Праведные клятвы - Киа Кэррингтон-Рассел

— Как прошло твое свидание? Надеюсь, он хотя бы заставил тебя кончить… сильно. Именно это я и планировал сделать.

Ну, это уж точно способ сменить тему.

— Ты расстроишься, если я скажу «да»? — спрашиваю я, повторяя вопрос Дафны.

— Да. Я бы вполне мог найти его и… убить.

— Это ведь шутка, да? — Он молчит на том конце провода, не отвечая мне. — Но нет, на самом деле, он порвал со мной. Мне нужно с тобой об этом поговорить.

— Хорошо. В любом случае, ты заслуживаешь лучшего. И о чем поговорить? Что он тебе сделал? — в его голосе слышится опасная нотка. Я оглядываюсь на примерочную.

Может, Дафна не врала.

Может, я что-то значу для Доусона.

Или это просто чистое сексуальное любопытство.

— Он знал, что я сделала на прошлой неделе.

— Что ты сделала? — с ноткой поддразнивания спрашивает он.

— Как я потеряла девственность. Он знал, — говорю я Доусону. Линия замолкает, и я слышу, как он что-то печатает на клавиатуре, прежде чем он снова говорит:

— Не общайся с ним больше, — заявляет он и кладёт трубку.

Я стою, ошеломлённая тем, что он просто повесил трубку. И что это вообще должно значить? Почему Доусон говорит мне не общаться с Китом?

— Я беру оба, — с улыбкой выходит Дафна. — Если всё пойдёт хорошо на первом свидании, то на втором, как минимум, будут действия, — она подмигивает, затем замечает телефон, который я всё ещё держу в руке. Она забирает его, говорит несколько приветствий, а потом смотрит на меня с недоумением.

Мы обе в недоумении, девочка.

Мы обе.

— Кто это был?

— Доусон, — отвечаю я.

Она смеётся, идя к кассе.

— Заговори о чёрте, и он появится.

Если бы она знала, о чём был этот разговор.

— Доусон опасный человек? — спрашиваю я.

Это привлекает её внимание.

— Ну… — она задумывается на секунду, прежде чем продолжить: — Не для тех, о ком он заботится, а таких немного. Но да, он опасен. Он даже связан с мафией и всем этим, — она шепчет последние слова.

Мне хочется закатить глаза. Если бы она только знала, что та самая мафия — это муж моей сестры и мой отец. Меня окружают мафиози.

Она расплачивается за одежду, и мы выходим. Блядь, надеюсь, Доусон не убьёт Кита, потому что это единственный вывод, к которому придут такие люди, как Крю или мой отец, будучи опасными мужчинами.

— Ты всё ещё свободна? Хочешь вернуться ко мне и помочь с волосами? У тебя идеальные кудри, хочу такие же, — она касается моих локонов, которые я сделала накануне вечером.

— На самом деле, мне нужно домой, — быстро отвечаю я. Мне нужно попробовать связаться с Доусоном. Но как сказать могущественному мужчине, что убийство — это не нормально?

Она протягивает руку.

— Дай мне свой телефон.

Я передаю ей телефон, и она что-то вводит, после чего её телефон начинает звонить.

— Ладно, я расскажу, как пройдёт свидание. Спасибо ещё раз за помощь, — она наклоняется и целует меня в губы.

В. Губы!

Сначала я ошеломлена.

Что она делает?

Но она просто улыбается, разворачивается и легко шагает прочь.

Она только что меня поцеловала?

ГЛАВА 29

Доусон

Держу пистолет у головы Кита.

Он описался.

— Кто рассказал тебе про аукционы? — требую ответа.

Я хочу его смерти не только за то, что он тронул Хани, но и за то, что эта утечка может разрушить всё, что я построил. Такой ублюдок, как он, никогда не смог бы себе позволить наши услуги, да и не имеет того социального статуса, чтобы узнать про аукционы. Значит, где-то есть утечка.

Его глаза закрыты, он заикается, а один из людей Крю стоит за моей спиной. Мне не нужна охрана, он здесь на случай, если потребуется убрать тело. Я не убиваю по несерьезной причине — мне это не даётся так легко, как, скажем, Крю. Но в прошлом я делал то, что было необходимо.

Кит дрожит, рыдая.

— Пр-прости. Я не хотел. Я не знал, что это… неправильно. Я не хочу проблем с м-мафией. — Я не поправляю его. — Я не знал. Мне рассказал один человек в б-баре. Он сказал, что будет держать меня в курсе, потому что между мной и Хани всё выглядело серьёзно. Я не знал, что она работает на мафию.

Меня даже не развеселило его предположение о том, что Хани «работает» на мафию. Хотя, с другой стороны, он видел нас вместе на днях, а Хани сказала, что я её начальник. Опять же, я его не поправляю. Возможно, это и к лучшему, если он будет думать так ради её безопасности.

— И как выглядел этот человек? — спрашиваю, уже зная ответ до того, как он его произнесёт.

— Я-я не знаю. Он был в очках и шляпе. Имени не назвал. Просто рассказал мне. Обещаю, я никому не расскажу. И я никогда больше не буду общаться с Хани. Пожалуйста, чувак, просто дай мне жить.

Чёрт. Это тот же ублюдок, который следил за моими передвижениями весь последний месяц.

Блядь. Он знает о Хани и моей связи с ней.

Это плохо.

Очень плохо.

Потому что если с ней что-то случится…

Я убираю пистолет от головы Кита, слишком хорошо понимая, что, если нажму на спуск, это вряд ли остудит ярость, которая кипит внутри меня.

Телефон вибрирует — я получил сообщение, но, прежде чем прочесть его, я говорю:

— Знай, я слышу и вижу всё. Если я хоть краем глаза увижу или услышу что-то о тебе и обо всем этом, я найду тебя. Тебя, твою семью в Оклахоме и даже твою школьную подружку.

Его глаза расширяются от страха. Конечно, у меня есть вся информация о нём. Этот неудачник — пешка. Второстепенная фигура по сравнению с реальной проблемой, с которой мне придётся разобраться.

Если бы здесь был Крю, он бы просто застрелил его.

Не оставил зацепок.

Но я также знаю, каково это — быть пешкой в чужой игре. Быть втянутым в чужую перестрелку. И я не верю, что люди должны умирать за это.

Я разглаживаю пиджак и достаю телефон, удивляясь, увидев сообщение от Хани.

Меня пробирает холодная дрожь, когда я читаю её требование.

ГЛАВА 30

Хани

Я: Думаю,