Кактус для вашей мыши - Александра Шервинская

– Так вот, насчёт кофе, – я понимала, что тот, кто перехватит инициативу, тот и поведёт партию, поэтому решила не дожидаться вероникиного шага и бодро продолжила, – вы бы посоветовали тому, кто там у вас этим занимается, проконсультироваться со знающими людьми, а то может неловко получиться, вот как сегодня. Например, Дима прекрасно в кофе разбирается, во всяком случае, тот, что он мне вчера привёз, – просто великолепен!

– Дима? – Вероника слегка опешила от моего жизнерадостного монолога, – это ты кого имеешь в виду? Надеюсь, не моего мужа?

– Не надейся, – я тоже решила перейти на «ты», так как не видела причин для уважительного обращения к мадам Беляевой, – я именно его и имею в виду. Позволь ещё раз представиться – Лера, новая любовница твоего мужа. И по совместительству – лучшая подруга твоего любовника, я про того, который Макс, а не про того, который Толик.

Если Вероника и дрогнула, то не подала виду, лишь прищурилась чуть сильнее.

– Не пойму, – она покачала головой, – ты либо законченная продуманная стерва, либо клиническая идиотка, третьего не дано. Я, честно говоря, склоняюсь к первому варианту…

«А я ко второму», – мысленно простонала я. Ну куда, куда я лезу? Ну не мне бодаться с такими акулами, как Вероника: я ей в общем-то так, на один зуб. Но злость на всех этих крутых бизнесменов и их высокомерных жён, а также на друзей, которые втягивают в чёрт знает что, а потом сливаются в самый непростой момент – всё это заставляло улыбаться и продолжать этот безумный диалог.

– А теперь послушай меня внимательно, новая любовница Лера, – Вероника говорила негромко и даже доброжелательно, – я не против того, чтобы мой муж развлекался на стороне, от него не убудет. Всё равно это ненадолго, а потом он сделает тебе щедрый подарок и заменит новой игрушкой. Первый раз что ли? Вот, например, Марианна, – тут она кивнула в сторону директора нового центра, которая по-прежнему что-то обсуждала с Беляевым, – получила этот центр. Как считаешь – достойные отступные для бывшей? Ой, а ты что – не знала, что это открытие центра для его бывшей шлюшки? Ну извини, я думала – ты в курсе, ведь ты же так хорошо информирована о наших…внутрисемейных делах…

«Один-один», – подумала я про себя, понимая, что конкретно этот раунд словесной баталии остался за Вероникой, однозначно.

Но если Вероника думала, что я со слезами обиды и разочарования в Беляеве кинусь ей на грудь, то она сильно ошиблась. В плане стервозности и умения вести такие «милые» перепалки мне, конечно, с ней не равняться, но и я себя, в общем-то, не на помойке нашла. Поэтому я ничего не ответила на её выпад и только мило, насколько уж смогла, улыбнулась и пожала плечами: мол, ну что поделать – уж такова се ля ви.

Краем глаза увидев за чьей-то широкой спиной Макса, я ещё раз вежливо улыбнулась Веронике, явно разочарованной тем, что я не захотела и дальше с ней пререкаться, и решительно отправилась возвращать этого предателя. Мне оставалось буквально несколько метров, когда я поняла, что Макс с кем-то разговаривает по телефону. Свернув за ближайший выступ, я притаилась там мышкой и прислушалась. Не подумайте ничего плохого: вообще подслушивание чужих разговоров не является моим хобби, просто в последнее время вокруг меня столько всего стало происходить…Причём действия окружающих становятся, как говорила кэрроловская Алиса, «всё страньше и страньше». Тут невольно превратишься в параноика и начнёшь подозревать всех и во всём, а уж Макс-то совсем из доверия вышел: он за последние два дня преподнёс мне столько неприятных сюрпризов, что уже и не знаю, что думать, честное слово.

– …мне наплевать, как ты это сделаешь. Меня интересует исключительно результат, – голос Макса был непривычно злым и холодным, – надо украсть – укради, надо соврать – соври, в первый раз тебе что ли? Но документы должны быть подписаны. Ты и так подставился, потому что был, мягко говоря, неаккуратен. И ты знаешь, что будет, если ты не справишься. Я-то выкручусь, не привыкать, а вот ты, мой милый, окажешься в полной заднице. Он тебя не простит, а я тем более, и куда ты побежишь? К ней? Не смеши мои тапочки – как только она узнает правду, то вышвырнет тебя и полетишь впереди своего визга. Твоя репутация будет бесповоротно загублена, и ты можешь спокойно начинать просматривать вакансии компаний по доставке еды, потому что больше тебя никуда не возьмут. В общем, запомни: если ты меня снова подставишь, то я тебя просто уничтожу. Сам не звони, я тебя наберу позже. И, поверь, в твоих интересах, чтобы у тебя были для меня хорошие новости.

Я в своём ненадёжном укрытии за подобием колонны старалась даже не дышать, потому что прекрасно понимала, что этот разговор вот ни разу не предназначался для посторонних ушей, и что для меня же будет лучше, если никто не узнает, что я его подслушала. Невидимый Макс несколько раз глубоко вздохнул, прошипел что-то типа «твою мать» и мимо меня, постаравшейся слиться с интерьером, прошёл к Веронике, которая разговаривала с какой-то немолодой женщиной. К счастью, госпожа Беляева была занята разговором, сам Беляев по-прежнему общался с Марианной, и в мою сторону никто из них не смотрел. Я чуть ли не по-пластунски, прячась за спинами гостей, перебралась в другую сторону зала, увидела спасительную дверь с табличкой WC, занырнула в неё, перевела дыхание, быстренько взглянула на себя в зеркало и вышла «в люди». Как оказалось, вовремя, потому что Макс, перебазировавшись к небольшому столику, каких в зале было достаточно много, озирался, явно в поисках потерявшейся меня. Вероника, уже в одиночестве, сохраняя на лице всё то же выражение высокомерия и лёгкого презрения ко всем окружающим, смотрела, как в бокалах с шампанским, которое принёс Макс, лопаются пузырьки.

– Лера, а мы с Никой тебя совсем потеряли, – Макс сиял настолько мягкой и дружелюбной улыбкой, что я засомневалась: а его ли я слышала буквально пять минут назад.

По виду Вероники было легко догадаться, что вот как раз она бы с удовольствием потеряла меня совсем и окончательно. Интересно, а она в курсе того, что Макс не совсем тот, а точнее, совсем не тот, за кого мы его принимаем? Почему-то мне казалось, что