Лабиринты любви - Розмари Роджерс

– Странно, что замок не окружен рвом с подъемным мостиком, – уж тогда семья Кавальери действительно была бы надежно отрезана от всего мира! – Насадив на вилку кусочек ледяной дыни, Сара сунула его в рот и насмешливо взглянула на сидевшего напротив хозяина. – Как можно быть уверенным в том, что стены достаточно высоки, а ворота прочны, чтобы отпугнуть тех… кстати, от кого вы прячетесь? Неужели в этой части света и впрямь водятся бандиты?

Она слегка раскраснелась от жары и радости победы над Марко в последнем матче. О, как он взбесился! Хорошо еще, что не испепелил ее взглядом! Но теперь он небрежно играл бокалом, а лицо вновь стало застывшим.

– Бандиты? – с ленивым снисхождением переспросил Марко. – Скорее уж просто несчастные воришки, не в ладах с законом, мелкие грабители – мошенники и скотокрады. Нет, крепкие ворота и охранники с собаками – самое верное средство отпугнуть террористов, которые далеко не так романтичны, как бандиты, и куда более опасны. Но почему ты спрашиваешь? Тебя что-то напугало?

– Нет, конечно. Обыкновенное любопытство, вот и все, – беспечно бросила Сара. – Я немного знаю историю Сардинии по книгам. У вас здесь неплохие книги. – И немедленно вспомнив о своей роли, поспешно добавила: – Естественно, те, что с картинками…

– Понятно.

Как она ненавидит этот иронический изгиб бровей!

– Так ты читаешь по-итальянски?

– Один из маминых мужей, Пьетро Ферреро, был итальянцем и продержался достаточно долго, чтобы я смогла перенять от него несколько слов.

– Весьма кстати. Но если ты на самом деле интересуешься историей Сардинии, я мог бы помочь. Например…

– А, кому нужна вся эта лабуда!

Сара жизнерадостно улыбнулась, поняв по едва заметно сжавшимся челюстям, что снова ухитрилась обозлить его.

– Вот Коста Смеральда – другое дело! Я слышала, это обалденное местечко! Неужели не можешь отвезти меня туда! – И с надутым видом добавила: – Я уже сто лет не танцевала, и Карло, конечно, не стал бы возражать, если бы мы поехали с тобой! Боже… я торчу здесь, кажется, целый век!

Надо как можно правдоподобнее изображать сестричку да еще держать этого наглеца на расстоянии ядовитыми выпадами и резкими отповедями.

Сегодня утром она поднялась ни свет ни заря и устроилась на маленькой террасе, куда вели двери ее спальни, с намерением немного позагорать. И надо же, чтобы он наткнулся на нее, лежащую на солнце в мини-бикини!

Сара, конечно, растерялась, не ожидая увидеть его так рано, и кроме того, из транзистора лилась оперная музыка. Марко, разумеется, не удержался от саркастического замечания, так что пришлось наспех соврать, будто, пока она дремала, сменилась программа. Наконец-то найдя предлог для очередной атаки, он принялся читать ей лекцию о вреде сна на солнце и тяжелых его последствиях.

И в продолжение всей тирады Сара неловко ежилась под намеренно дерзким, медленным осмотром. Взгляд сначала задержался на ложбинке между грудями, потом на сомкнутых бедрах, и поскольку она забыла захватить с собой халатик или хотя бы полотенце, приходилось сгорать от стыда. Но непослушное сердце выбивало в груди барабанную дробь, а горло сжала судорога, не позволившая осыпать его всеми мыслимыми оскорблениями.

– Намажься кремом для загара, если собираешься пробыть здесь еще немного, – изрек он наконец. – И включи радио погромче. Найди музыку, которая не давала бы тебе заснуть!

Он небрежно покрутил ручку. Из приемника, оскорбляя слух, рванулся разухабистый рок, и не успела она опомниться, как Марко потянулся к коричневой пластиковой бутылочке с кремом.

– Я не нуждаюсь… – прошипела Сара, но неужели он станет слушать!

– Перевернись!

Попробовала бы она не подчиниться! Наверняка заставил бы силой!

– Не можешь же ты намазать себе спину! Лежи смирно, я все сделаю.

Сильные пальцы уверенно втирали крем, пока горящая кожа не стала скользкой, как шелк. Саре хотелось отодвинуться подальше, вырваться, сбежать от наглого высокомерия и утонченной жестокости, укрыться в комнате… Но разве в этом дворце-крепости существовал такой уголок, где бы она оказалась в безопасности? Волк, готовый к прыжку, выжидающий подходящего момента…

Заметив, как по телу девушки прошла нервная дрожь, Марко коротко и неприятно усмехнулся:

– Боишься, что я отхожу тебя как следует за все твои проделки? Успокойся, сейчас мне не до этого. Лучше расслабься и не трясись так! Неужели не нравится массаж?

Опять этот гортанно-нежный голос. И руки… жесткие и одновременно умелые… Размяв шею, он перешел к лопаткам, туда, где сходились узенькие бретельки купальника.

– К чему тебе надевать это жалкое подобие лифчика? Поражаюсь лицемерию женщин, особенно тех, кто исповедует свободу и равенство! Разве не ты в интервью упомянула, будто всегда загораешь нагишом, поскольку любишь, чтобы загар распределялся равномерно по всему телу? Если хочешь, я прикажу, чтобы тебя не тревожили, пока ты принимаешь солнечные ванны.

Его руки скользнули ниже, чуть сжали и принялись мять сведенные судорогой ягодицы. Не обращая внимания на возмущенные требования девушки немедленно оставить ее в покое, он провел ладонями по бедрам, снизу вверх, чуть раздвинул стройные ноги, погладил мягкую внутреннюю поверхность.

– Я чувствую, как ты трепещешь, – тихо пробормотал Марко. – Чем ты напугана? Что, уговорив тебя раздеться и предложить солнцу свое белоснежное тело, я вздумаю сыграть роль Аполлона и попытаюсь овладеть тобой? Но ведь ты сама пришла сюда, прекрасно зная, что я единственный мужчина, который может застать тебя в таком виде! Неужели, по-твоему, что-то остановит меня, если я вдруг вздумаю воспользоваться «правом первой ночи»?

Легчайшее прикосновение его пальцев к чувствительному местечку пронзило Сару, словно электрическим током и привело в чувство.

– Нет! – вскинулась она, вскакивая и разъяренно глядя на него из-под разметавшейся гривы волос.

Герцог угрожающе навис над ней.

– Что именно «нет»? – издевательски ухмыльнулся он, уставясь на тоненькую жилку, бившуюся у самого горла.

Если он дотронется до нее, она закричит… несмотря на то что ее никто не услышит, а если и услышит, уж конечно, не подумает прийти на помощь!

Но Марко внезапно отвернулся и широким шагом покинул террасу.

Вечером Сара подметила такое же странно напряженное выражение его лица, как в тот момент, когда он исчез, оставив неразвязанным ее крошечный бикини. Однако уже через мгновение оно стало спокойно-непроницаемым.

– Значит, соскучилась по дискотекам? Интересно, что ты будешь делать, если я отправлю Карло куда-нибудь на край света. Знаешь, на земле до сих пор остались места, где даже нет электричества!

Опять пытается испытывать ее на прочность?