Осень Атлантиды - Маргарита Разенкова

Таллури осторожно оглядела солдат: очень высокие и широкоплечие здоровяки — они могли бы запросто нести их и не по одному, а по двое. Как не были похожи эти люди на тех, что окружали Таллури в обыденной жизни. Таллури поморщилась: «Грязные и потные, лица чем-то размалеваны и интеллект здесь явно не в чести!»

— Лучше пойдем, — негромко проговорил Нэфетис и вздохнул: — Это, похоже, пограничный контроль. Над этим человеком ведь тоже есть командующий — он разберется. Да-а, — протянул он. — Ну и приключение! Спасибо Тэрчу.

Тот зевнул:

— Ну, немного промахнулись. Да ладно. Все прояснится. Надо же, как спать хочется!

— Немного?! — Рамичи зашипела, как кошка. — Ты хоть представляешь, где мы?

— Думаю, вы не имеете права сердиться на Тэрча и должны быть справедливы. Он никого не тащил насильно, — неожиданно заступился Климий.

— Вот и э-а… — Тэрча одолевала зевота. — Вот именно, я хотел сказать.

За каждым из них тем временем молча встал солдат, разъединив ребят, но девушкам было позволено шагать рядом.

Путь оказался неблизким и нелегким: увязая иногда чуть не по щиколотку в мягкой грязи и траве, ежась от прохлады, спотыкаясь о кочки, лишь через час они добрели до военного лагеря. Вместо рассвета, как ни странно, до полной темноты сгустились сумерки.

— Ты замечаешь, темень сгущается, — прошептала Рамичи Таллури. — Это не рассвет, это — закат! Здесь вечер. Но почему?

— Я тоже никак не пойму. Ведь в портале мы провели, хоть и нерасчетно долго, как сказал Нэфетис, но не более четверти часа, а взлетели на рассвете.

— Закройте-ка рты! — приказал командир грубо, но не повысив голоса.

Все ближе к тропе, по которой они шли, и все громче стали раздаваться неприятные звуки. На некоторые из них воины реагировали странно: жестом давался приказ не двигаться, и лучевые трубки некоторое время щетинились в сторону обступавшего тропу леса. Затем движение продолжалось.

Чувства Таллури обострились. Ей стало мерещиться, что в лесу скрываются фантастические чудовища. «Это, видно, со страху и от темноты и холода», — объяснила она себе.

Наконец прибыли. «Военный лагерь», — проговорил кто-то из ребят, когда они осмотрелись: палатки из грубой и плотной ткани маскирующей расцветки, пара костров, дозорные.

Таллури думала, что их отведут к какому-нибудь начальнику, главному в этом месте, где дадут объяснения и отпустят. Но их впихнули в небольшую круглую палатку на самом краю лагеря, поставили у входа часового с копьем и оставили одних. Хорошо еще, в центре палатки, давая ажурный свет, стояла жаровня с горячими углями. Пол был устлан жесткими шкурами каких-то зверей. У входа аккуратной стопкой были сложены серые пледы и стоял кувшин. Наверное, с водой. Все устроились, сбившись плечом к плечу, вокруг жаровни, наслаждаясь сухим теплом.

— А позволь-ка, Тэрч, — откашлялся Нэфетис, — меня мучает один непраздный вопрос.

— Да?.. — Тэрч уже устраивался на шкурах, натягивая на себя плед.

— Что произошло со временем?

— Гипертемпоральный скачок, — скупо сообщил Тэрч.

— Ты шутишь? Не может быть! — чуть ли не хором воскликнули Нэфетис и Климий, а Рамичи и Таллури непонимающе переглянулись.

— Надвременной перелет в другую часть суток, — пояснил Тэрч для девушек. — Скажу сразу, что не понимаю сам, как это вышло со временем.

— Ас местом? — быстро уточнила Таллури, видя, что Тэрч уже закрыл глаза. — Тэрч, отвечай!

— Хр-р… А? Да-да, совершенно верно… не хватило массы, как я и предполагал.

— Ты предполагал?!

— Ну… отчасти. Поэтому и рассчитал на шесть человек… Э-а…»

— Значит, с Эннеей, возможно, хватило бы?

— Нет. Не будем останавливаться на таких пустяках — с ней тоже нехв… не хр-р…

— Вот-вот, — язвительно заметила Рамичи. — Нихв… ни хр-р!

— А со львами? — без особой надежды, просто чтобы не увязнуть в тишине, спросила Таллури.

— М-м?

— Со львами?!! — заорала Рамичи прямо в ухо Тэрчу. Откинув полы, в палатку озабоченно и строго заглянул часовой, но, не обнаружив нарушений, убрался.

Тэрч, не просыпаясь, неожиданно твердо ответил:

— Да. Со львами — да.

После большой паузы Климий заключил:

— Кроме того, что мы в военной зоне, где мы — нам неизвестно, зато здесь полно осведомленных об этом людей — это раз. Второе, когда нас вызовут к их начальнику и выпроводят домой, мы не знаем, значит, не от нас зависит исход ситуации. Кстати, запомните, мы всегда можем оправдаться нарушением работы портала. Что почти правда. Третье, времени прошло много, а нами никто не занимается, но здесь есть всё, чтобы согреться и отдохнуть. Устраивайтесь. Будем ждать.

Все стали устраиваться. Климий, уже укрывшись пледом, добавил:

— Четвертое: Таллури, даже не пробуй пойти куда-нибудь.

Она промолчала в ответ. «Как он понял?» Может быть, он заметил, как она осматривает края палатки: плотно ли они подогнаны к земле?

Ребята вскоре уснули. Уснуть в неурочное время, «про запас» — о, это они умели! Чего совершенно не умела Таллури, впрочем, и не собиралась. Она выждала некоторое время, потом растолкала Рамичи и прошептала:

— Слушай, надо как-то отвлечь часового. Я все-таки выберусь, поищу командира. Хочу, чтобы нас поскорей вернули.

Рамичи сонно моргала, но слушала внимательно.

— Не знаю как, — пробормотала она тихо, — может, мне пошуршать где-нибудь с краю? Ну-ка подожди, сейчас попробую.

Рамичи стала отдирать от земли ткань с дальнего края палатки. Таллури тем временем следила за часовым через щелку входа. Солдат почти сразу насторожился и стал заглядывать за край палатки, пытаясь определить, откуда идёт шум. Рамичи удвоила усилия — солдат подхватил копье и осторожно двинулся к источнику шума. Таллури тут же выскользнула наружу.

Хорошо, что их палатка стояла с краю: можно было пройти крадучись по периметру лагеря. Что она и собиралась сделать.

Нет, она и не надеялась, что обученные военные, скорее всего пограничники, окажутся столь любезно невниматель— ными, что она свободно осуществит задуманное. Но она тоже кое-что умела: пригнуть голову, убрать внутреннее движение чувств, стать «прозрачной», «безличной» — и никто не заинтересуется существом, тихо бредущим вдоль солдатского становища. Надо только понять, в какой палатке находится тот, кто ей нужен.

Она предположила, что это, должно быть, самая большая палатка, а может быть, самая комфортная. Или та, где будут толпиться офицеры. Но палатки, как назло, были однотипными. Да и людей в лагере было немного.

На нее посмотрели пару раз, но большого внимания не проявили. Солдаты отдыхали возле костров, лежали прямо на земле, что-то ели, возились с оружием.