Это несерьёзно - Ольга Вечная

— В смысле она не моя девушка. У меня другая есть.

— Две.

Брови консультанта ползут вверх.

— Они друг о дружке знают, — быстро парирует Демьян.

Тут уже удержаться невозможно — хохочу вслух! Баженов подмигивает, и я плавлюсь, как сырок, под его обаянием.

Тем временем приносят кольцо с камнем в половину карата. Примеряю, Демьян скептически рассматривает украшение. Вновь сжимает мою ладонь.

Прошивает как в первый раз. Да господи, сколько можно! Мы так весело шутим и подкалываем друг друга, у меня фантастическое настроение. К чему эта неуместная похоть? Рука у него теплая, пальцы длинные, ровные, ногти подстрижены. Как назло. Не за что зацепиться и расстроиться.

— Тоже очень красиво, — хвалю я.

— Надень-ка еще разок предыдущее, — мягко просит Демьян.

На самом деле я шутила и, конечно же, не позволю ему купить мне такое дорогое украшение! Но почему-то нервно слушаюсь.

Баженов пристально рассматривает кольцо на пальце. Тамара уже открыто нами умиляется.

— Скидок нет?

— Если купите кольцо, кулончик из коллекции идет за полцены, — находится она.

— Заворачивайте, — сдается Баженов.

— Эй, я пошутила! Дёма!

— Тамара, пожалуйста, — просит он безапелляционно.

— Конечно!

— И тогда кулончик! — восклицаю, хлопая в ладоши. — Я сама заплачу за него, не волнуйся.

Но на кассе Баженов полностью оплачивает счет, и мне вручают две элегантные коробочки. С чистой совестью обнимаю своего героя крепко-крепко, изо всех сил. В благодарность.

Впервые я сама себе выбрала украшение. Отец дарил сережки только в детстве, я из них давно выросла. Марк выбирал на свой вкус, что-то пафосное для выхода в свет, да и все осталось в его сейфе. Я ушла в чем есть, и получить обратно хоть что-то пока не вышло.

В жизни нужно быть умнее, планировать развод заранее, а не раненой птицей нестись в чем была по лестнице, а затем писать отцу в слезах: «Помоги!»

Но, даже если оказалась в беде, нельзя отчаиваться, ведь вокруг много хороших людей. А если есть друзья — ты просто сорвала джек-пот.

Мы с Демьяном выходим на улицу и рысью бежим в машину — холодно нестерпимо. Забираемся в его мерс, пристегиваемся. Баженов достает сигарету и прикуривает.

— Успеем заскочить домой? К этому кольцу нужно другое платье.

Он затягивается, медленно выпускает дым из легких. Произносит:

— Мы не успеем.

— Точно не слишком дорого? Думаю, ты не из тех парней, которых легко развести на деньги, но вдруг ты сдался под нашим прессингом, влез в страшный кредит и сейчас меня ненавидишь. Было весело, и меня, возможно, понесло.

Это первый день рождения без Марка за пять лет. Я ни о чем не жалею, но ощущаю себя несколько… нервной.

— Я не из тех парней, Крис. Тебе идет именно это.

— Спасибо еще раз.

— Пожалуйста.

Потому я и уважаю Баженова, потому и тянусь — он естественный в своих порывах и желаниях, принимает их, не стыдится и не жалеет.

Его правая рука на руле, я закидываю ногу на ногу. Сегодня на мне очень короткое платье. Возможно, даже слишком.

Машина трогается, Баженов держит курс на ресторан, а я рассматриваю колечко на своем пальце и улыбаюсь. Рада.

Искренне рада, что он приехал на праздник один, без подружки. Все понимаю и веду себя нормально, но почему-то кажется, что увидеть Демьяна с другой было бы… почти страшно.

Глава 23

Дружба — это одна из самых восхитительных вещей на планете. Человеку нужен человек. Да что там! Необходим жизненно. Концентрируясь на ком-то одном, например на мужчине, муже, и высекая из жизни других людей, мы лишаем себя важнейшей социальной составляющей. А потом, если этого мужчину теряем, пусть даже по собственной инициативе, внутри остается настолько огромная дыра, что на ее заполнение могут уйти годы. И вот уже побитой собакой бежишь просить прощения и умолять вернуться, готовая на все. Ведь кроме него у тебя нет ничего больше и кажется, что бороться за брак — единственное, на что ты способна.

Если же есть друзья и любимая работа — ты страшный человек, тебе море по колено. Поэтому я почти справляюсь с разводом. Почти хорошо.

Это все объясняю девочкам за праздничным столом, чтобы как-то обосновать присутствие на девичнике Демьяна и безумно красивое кольцо, которое он мне подарил.

Оно сверкает. Как же оно сверкает! Наверное, у друга правильнее было бы попросить сережки, но сережки я не могу увидеть в любой момент времени. Это украшение больше для других людей, а я слишком эгоистична сейчас и хочу праздник для себя.

— Хочешь сказать, что он… не причина твоего развода? — кидают наводящий вопрос девочки.

Зоя, Катя, Гуля — мои новые приятельницы. Они тоже художницы, и мы долго друг друга лайкали в социальных сетях, а после моего переезда начали общаться офлайн. Они знают и про Муравья, который, кстати, пропал в последнее время.

— Абсолютно нет. Демьян здесь вообще ни при чем.

— И вы… не спите? — понижает голос Гуля. — Вот с таким вот… другом. Совсем?

Баженов как раз возвращается за стол, его место — рядом со мной. Демьян не выглядит смущенным из-за того, что вокруг столько девушек. Он знает, что, если выбирать между подругами и им, выбор даже стоять не будет.

— О чем спор? — спрашивает.

— Гуля не верит, что мы не спим.

Быстро переглядываемся, в его глазах что-то мелькает, но быстро улетучивается. Та ночь осталась в прошлом.

— В сексе наши вкусы не совпадают, поэтому им мы предпочитаем заниматься по отдельности, — произносит Демьян мягко. — Все остальное очень хорошо делать вдвоем.

Его необычные глаза — магнит, когда он приветлив, а произношение «очень хорошо» рождает волну мурашек, и судя по всему, не только у меня.

— Демьян не верит в институт брака, — сообщаю, делая глоток воды.

— Сколько раз тебе нужно развестись, чтобы тоже разувериться? — парирует он.

— Хоть сколько, Дёма. Я верю в любовь к единственному и буду ее искать, несмотря на то что бывший превратил меня в забитого глухого енота.

— Поднимем этот вопрос через пару лет, — усмехается Демьян. Потягивается и кладет руку на спинку дивана, будто приобнимая меня, но при этом не касаясь.

Такое мужское внимание льстит и здорово поднимает самооценку.

— На моей новой счастливой свадьбе, — спорю я, просто чтобы спорить.

— А во что ты веришь, Демьян? — спрашивает Гулиза. — В инстинкты?

— Чем выше примат, тем меньше у него инстинктов. Я