Ночь с принцем - Сабрина Джеффрис

— Не сомневаюсь, — пробормотала Кристабель. — Я, однако, не такая злодейка. Но я не понимаю, разве миссис Уоттс не знает о вашем прошлом? То есть я хочу сказать, когда Берн хлопотал за вас…

— Он сказал, что я дочь его арендатора. Из его имения в Бате.

Кристабель вытаращила на девушку глаза:

— У Берна есть имение?

— Боже мой, Боже мой, я не должна была рассказывать об этом, но я думала, вы и так знаете, раз вы его любовница и все такое. — Лидия нервно теребила краешек фартука, а ее глаза наполнились слезами. — Он рассказал только мне и миссис Уоттс и предупредил, чтобы мы никому… а сейчас я…

— Не беспокойтесь. Я сохраню это в тайне. — Кристабель успокаивала девушку, а ее мозг в это время лихорадочно работал. Значит, Берн действительно уехал в Бат по делу? Ну кто бы мог подумать, что он владеет землей, да еще далеко от города? Даже сплетники, по-видимому, ничего не знают об этом. — Я познакомилась с мистером Берном совсем недавно. — И он, похоже, не любит распространяться о своей жизни. — А вы были в этом имении?

— Конечно, нет, миледи. С какой стати?

— Потому что вы… то есть вы с Берном были… Лидия широко раскрыла глаза:

— О нет-нет, никогда! Я хочу сказать, что я бы, наверное, не смогла отказать ему, потому что он был очень добр ко мне; но он никогда не требовал ничего подобного, даже в ту ночь, когда Джим так бессовестно оставил меня с ним.

Кристабель не верила своим ушам.

— Мне казалось, что вы со своим приятелем Джимом играли в не очень пристойную игру с Берном и леди Дженнифер.

Девушка смутилась:

— Да, так и было. А потом эта ужасная женщина… — Она резко замолчала. — Простите, миледи, я не должна была так говорить о ней.

— Все правильно. Она и правда довольно ужасна.

— Она завлекла моего Джима в свою постель, — горячо продолжала Лидия, — а меня оставила с мистером Берном. — Голос девушки стал мягче. — Но он оказался настоящим джентльменом и даже пальцем меня не тронул, хотя я и была… ну… совсем раздета. Он сразу понял, что я, — Лидия гордо вскинула голову, — из хорошей семьи. Мой отец был небогатым джентльменом. Когда я сбежала с Джимом, это разбило его сердце. Но я думала, что Джим на мне женится, а потом… все шло хуже и хуже… — Девушка горько вздохнула. — Мистер Берн тогда сказал мне, что поможет найти приличное место, если я захочу. И так я стала работать у миссис Уоттс.

— Понятно… — задумчиво произнесла Кристабель.

Ей действительно многое стало понятно. Похоже, Берн только старается казаться циничным и жестоким, а на самом деле у него доброе и мягкое сердце.

Миссис Уоттс вернулась в комнату с недостающими деталями туалета. Когда Кристабель примеряла «прелестнейшую маленькую шляпку», мысли ее были уже далеко.

Как Берн тогда говорил? «Девочка была просто развлечением на одну ночь». Ну и лгун! Послушать его — так он величайший распутник в Лондоне, а на самом деле он даже не попытался силой затащить Лидию — да и Кристабель — в свою постель.

А еще у него есть имение. Имение, Господи помилуй! Следующим, вероятно, будет известие, что Берн регулярно посещает церковь.

«Осторожнее, — прошептал противный внутренний голосок. — Так все и начинается. Сначала ты обнаруживаешь у джентльмена какие-то достоинства и он начинает тебе нравиться, а потом, не успев моргнуть глазом, понимаешь, что увязла с головой. Берн умеет хранить свои секреты, и тебе не мешает научиться этому. И помогает он тебе только потому, что хочет стать бароном. Не забывай об этом».

Кристабель не забудет. Но и не сможет больше, как бы он ни старался, считать Берна земным воплощением дьявола.

Когда примерка закончилась, Кристабель вышла, чтобы проводить портниху и ее помощницу. Миссис Уоттс уже сидела в экипаже, когда Лидия поспешно подбежала к Кристабель и прошептала:

— Благодарю вас, миледи, за то, что сохранили мою тайну. Мистеру Берну очень повезло, что у него… такой друг.

— Надеюсь, вы правы.

Дождавшись, пока экипаж тронется, Кристабель вернулась в прихожую и спросила у лакея:

— Мистер Берн прислал мне какие-то книги?

— Да, миледи. Они у меня. Забрав книги, она добавила:

— Еще мне нужна колода карт. Куда делась та, которой мы играли вчера?

— Она в кабинете. Сейчас принесу, миледи. Собираетесь разложить пасьянс? — спросил лакей и, хромая, направился за картами.

Да, собирается. Конечно, пасьянс — это не вист, но все-таки тренировка. Берн будет доволен. Кристабель не должна разочаровать его. Кода он вернется, то убедится, что даже у Стокли ему не придется краснеть за свою ученицу.