Дракон очарованный. Подвид женатый - Надежда Игоревна Соколова

— Ну, допустим, до детей еще далеко, — ехидно ухмыльнулась я. И Ричард, успевший неплохо узнать мою натуру, мгновенно насторожился. — А вот кто тебе сказал, что она стала незаконнорожденной, а не его признали законным наследником? Он тебе еще не присылал претензию на долю в наследстве? Не сомневайся, скоро пришлет.

— Это невозможно, — категоричным тоном начал Ричард. Еще раз посмотрел на мою ехидную ухмылку и выругался. — Аршарранах хорш горранарш! И что ты пообещала Нарусу за это?!

— Скоро сам узнаешь…

— Ирисия!

А ревет-то как! Как ревет! Прямо любо-дорого послушать!

— Ты про битву богов помнишь? Так хочешь, чтобы Нарус проиграл? — коварно поинтересовалась я.

Ричард сверкнул глазами, но замолчал. Намек был более чем понятен. И хотя Ричард был уверен, что я вру, впасть в немилость у еще одного бога он не хотел. Лишь только хмуро уточнил:

— Он действительно собирается претендовать на долю в наследстве?

Я кивнула.

— Он женился на свободной, не привыкшей к нищете и бесправности. У него за душой ни гроша. Вряд ли он такой уж скромный и безответный, как все дворцовые слуги. Так что да, он хочет свою часть наследства. Жену же надо на что-то содержать. А заодно и их будущих детей.

Ричард цветисто выругался. И не перевел ни единого слова, гад такой!

На самом деле ничего такого важного я Нарусу не сообщала. Что я там знала, чтобы помогать выиграть битву богов. Всего лишь пообещала его сторонникам скидку в пять процентов при покупке любой книжки в наших книжных лавках. Понятия не имею, сколько у него этих самых сторонников и зачем вообще ему понадобилась такая смешная скидка. Но в данный момент мы с Улькой вообще никакой прибыли не получали. Так что я ничем не рисковала, обещая то, что не имела.

А вот насчет незаконнорожденных родственников, ставших слугами… Тут я неплохо оторвалась. И теперь любой из них, кто свяжет свою жизнь в браке со свободной, станет автоматически свободным. И да, сможет претендовать на долю в наследстве.

Ричард пока еще не знал этой мелочи и, остыв, потянулся ко мне за законными ласками. Я с удовольствием ответила ему. Беременность — не повод забывать о постельных играх. Но когда мы закончили и, уставшие, лежали в постели, я вспомнила наш разговор и коварно улыбнулась.

— Знать не хочу, о чем ты думаешь, — проворчал Ричард, внимательно наблюдая за мной. — Бедные те, кто попадется тебе под руку.

Я только хмыкнула. И перевела разговор в другое русло.

— Пушок весь день где-то шлялся. Ни разу не видела его с тех пор, как мы вернулись.

— Так райсеры — защитники, а не домашние коты, — фыркнул Ричард. — Он должен появляться, когда тебе угрожает опасность. А так он волен делать все, что захочет.

— Ясно, настоящий мужик.

В ответ меня щелкнули по носу. Небольно, но обидно.

Естественно, я полезла в драку. Но с этой тушей разве поборешься? Тем более честно? Так что совсем скоро я была повержена и, смеясь, отбивалась от нахального обормота.

Уснули мы поздно, и я, конечно, не особо выспалась.

А утром, сразу после завтрака, ко мне пришла Улька. Да не одна, а с Сирин и Дарной.

— Я привела нашу целевую аудиторию, — весело улыбнувшись, заявила она. — Ну ладно, не всю. Ее часть. Любительницы женских романов «погорячее» пожаловали.

— У Ричарда инфаркт случится, — заметила я, разглядывая обеих сестер.

Они с некоторых пор осмелели, стали носить более откровенные наряды. И смотрели уже прямо, в глаза. Не боялись высказывать собственное мнение и даже спорили с теми, кто раньше являлся для них авторитетом. В общем, плохо, очень плохо я влияла на местную молодежь. Буквально развращала ее, угу.

Отступление 4

Хотя ресницы душу скрыли тенью,

Ты блещешь грустной нежностью своей,

Как серафим, несущий утешенье,

Но сам далекий от земных скорбей;

И я склоняюсь ниц в благоговенье

И оттого люблю еще сильней.

Джордж Байрон

— Десять! Десять, папа! Десять, чтоб их, заявлений! И каждое на приличные деньги! Где я им такие суммы достану?! Я что, из воздуха их беру?!

Да, я психовал! Причем психовал уже не первый час! И я прекрасно знал, из-за кого сейчас нервничаю!

Ирисия все же оказалась права — и десять слуг-бастардов, женившись на свободных, в основном девушках из высшего общества, пусть и из обедневших семей, теперь считались мне ровней! Десять незаконнорожденных внезапно стали аристократами только потому, что Нарус не мог отказать своей беременной правнучке! А мне теперь думать, где достать положенную по новому божественному закону сумму! И причем сумму приличную — ни один из новоявленных аристократов не захотел довольствоваться копейками. На то, что они желали получить, каждый из них мог безбедно прожить лет этак тридцать. Правда, в одиночестве. Семейные потратят все гораздо быстрее. За пять-десять лет управятся. Но мне от этого было не легче — казна государства была не готова к подобным тратам. Это ж похуже войны сразу с тремя или четырьмя нынешними союзниками! И я понятия не имел, откуда изыскивать средства.

— Золотые рудники, — тяжело вздохнул отец. Он не меньше меня был недоволен ситуацией. — Мы не вели там разработку пару десятков лет. Пора возобновлять деятельность. Вряд ли преступность в стране уменьшилась. Так что рабочие руки всегда найдутся. Единственный способ заполучить большую сумму в кратчайшие сроки.

Я скривился. Золотые рудники, о которых говорил отец, могли дать много, очень много золота. Но когда на рынке появляется большой приток дармовых денег… В общем, ничего хорошего для нашего государства я не ждал.

— Отправляй их послами в другие страны, сын, — посоветовал отец. — Можно не только послами. Например, доверенное лицо императора драконов, облеченное определенной властью. И пусть живут там, где хотят. Хоть в столицах, хоть в провинциях. Клятву на крови они все равно все поголовно приносили. Так что предать не смогут. А польза… Тут уж мы