеты свободны от его влияния, я больше не скованна страхом причинить боль Аоки – то есть не больше, чем сейчас. Тем не менее, я ещё не продумала остальную часть своего плана. Я нашла союзников и обезвредила браслеты, но мне еще предстоит придумать, как безопасно устроить побег для девушек и Королевы Демонов.

А после, конечно, останется совсем простой вопрос – убить Короля.

Мы слышим шум ещё до того, как сворачиваем за угол.

– Вы все видели!

– Я убирала там, где должна была убираться ты, если забыла.

– Ты мне не указ.

– Блю, успокойся, я уверена, что Ченна не хотела...

Рука командующего Разиба тянется к рукояти меча. Он торопит нас дальше, туда, где пара стражников за нашей дверью не могут решить, стоит ли им вмешиваться. Спорящие голоса становятся громче. Командир Разиб распахивает дверь и машет госпоже Ацзами.

– Разберись с ними! – рявкает он.

Госпожа Ацзами складывает руки на груди, небрежно прислоняясь к дверному проёму.

– Ах, вы об этом? Они просто поругались. Вы же знаете женщин. Лучше оставить всё как есть. Мои девочки постоянно ссорятся. Ночные Дома – они похожи на поле битвы. Клянусь, мои девочки больше спорят, чем...

– Госпожа Ацзами.

Хотя её серые собачьи глаза сужаются, она говорит отрывисто:

– Есть, командир, – затем, почти незаметно подмигнув в мою сторону, она отталкивается от стены и шагает внутрь. – Девочки! А ну тихо!

С нетерпеливым рычанием командир Разиб толкает меня за собой.

Не нужно много времени, чтобы понять, из-за чего ссорились девушки. Лужа воды растеклась по ротанговому коврику из ванны для купания в дальнем углу нашей комнаты – там, где в бортике появилась большая трещина. Ченна и Блю стоят в стороне: Ченна спокойна, Блю сгорбилась и кипит от негодования. Аоки и близняшки нависают над ней, как будто готовые схватить, если она решит наброситься на Ченну, что она, похоже, может сделать в любую секунду.

Хотя Ченна, Чжэнь, Чжинь и Аоки почтительно склоняют головы при приближении госпожи Ацзами, Блю указывает на Ченну.

– Это она сломала ванну.

– Меня не интересует, кто что сделал, – огрызается госпожа Ацзами. – Ванна испорчена, и нам придётся найти новую, а также наполнить её водой. Блю, Чжэнь, Чжинь, Аоки – уберитесь здесь. Ченна, пойдёшь со мной и Леи-чжи в кладовые, – она разворачивается на каблуках и выводит нас двоих из комнаты.

Командир Разиб, похоже, удивлён, что мы так скоро вернулись.

Госпожа Ацзами машет ему рукой:

– Как я вам и говорила, это лишь глупые женские дрязги. Чего вы ожидали, запирая шестерых девушек в одной комнате? Нам нужно принести кое-какие припасы из кладовой.

– Мы пошлём за горничными, – начинает он.

Но госпожа Ацзами уже уходит, Ченна и я – сразу за ней.

– Не стоит тратить время, – бросает она через плечо. – Леи-чжи должна быть готова к приёму у Короля меньше чем через час.