Ты моя одержимость - Лера Деревянкина

– О, и они здесь, – выглядывает из-за моей спины Алина и косится на вход. Поворачиваюсь и вижу ту, кого меньше всего ожидал увидеть. Точнее, совсем не ожидал.

Лера. Здесь. В кирпичных стенах заброшки. В «Яме». В моем темном логове. В мире, от которого я всячески старался ее оберегать. Но теперь она часть этого мира, и все благодаря Стрельцову. Он знал, что это приведет меня в ярость, поэтому и притащил ее сюда.

Подхожу к этой парочке и сразу натыкаюсь на сопротивление. Мартышка превратилась в дикую кошку, пора смириться с этим. По всем канонам я должен продолжать делать вид, что мне наплевать. Наплевать на то, что Лера находится в одном из самых опасных мест города. Наплевать на то, что пришла она сюда со Стрельцовым. И наплевать на то, что я ничего не могу сделать. Чтобы не сорваться, вжимаю в стену Алину и впиваюсь поцелуем в ее губы. Но даже так не думать о Лере не получается.

– Не знала, что она тоже прыгает, – снова удивленно смотрит в сторону девушка.

Кто прыгает? Резко разворачиваюсь и вижу Леру на краю ямы с тросом, обвязанным вокруг талии. Сейчас она выглядит как амазонка: бесстрашная, воинственная, сексуальная. Может, мы и не так сильно отличаемся? Может, мой и ее миры не такие уж и разные?

Она делает решительный шаг вперед, и на мгновение внутри меня все замирает. Смотрю на это со стороны, словно в замедленной съемке. Трос натягивается, и это означает одно – Лера в пропасти, она сделала это.

– Полиция! – неожиданно кричит кто-то, выглядывая в окно.

Черт, почему сейчас?!

Забыв про все наши игры в войнушку, бегу к краю ямы, хватаюсь за трос и помогаю вытащить ее наверх. Лера плачет. И смеется. Есть еще кое-что, что отражается в ее глазах, говорящее о том, что она почувствовала во время прыжка. Это то, что чувствовал и я, впервые шагнув в пропасть, – то самое ощущение безнаказанности, ощущение того, что ты можешь все. Даже обмануть смерть.

Но сейчас нам стоит поторопиться. Это не первый раз, когда сюда заявляется полиция, вызванная кем-то из особо бдительных жителей соседних домов. И что им не нравится? Мы тут не хулиганим, даже в порядок все привели…

Да, ребята знают, что делать, куда прятать вещи и как покинуть здание, если нагрянет полиция. Но сейчас есть одно «но».

– Трос! – рычу я.

– Что случилось? – спрашивает Лера.

– Механизм заел.

С каждой минутой в «Яме» становится все меньше людей, исчезает диджейский стол, светильники. Когда трос наконец-то поддается, мы остаемся на этаже одни. Хватаю Леру за руку и без объяснений веду к лестнице. Слава богу, она не сопротивляется и молча следует за мной. Смотрю вниз и вижу, как внизу, этаже на третьем, мигает фонарик. Полиция. Значит, этим путем идти поздно. Не отпуская Лериной руки, резко сворачиваю и бегу наверх. Всего один пролет, толкаю дверь, и мы выходим на крышу.

– Они же найдут нас здесь! – встревоженно шипит Лера.

Знаю, поэтому на крыше мы не останемся. Заброшка построена буквой «Г», как два здания, разделенные общей стеной. Надо всего лишь добежать до противоположного края и перебраться во вторую часть. Я делал так много раз.

Бежим туда, где можно перелезть на второе здание, но сто́ит перекинуть ногу через каменный блок, как в окне второго здания вижу еще один полицейский фонарик. Черт! Нас окружили. Голоса становятся громче. Если они поднимутся на крышу, то точно нас увидят, только вот бежать нам теперь некуда.

У края недалеко от нас замечаю гору старых строительных материалов, видимо, оставленных здесь рабочими еще со времен стройки.

– Идем! – зову девушку, и мы бежим к этой куче хлама. – Молчи и не шевелись, а то придавит.

Лера кивает и пролезает вслед за мной. Остается лишь надеяться, что сюда полицейские заглядывать не станут.

Места мало, даже катастрофически мало. Мы плотно вжаты друг в друга, и я чувствую каждый изгиб тела любимой девушки. Каждый, мать его, изгиб. И мое тело отзывается на это вполне объяснимой реакцией, если это можно так назвать.

– Вадим, – смущенно шепчет Лера, – это что?

А я не знаю, что ей ответить. Точнее, знаю, но не хочу. Мы лежим под грязными мешками на крыше здания, переполненного полицейскими, а единственное, что меня волнует, так это девушка, лежащая сверху и прижимающаяся своим телом к моему.

– А как ты думаешь?

– Господи!

Раздаются звуки шагов. Они на крыше, где-то совсем рядом. Чувствую, как быстро бьется Лерино сердце. Мое тоже отжигает не по-детски.

Наконец все затихает.

– Полежим еще несколько минут, чтобы наверняка, – тихо предлагаю ей.

– Хорошо, – соглашается Лера.

В воздухе пахнет ирисками – так пахнут Лерины волосы. Кажется, сейчас я даже рад, что все так получилось.

– Зачем ты прыгнула? – спрашиваю у нее.

– Честно?

– Хотелось бы.

– Меня задели твои слова.

Неужели она сейчас так просто взяла и открыла свои карты?

– А еще то, что ты никогда не говорил мне про «Яму», а Алину с легкостью взял с собой.

– Это что, ревность?

– Забудь, – фыркает девушка.

– А ты не думала, что я не говорил тебе про «Яму» не просто так?

– Здесь опасно, здесь тебе не место и бла-бла, знаю. Только вот тот же Влад, в отличие от тебя, готов знакомить меня со своим миром.

А вот это зря.

– Ну и где же твой Влад? Что-то я его не видел после того, как объявилась полиция.

Лера снова фыркает, но оставляет мои слова без ответа. Так-то, стоит задуматься, кто твой настоящий враг, а кто по-настоящему желает тебе добра. Лера слегка поворачивается, отчего еще сильнее вжимается своими бедрами в мой пах.

– Боже, не делай так.

Молчит, но я знаю, что она покраснела.

– Почему ты сказал, что мне вряд ли тут понравится? – наконец тихо спрашивает она.

– А тебе понравилось?

– Если честно, – делает небольшую паузу, – нет.

– Спасибо за честность, – шепчу в ответ и, чуть помедлив, говорю: – Мне жаль, что все так вышло.

Правда жаль. Я не должен был портить ее картину. Я мог поступить иначе, но не поступил.

Через двадцать минут мы покидаем здание заброшки, садимся в машину и впервые за последний месяц возвращаемся домой вместе.

Глава 36

Ноябрь 2023 г. Вадим

Бесшумно шагаю по пустым коридорам. Прохожу через главный холл мимо пустующего поста охраны и тяну на себя массивную дверь, ведущую в актовый зал. В зале никого, но через каких-то двадцать минут