Грандиозный план - Кэтрин Браун

— Я вижу, что все женщины семейства Остин отличаются редкостной красотой и обаянием, — галантно произнес он прежде, чем Розамунд успела вымолвить хоть слово, и чмокнул Рут в щеку. — Хотя я слишком заинтересованное лицо, чтобы быть объективным.

Миссис Остин в растерянности открывала и закрывала рот, не произнося ни звука, пока ей не удалось выдавить неохотное «благодарю вас».

— Ты мой герой! — шепнула Рут, когда они отошли на несколько шагов.

Брайану понравилось, как это звучит.

— Выпьем шампанского и попробуем разыскать Берта с Синди, — предложил Брайан.

Это было похоже на план, и Рут немного расслабилась. Присутствие Брайана рядом с ней волшебным образом превращало вечер из невыносимого в почти приятный. Никогда еще на памяти Рут окружающие не были к ней так дружелюбны. Она не услышала ни одного грубого или язвительного замечания в свой адрес, хотя именно этого опасалась больше всего.

Они с Брайаном танцевали, смеялись, болтали и снова кружились в танце. Новые лодочки на высоком каблуке немилосердно жали ноги, но Рут решила не обращать внимания на боль, пока есть возможность наслаждаться танцем.

Наконец кто-то из гостей втянул Брайана в деловой разговор, связанный с его работой в «Кантри», и он, извинившись, отошел в сторону, оставив Рут на попечение Берта и Синди.

Заметив, как те переминаются с ноги на ногу при звуках музыки, Рут рассмеялась.

— Да идите же танцевать! — воскликнула она. — Я уже большая девочка и могу сама за собой последить. Обещаю, что буду хорошо вести себя.

— Ну, если ты уверена в этом, — с сомнением протянула Синди, Но ноги ее уже нетерпеливо притопывали, отбивая ритм. Еще мгновение — и они с Бертом затерялись среди танцующих пар.

Рут с облегчением вздохнула и незаметно выскользнула на террасу. Здесь было темно и безлюдно. Она поспешила дать отдых горящим ногам, сняв туфли и встав босыми ступнями на прохладные каменные плиты. Облокотившись на широкую балюстраду, отделяющую террасу от сада, она слушала, смотрела и всей кожей впитывала свежий и душистый ночной воздух.

— Тебе всегда приходилось избавляться от обуви задолго до конца вечеринки, — произнес за ее спиной знакомый голос.

Рут мгновенно напряглась, но усилием воли заставила себя не оборачиваться.

— Я и не заметила тебя, Таффи, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал равнодушно.

— Зато на тебя невозможно не обратить внимания. — Он подошел совсем близко и теперь стоял у нее за спиной. — Нам нужно поговорить, — сказал Таффи. — Это не займет много времени.

Рут обернулась, потрясенная непривычным звучанием его голоса. В электрическом свете, падающем на террасу из бального зала сквозь большие французские окна, она увидела, что и выглядит Таффи не лучшим образом. Он казался усталым и разбитым. Слипшиеся пряди светлых волос спадали на лоб, под глазами залегли тени. Она с удивлением заметила две глубокие складки, идущие от крыльев носа к уголкам его рта.

— У меня неприятности. — Голос Таффи был тусклый и безжизненный. — Мне придется на какое-то время уехать из города. И я хочу, чтобы ты поехала со мной.

Не веря своим ушам, Рут отпрянула от него.

— Ты… что?

Таффи подался вперед, и его пальцы сомкнулись на запястье Рут.

— Игра окончена, Рут. — Он притянул ее к себе, и она ощутила сильный запах алкоголя, исходящий от него. — Твой флирт со Стоунером достаточно заставил меня страдать, так что можешь считать, что ты добилась своего. Возвращайся, и начнем все заново.

Он сильно сжал ее руку и, прежде чем Рут успела отшатнуться, впился в ее губы своими.

Рефлексы сработали быстрее, чем Рут осознала, что, собственно, происходит. Свободной рукой она нанесла сильный и резкий удар в живот Таффи. Тот согнулся пополам и прохрипел несколько слов, которые до сих пор никогда не звучали на террасе большого бального зала Лонгвью.

— А теперь выслушай меня! — заявила Рут задыхающемуся от боли и ярости Таффи. — Брайан Стоунер — это лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни. Он честный и прямой, и он лучше всех других мужчин, вместе взятых. И ты должен радоваться, что он не слышит тебя, иначе тебе бы очень не поздоровилось. Убирайся из города, Таффи, и не возвращайся сюда никогда!

Лицо Таффи неожиданно стало жестоким и холодным.

— Хватит делать из меня дурака! — резко произнес он.

— Ты справляешься с этим достаточно успешно и без моей помощи.

Рут тут же пожалела о сказанном, потому что красивые черты лица Таффи исказила злобная гримаса.

— Ты любишь его? — спросил он.

Рут не стала притворяться, что не понимает, о ком идет речь.

— Да, — коротко ответила она.

Таффи с яростью стукнул кулаком по балюстраде. Он явно уже не владел собой. Рут с запозданием пришло в голову, что оставаться с ним наедине небезопасно. Она сделала несколько шагов в сторону двери, но Таффи двумя прыжками оказался перед ней, отрезая путь к спасению. Он снова схватил ее, теперь уже за обе руки, не давая вырваться.

— Думаешь, я позволю ему так просто заполучить тебя, после всего, что ты сделала со мной? — прошипел он, приближая свое лицо к ней. — Я нужен тебе, Рут. Ты должна была приползти ко мне на коленях, умоляя о прощении. Как ты могла отказаться от меня? — Таффи уже кричал, то и дело срываясь на визг.

У Рут похолодело в груди. Неужели когда-то ей казалось, что она любит этого человека? Она рванулась, пытаясь освободиться.

— Даже не пытайся! — Рут впервые в жизни услышала в голосе своего бывшего мужа металлические нотки. — Сперва ты выслушаешь все, что я хочу тебе сказать.

Она укусила его за руку, сильно, так, что ощутила во рту солоноватый вкус крови. Таффи выругался и оттолкнул Рут, отчего она упала на пол. С ужасом и отвращением смотрела она снизу вверх на стоящего над ней незнакомца.

— Мы в разводе с тобой, Таффи, — снова заговорила Рут. — Мы никогда больше не будем вместе. У тебя были другие женщины и, несомненно, будут еще…

— Они ничего не значат для меня! — снова взорвался Таффи. — И никогда не значили. Мне просто нужны были деньги, которых у тебя не было. Ты — единственная женщина, которую я когда-либо любил. Именно поэтому я так долго пытался заставить тебя понять, что я тебе нужен. Я единственный, кто может дать то, что тебе нужно!

Таффи, наклонившись, схватил ее за плечи и принялся трясти.

— Ты делаешь мне больно! — Она тщетно пыталась остановить его.

— Скажи, что любишь меня! — Таффи словно не слышал ничего из ее предыдущих слов.

Рут выкрикнула единственное слово, которое, как она знала, срабатывает всегда:

— Пожар!

Таффи попытался зажать ей рот ладонью, но она резко мотнула головой и снова закричала. Он с размаху залепил ей пощечину. Только тогда она замолчала. Таффи тоже молчал, с трудом переводя дыхание.