Побочная Кровь - Валиса Рома

Мать Орика наконец–то моргнула, и меня кольнула мысль: может, она не слышала ничего из того, что я говорила? Однако по взгляду было ясно обратное. Она всё слышала.

– Возвращайся в комнату. Я не хочу это обсуждать, – наконец негромко произнесла она, кивнув ошеломлённому рикилю за моей спиной.

У меня подогнулись колени, и слёзы полились из глаз.

– И это всё?.. – хрипло выдала я, чувствуя, как сжались толстые пальцы на локте. – Это всё?! Это всё, что ты можешь мне сказать?!

Я закричала от бессильной, неконтролируемой злости, и крылья развернулись за спиной, откинув рикиля на добрые несколько метров. Но я едва обратила на это внимания, с огнём в глазах смотря на замершую Ти'сш'У. Впервые в её глазах был страх.

– Гнилая, эгоистичная, самолюбивая Мать грёбанного Орика, вот кто ты! – закричала я, слыша, как в зал уже врываются другие рикили, нерешительно замирая.

– Айкю, не смей… – с едва заметно дрогнувшим голосом произнесла она.

– Я ненавижу это имя! И мне, в отличие от кое–кого, кто всучил код, дали настоящее! Сгори ты в парах этого ядовитого мира, но никогда больше я не появлюсь на Орике!

Я развернулась к окну, ринувшись к нему навстречу. Перед глазами мелькнули острые конечности Ти'сш'И, одна из которых, зацепив меня, откинула в противоположную сторону. Я ударилась спиной об кресло, перевернув его и едва успев отскочить в сторону. Лоб кольнуло от боли, по правому веку медленно стекла горячая капля крови, упав на щёку и продолжив свой путь.

– Ты ранила меня? – ошарашенно прошептала я, подняв взгляд на не менее изумлённую Мать Орика. С одного её лезвия стекала моя кровь, красная и густая.

– Звёзды, Айкю, я не хотела… – с неподдельным испугом прошептала Ти'сш'А, беспомощно отступив назад. – Что вы стоите?! Живо, врача, рана не должна быть…

Но я уже не слушала её, с трудом поднявшись на ноги и взглянув на окно. Либо сейчас, либо никогда.

И я вновь кинулась вперёд. На этот раз меня никто не остановил, и в последний момент накрывшись крыльями, я пробила когтями стекло, вылетев из зала с закричавшей от бессилия Великой Матерью Орика.

Крылья развернулись за спиной, и меня подхватил ветер. Далеко внизу растелились прямые до убожества улицы Орика, но я едва обращала на это внимания, забыв о боли, о злости и обо всём на свете.

Я летела. Парила так высоко в небе, что страх не мог до меня дотянуться, взмахивая мощными крыльями и ощущая приятную боль в мышцах. Звёзды, у меня получилось…

Глаза застелили слёзы, и я рассмеялась: не то от радости, не то от захватившего всё тело горя. Я смогла. Я справилась, добыла данные о себе, наконец–то полетела… но только что лишилась чего–то очень весомого в своей жизни. Чего–то, о чём буду сожалеть ни один раз.

Я всё же лишилась матери.

Глава 5. Беловолосый ангел. 1

Сумка упала на кровать, и в ней что–то глухо звякнуло. Я не обратила на это внимания, развязывая жёсткие, словно проволока, волосы. Мышцы спины приятно ныли – спасибо тренировкам с Дамесом, иначе я бы давно взвыла от боли, но, нет, держалась. Надо принять горячую ванну и наконец–то поспать. Правда, получится ли? Я и так день с копейками провела на Орике, так что скоро мой выходной закончится и меня вновь нагрузят работой. Эх, свалить бы куда подальше…

Зайдя в гардеробную, я хрипло произнесла:

– Зеркало.

Надо же узнать, насколько всё плохо?

Из белой панели показался овал зеркала, что приблизившись ко мне, явил мой облик. От неожиданности я вскрикнула и отступила, тяжело дыша и касаясь пальцами пореза над правым глазом. Лезвие Ти'сш'И разрезало бровь и почти задело волосы, если бы не мои укреплённые кости, боюсь представить, что вообще было бы.

Помедлив, я вновь подошла к зеркалу, настороженно смотря на себя. Лицо поблёскивало от крема, но чёрных ожогов не было. Правую сторону заливала кровь, которую я наспех стёрла, размазав по щеке. Но больше всего в моей внешности изменились волосы. Они стали белоснежными. Белее, чем у Оникса! И брови, и ресницы, между прочим, тоже. Лишь костюм был чёрным.

– Звёзды… – простонала я, опустившись на корточки и запустив пальцы в волосы. – Ну вот за что мне это?..

Глаза защипали от слёзы, и обняв себя за колени, я закрылась жёсткими белыми волосами, а заодно и чёрными стальными крыльями. Мир тут же погрузился во тьму, которая сейчас зрела в моей груди. Звёзды, ну почему всё самое плохое случается со мной?! Что со мной вообще не так?! То крылья, то волосы, то теперь ещё и жизнь…

Спины коснулись тёплые пальцы, и я вздрогнула. Крылья беспомощно опустились, а сама я осторожно повернулась. Перед глазами стояла пелена из слёз, и сморгнув её, я взглянула в ясные голубые глаза на смуглом лице.

– Почему ты плачешь? – тихо поинтересовалась Айна, и её голос походил на нежный прилив.

– Мне больно… очень и очень больно… – прошептала я через силу.

Светловолосый ангелок опустилась напротив меня, протянув руки и аккуратно проведя по жёстким белым волосам.

– Тебе идёт этот цвет… он такой чистый, нетронутый, – призналась она.

– Думаю… Ориас не оценит…

– Ему понравится, – неожиданно серьёзно произнесла Айна. – Ты словно… выглядишь другой.

– Хотела бы я, чтобы я и вправду была другой, – призналась я, опустив голову на колени этой нетронутой ложью девочки. Её пальцы нежно касались моей головы, и невольно я позволила себе слишком большую роскошь – расслабилась.

Мы провели так некоторое время, и только когда я успокоилась, поднялись на ноги и прошли в ванную. Айна помогла мне раздеться, подмешав в воду пряные травы и заставив воздух пропитаться чем–то приторным и в то же время успокаивающим. Пока я лежала в горячей воде, она увлечённо распутывала мои волосы, смазывая их маслами и что–то подпевая под нос.

– Что ты поёшь? – не вытерпев, спросила я.