Брачный обет - Каролина Дэвидсон

— Милая моя! — прошептал он, но она продолжала сидеть, сжавшись на скамейке Корд протиснулся за ширму, где и без того было тесно, чувствуя себя как слон в посудной лавке.

Он коснулся макушки Рейчел Его шершавые пальцы запутались в шелковистых завитках ее волос, а сердце таяло от нежности к ней.

— Душечка моя! Я не могу поднять тебя, так как опрокину эту чертову ширму. И даже опуститься рядом с тобой не могу — сяду прямо в помойное ведро — Он заключил в ладонь ее подбородок и приподнял голову.

Ладонь у него сделалась влажной, а когда она посмотрела на него, то он увидел, что она плачет.

— Рей… малышка, не плачь! Прости, если я не то сказал.

Она покачала головой.

— Это ты прости меня, Корд. Я такая глупая… я даже не знала, что у меня будет от тебя ребенок. Мама не говорила мне, как я об этом узнаю.

Он все же умудрился опуститься на колени и обнять ее. От ее переживаний у него заболело сердце.

— Ты вовсе не глупая, Рейчел. Ты умнее нас всех. Для меня ты — совершенство.

Она прижалась губами к бьющейся у него на шее жилке и поцеловала.

— Корд, какое я совершенство! Я — эгоистка.

— Вот что, хватит! — Он подхватил ее на руки и, прижав к груди, отнес на кровать, сдвинув при этом часть мебели. Он уложил Рейчел на постель, которая давно представлялась ему их общим маленьким раем, лег рядом и внимательно вгляделся в ее лицо. — А теперь скажи: почему ты решила, что ты — эгоистка?

— Мистер Болдридж и мистер Хамптон предлагают мне работать в театре: играть на репетициях и заменять настоящих музыкантов в их отсутствие. — Рейчел подавила рыдание. — Впервые в жизни я почувствовала, что чего-то стою и…

— Не впервые в жизни, Рейчел. — Он прижался губами к ее рту. — Я захотел тебя, потому что ты многого стоишь. Ты для меня — единственная и неповторимая. Твое умение играть на фортепьяно — капля в море по сравнению с той музыкой, какую ты принесла в этот дом, еще не дотронувшись ни до единой клавиши. Ты заполнила все комнаты своим смехом, пением и красотой, которую только ты умеешь создавать вокруг себя. — Он прижался к ней лбом и вздохнул. — Я не очень складно это сказал, Рей. Я ценю то, что ты умеешь играть на фортепьяно. Я горжусь тобой.

— Нет, ты все очень хорошо сказал, — прошептала она. — Вот уж не ожидала, что ты такой замечательный оратор, Корд Макферсон.

— Тогда запомни мои слова, потому что я не уверен, что сумею их повторить. И не смей говорить, что ты глупая, слышишь? — строго добавил он. — Если ты хочешь играть в театре — пожалуйста. Мы до тебя ели холодные обеды и теперь поедим.

— У меня будет ребенок. — Глаза Рейчел светились радостью, а губы сложились в широкую улыбку. — Это же чудо. — Из глаз у нее полились слезы, и она громко шмыгнула носом. — Корд, дай мне платок.

Длинной рукой он дотянулся до прикроватной тумбочки и вытащил оттуда носовой платок.

Высморкавшись, Рейчел заявила твердым голосом:

— Я сказала мистеру Болдриджу, что хотела бы работать в оперном театре. Меня это так окрылило, Корд. Но когда Бью Джексон предположил, что я беременна, я забыла про все на свете. Мне казалось, что наступило рождественское утро и я проснулась с кучей подарков.

Он засмеялся, а она продолжала:

— Я приняла важное решение: я не стану ездить туда-сюда, Корд. С меня вполне достаточно того, что они сделали мне предложение. Мы должны выяснить, согласится ли на это Джейк. Вскоре возникнет необходимость в управляющем театром…

— Я бы особо не рассчитывал на это, Рей. Ему придется появляться перед людьми, а я не представляю его в этой роли.

— Он чудесно справится и с удовольствием будет давать всем указания. Придется, правда, соорудить скат на сцене для его коляски.

— Душечка, ты уже готова все организовать. Нам едва удалось пристроить его к делам здесь. Теперь, когда мы оба знаем… про ребенка… Понимаешь, Рей, я думал об этом весь день после того, как Бью Джексон сказал мне, как ты…

— Не будем больше про это, Корд. — Она прижала пальцы к его губам.

— Как ты думаешь, сколько у тебя уже месяцев беременности?

— Наверное, два… — Глаза Рейчел восторженно засверкали. — А вдруг будет девочка?

Он задумался. Мальчики у него уже есть: Генри и Джея он считал собственными сыновьями.

— Девочка — это хорошо.

Рейчел обвила руками шею Корда.

— Ты поговоришь с Джейком?

— Завтра, — ответил он.

— Голова у тебя все еще болит? — Она потерла ему затылок.

— Если ты меня поцелуешь, то мне будет намного лучше.

— В голову? Вот сюда, в затылок?

— Ну, ты можешь начать с губ.

— Ты хочешь, чтобы я поцеловала тебя в губы?

— По-моему, для начала это подходящее место.

— А потом?

— А потом я тебя поцелую, а потом мы…

Она тихонько захихикала, затем громко рассмеялась. Он крепко обнял ее, и их радостный смех заполнил комнату.