Безумные Мечты - Л. Дж. Шэн

— И вот, пожалуйста. — Он подмигнул. — Не думаю, что Брюс ненавидит идею приложения. Если уж на то пошло, то думаю оно способствует осознанному согласию в платонических отношениях. — Он заметно вздрогнул от этого богохульства. — Его проблема во мне. С тем, кто я есть. Моя репутация. Вот почему нам не нужно провалить это задание с фальшивыми любовниками, Касабланкас.

Я прикусила губу, снова взглянув на приложение.

— Отлично. Это хорошее приложение. Если уж на то пошло, а это, скорее всего, ничто, то я думаю, что Брюс был бы безумцем, если бы не вложил в него деньги. В нем нет ничего захудалого или аморального. Было бы здорово иметь что-то подобное, когда Так меня бросил. На самом деле, ты мог бы монетизировать это дерьмо, потому что тогда я бы легко потратила сотню баксов на регистрацию.

— Мы рассчитываем на пятьдесят баксов в год. — Он щелкнул меня по носу, словно я была очаровательным щенком, встал и собрал свои вещи. — Кроме того, я был бы твоим фальшивым парнем бесплатно. Ты будешь моей условно бесплатной.

Когда он направился к двери, у меня упало сердце, и не в хорошем смысле. Я не хотела, чтобы он уходил, поняла я. Но просто сидела и смотрела. Что еще могла сделать? С тех пор как я приехала сюда, я и так уже монополизировала столько его времени. Не хотела переусердствовать.

Когда он подошел к двери, то положил руку на ручку и повернул голову, чтобы взглянуть на меня.

— Дил?

— Да, Рай?

С каких это пор мы стали Дил и Рай? Это изменение в динамике символизировало крах моего механизма самозащиты.

— Я нашел отличный детский сад для маленькой вонючки. — Он засунул руку в передний карман. — Очень рекомендую. Метод Монтессори, с учителями, специализирующимися на умственном развитии и всякой хрени. Лист ожидания на три года вперед, но жена Брюса...

Его слова окатили меня ледяной водой.

— Как ты смеешь? — Я зарычала.

Неужели ему так не нравится проводить время с Гравити? Неужели он думал, что я буду отдавать ее под присмотр пять раз в неделю, пока я работаю в основном в ночную смену и вообще не смогу с ней видеться?

— Никто не просил тебя помогать мне искать детский сад. Мне он не нужен.

— Няни ненадежны. — На его челюсти дрогнул мускул. Он не стал уклоняться от темы. — И как только это приложение начнет работать, у меня не будет времени сидеть с ней. В любом случае, она чертовски умна. Даже я могу сказать, она - единственный трехлетний ребенок, которого я знаю. — Его взгляд остановился на моем, суровый и непоколебимый. — Ей нужно общаться с другими детьми. Заводить друзей. Подумай о ней.

— Я и думаю о ней. — Я встала. Паника и агония пронеслись сквозь меня. — Я думаю о том, что у нее нет отца, так что, по крайней мере, у нее может быть настоящая мама.

Я ненавидела, что мой гнев, мой жар, мое отчаяние не пронзают его насквозь. Что он не уклоняется от конфронтации, когда я выражаю сильные чувства. Что он достаточно заботлив, чтобы вступить в бой, а не уйти, как это сделал Такер.

— В любом случае, я познакомился с твоим ребенком и думаю, что вам обеим будет полезно, если она пойдет в сад хотя бы на неполный день, — невозмутимо продолжал Райленд. — Когда-нибудь она пойдет в школу. Эта работа в баре не вечна. А Гравити заслуживает большего, чем фальшивый дядя, который учит ее отрыгивать алфавит и бросать кусочки ананаса в окно, чтобы скоротать время.

— Для меня не будет никакой школы, — рассмеялась я. — Нью-Йорк - это мой единственный шанс избежать вечной жизни с матерью. Я не собираюсь упускать его, поступая в колледж и рискуя финансовым крахом. Как ты думаешь, что я буду делать с твоими деньгами? Я экономлю каждый пенни. — Я подошла к двери, дрожа от ярости.

Неужели он думал, что я плохо занимаюсь с собственной дочерью? Что ей не хватает стимула?

— Это не… — начал он.

— Убирайся.

Он дернул за ручку, открывая дверь, и эти светлые, спокойные глаза все еще смотрели на меня. Но вместо того, чтобы выйти, он резко повернулся от двери, сделав один шаг и съев все пространство между нами. Внезапно он оказался у меня перед лицом. Его тепло отражалось от моего тела. Его пульс бился о мой собственный. Он наклонился так, что мы оказались лицом к лицу. Я чувствовала, что вот-вот взорвусь, и не знала, от чего: от желания, нужды или гнева.

— Завтра. В десять тридцать утра я буду за рулем. — Его дыхание скользило по моей шее, голос был низким и угрожающим. — Я не Такер, Дилан. Ты не сможешь управлять мной. Ты не можешь заставить меня бежать. Ты не сможешь заставить меня согласиться с тобой. Не опаздывай.

— Я же говорила тебе...

— Маршалл за все договорился, — огрызнулся он. — Если это тест, я хочу его пройти. Мы пройдем.

— Я ненавижу тебя. — Я вела себя по-детски, я знала, но, возможно, это было именно то, что мне было нужно. Кто-то, кому я могла бы показать свое самое худшее, зная, что он все равно не уйдет.

К моему ужасу, одинокая слеза вытекла из моего правого глаза.

Вот почему я вела себя с ним ужасно. Инстинкт заставлял меня отталкивать мужчин и смотреть, как они уходят. Только Райленд не ушел за те шесть дней, что прошли с момента нашего воссоединения. Пока.

Но я уже знала, что он встретит этот вызов на ура. Таким уж он был. Он никогда не уклонялся от тяжелой работы.

Большим пальцем он смахнул мою слезу.

— Кто-то сказал мне, что в сериалах про врагов и любовников самый лучший секс. — Он сунул большой палец в рот, пробуя на вкус мою слезу.

— Этот кто-то кажется умным, — пробормотала я.

Он кивнул.

— И горячим.

С этими словами он проскользнул мимо меня, эротично прошептав, его рука задевает мою, и он уходит, оставив меня в луже желания и гнева.

Что, черт возьми, только что произошло?

18