Идеальный развод - Елена Попова

– Превратила квартиру Ветровых в свинарник! – где-то отдаленно прозвучал голос девушки, которая вызвалась в понятые.

– Кошмар! Кошмар! – глядя на раковину, полную грязной посуды, охала пожилая соседка – еще одна понятая. – И ребенок живет среди этого смрада?!

Вера похлопала себя по щекам, чтобы попытаться прийти в чувство. Она отчаянно надеялась, что из-за дурных мыслей, которые последнее время атаковали ее голову, ей просто приснился плохой сон.

– Понятые, прошу вас сюда! – раздался голос из комнаты.

Набрав полную грудь морозного воздуха, Вера сморщила губы и вспомнила, как увидела на расправленной кровати наручники, а на полу – две упаковки из-под презервативов.

Четыре женщины что-то говорили, говорили и говорили, разводили руками, осуждающе глядя на Веру, мотали головой, снимали квартиру на камеру, понятые подписывали какие-то документы.

– Меня подставили, понимаете? Вот это, – Вера обвела взглядом комнату, – не мое все. Я впервые вижу эти сломанные игрушки, эти чулки, эти бутылки. Утром, когда я уходила на работу, здесь был порядок, – уверяла она, сквозь слезы глядя на женщин. Но ее как будто не слышали.

– У такой мамаши нужно срочно забрать ребенка!

– Согласна! Кого ж она вырастет в таком притоне?

– А ведь с виду приличная женщина… – говорили между собой соседки.

После их ухода, Вера первым делом побежала в полицию, но там ее даже слушать не стали.

– Ребенка же не украли, правильно? – спросил молодой капитан. – Его забрал родной отец, который не лишен родительских прав, верно?

– Он меня подставил, понимаете? Проник в квартиру, пока я была на работе, и устроил там погром, чтобы органы опеки подумали…

– Так, гражданка Салтыкова, вы думаете, у меня есть время слушать ваши семейные проблемы? – Капитан указал на толстую папку с бумагами. – Избиение было? Не было! Отец ребенка лишен родительских прав? Нет! Вашей жизни кто-нибудь угрожал? Тоже понимаю, что нет! Тогда в чем дело? – он развел руками и помотал головой. – Поругаются муж с женой и бегут заявления писать! Если полиция будет заниматься скандалами между супругами, то кто же тогда будет ловить преступников? – капитан тяжело вздохнул и добавил: – Остынет он к утру, и помиритесь. Сколько раз такое наблюдал.

Поняв, что в полиции ждать помощи не от кого, Вера поймала такси и отправилась на железнодорожный вокзал.

Она не могла сидеть в Иваново и бездействовать, пока Дениска находился у Салтыкова. На вокзале ей позвонила Даша, чтобы поинтересоваться, как дела, а узнав о случившемся, подруга быстро взяла ситуацию в свои руки.

– Так, Вер, не паникуй. Давай обо всем по порядку: Денис не пропал, мы знаем, что он с отцом, и Лев ему ничего плохого не сделает, правильно? Правильно! А если ты к нему поедешь, то, поверь, ничего этим не добьешься. Оцени ситуацию трезво: сейчас ты для всех мамаша с аморальным поведением. А он в глазах людей – прилежный отец, который буквально спас от тебя ребенка. В твоей квартире были и органы опеки, и понятые, которые могут это подтвердить. Так что сейчас у Салтыкова все козыри в руках и…

– И что ты предлагаешь, Даш? – перебила Вера. – Сидеть и ждать суда, на котором меня лишат родительских прав? – всхлипнула Вера, изучая табло с расписанием поездов.

– Для начала тебе нужно остыть. А затем постараться его обхитрить. У тебя телефон записывает разговоры?

– Да, – шмыгнула носом Вера.

– Тогда позвони ему, поставь телефон на запись, и спроси, зачем он тебя подставил? Скажи, мол, что ему же хорошо известно, что ты никакая не проститутка и так далее. В общем, нам нужно, чтобы Салтыков четко дал понять, что он причастен ко всему этому погрому в квартире. Он ведь не просто так выкрал Дениса, – вздохнула Даша. – Сто процентов хочет что-то взамен. И, скорее всего, тут дело в делёжке имущества.

– Думаешь, отдаст сына, если я откажусь от своей доли? – предположила Вера.

– Да тут и к гадалке ходить не надо. Салтыков слишком дорожит своими салонами, чтобы взять и так просто отдать тебе половину. Будет шантажировать ребенком. Ух, не могу! – зарычала Дашка. – Какая же он мразь!

А дальше подруга разложила по полочкам, что Вера должна сделать.

– Первое: записать разговор, где он четко даст понять, что он тебя подставил и пытается таким образом шантажировать. Второе: обзвони всех своих московских клиенток, и попроси их присутствовать на суде, чтобы подтвердили, что ты приличная женщина, а не какая-то проститутка.

Вчера Вера несколько раз пыталась дозвониться до Льва, но он не брал трубку, а потом и вовсе отключил мобильник.

Она снова достала из кармана пальто телефон и еще раз попробовала дозвониться. После нескольких гудков она потеряла надежду на то, что ей удастся записать разговор, но неожиданно он ответил.

– Слушаю тебя внимательно!

Вера быстро включила диктофон.

– Лев, прошу тебя, давай поговорим.

– Интересно, о чем? – хмыкнул он.

– Скажи, что я тебе такого сделала в жизни, чтобы заслужить к себе такое отношение? Зачем ты устроил весь этот цирк с бардаком в квартире, и поливаешь меня грязью? Я же мать твоего сына…

В трубке раздался смех.

– Вот только не надо притворяться, Вер. Ты всегда была хорошей актрисой, учитывая, насколько виртуозно у тебя получалось вести двойную жизнь. Но все тайное становится явным, не так ли? Или ты думала, что я никогда не узнаю о том, что ты подрабатывала проституткой?

Вера поняла, что Салтыков догадался, что она может записать разговор. Но все равно продолжила:

– Ты же прекрасно знаешь, что все это подстроено! Светка дала тебе ключи, или, я не знаю… вы вместе с ней навели этот «порядок», и наговорили соседям, что я устроила в квартире притон, пригласили этих понят…

– Прекрати нести эту чушь! – гаркнул в ухо Салтыков. – Тебе лечиться надо, Вер! Вот чего тебе не хватало, скажи? У нас был дом, деньги, путешествия, хорошая семья, все живы, здоровы, слава богу, ты жила ни в чем не нуждаясь. Так чего же тебе не хватало, что ты пошла по рукам?

– Что ты несешь? Ты слышишь себя? – крикнула Вера, и прижала пальцы к виску, как будто голову пронзила резкая головная боль. – Господи, ну за что ты так со мной, Салтыков? Хотя бы ради тех лет, что мы были вместе, прошу тебя, отдай сына и дай мне развод. Мне ничего больше не нужно. Ни денег, ни половины от московской квартиры и твоих салонов. Я