Попаданка прибыла! - Юлия Викторовна Меллер

— Потом посмотрите… — увещевал он и тянул по другому адресу. И то верно, зарабатывать денежки надо было. Князь платил за передачу и активацию кристаллов исправно на исходе дня, как уговорились.

Вообще он оказался очень деятельным мужчиной. Уже на второй день своего хождения по теплицам Ульяна заметила оживление в городе. Ворота у многих были нараспашку и туда ввозили готовые каменные блоки, слюду, сгружали землю. Похоже, что людей перекинули с разных работ на заготовку стройматериала. Особенно все засуетились после чудо-бамбука. Он стал символом стройки теплиц!

Ульяна тоже хотела быть полезной и старалась везде поспеть и помочь по мере сил. Всё-таки с гигантским растением вышло нехорошо и виновата она. Да и потом с выращиванием водорослей в кадке то же не особо хорошо получилось.

Но там она вовсе не виновата была, но ведь участвовала!.. А всего-то Красава спросила её, не может ли она подрастить особую водоросль, которая преобразовывает воду в полезную жидкость.

Водоросль действовала вроде известного на Земле чайного гриба, а жидкостью тёща князя назвала нечто похожее на спирт. Но этот спирт годен был только для целебных каменных настоек, а так его никто не пьёт. Он горит и пахнет, как спирт, но при этом в нём растворяются камни.

В общем, Ульяна бросила крошечный кристаллик в горшок с водорослью и та сразу пошла в рост. Ещё бы, то никакой кормёжки плавучему растению не было, а то вдруг целый кристалл с силой! Красава, слуги, Ульяна, обрадовались росту.

— Ой, надо бы горшок побольше, а то водоросль погибнет, — забеспокоилась одна из служанок.

Принесли горшок, потом ещё…

— Хватит дурью маяться, — рявкнула Красава. — Поместим пока в водяной котёл на кухне, а завтра прикатим бочку или позовём знахарок, пусть разбирают себе по кусочку.

Сказано-сделано.

Дело было поздним вечером, так что отнесли комок водорослей на кухню, плюхнули его в котёл с водой и ушли спать.

А утром вопли, грохот… За ночь водоросли переработали всю воду, и жидкость потихоньку начала испаряться. В маленькой кухоньке скопились газы, и когда кухарка открыла печь, то сидящий там маленький огонек вспыхнул и на мгновение охватил пламенем всё помещение. У кухарки даже волосы не обгорели, но испугалась она знатно. С перепугу отскочила, опрокинула стол, разбилась посуда на столе… Красава честь по чести всю вину взяла на себя, но князь глазками сверлил именно Ульяну. А она тут причём?

— Карлуш, а почему бы нам не отнести огненных кристаллов стражам? — проявила полезную инициативу Ульяна. — Они там мёрзнут на стене…

— Отогреются в сторожке.

— Ну вот, я и говорю, сколько печка жрёт угля в сторожке? Они же её сутками топят!

— Сударыня, князь сказал, что пока надо попридержать красные кристаллы.

— Но его ближникам мы носим их, — заметила Ульяна, и Карлушу нечего было ответить, зато следующие по пятам охранники оживились.

— Верно сударыня говорит, — влезли ребятушки в разговор, — стражи — княжьи люди, а мёрзнут почём зря.

— Ну, разве что один камень им отнести, — нехотя согласился Карлуш, — потом сразу идём к Бобровичам. У них две теплицы и они уже ждут нас.

— И к Бобровичам сходим, и к Зайцевым с Белкиными и Лисицыными! — обрадовалась Ульяна.

— Никаких Зайцевых-Белкиных-Лисицыных я не знаю, — растерялся Карл.

— Не обращай внимания, это шутки у меня такие… несмешные.

О том, что упоминание о Бобровичах ей неприятно из-за пронырливой девицы, ходящей в невестах в княжеской семье ведь, не скажешь. А эта девица-красавица, между прочим, умудряется ей каждый день настроение портить.

Перед князем она строит умирающую лебедь, а стоит ему отвернуться, как птичка превращается в агрессивную змеюку. Впрочем, она даже при князе исхитрилась угостить Ульяну прокисшими сливками, случайно разрезать ей штанину чуть ли не до бедра и опрокинуть жареного гуся, что люди посчитали плохой приметой.

И к тем же приметам отнесли случай, когда Ульяна села на своё место, не заметив, что кто-то поменял стулья-кресла. На её место поставили княжий стул с высокой спинкой, а она плюхнулась, не придав этому значения.

И только когда сударыня Красава сердито посмотрела на Таяну, в то время как все шептались и непонимающе смотрели на посланницу, а князь щурился и думал, какую бы гадость ей сказать, догадалась, кто так ловко подставил её.

Вот и не хотелось спешить к Бобровичам из-за всего этого. С какой стати дарить им волшебные кристаллы, если они объявили ей войну? Делать вид, что ничего не происходит, не хотелось, а других рычагов воздействия на них у Ульяны не было. Если бы она в тереме сидела, то можно было бы тоже заняться каверзами, но мелко это.

— Вот, в обеих башнях у ворот есть печки, выбирайте любую, — махнул рукой Карл.

— А там? — Ульяна показала на башенки вдоль всей стены.

— Ну, там тоже есть, только их не топят.

— А для чего они вообще?

— Там хранят что-нибудь полезное, — не уверено ответил Карлуш.

— Внутри стены есть проход, — начал пояснять один из охранников.

— Ого, я думала, что стена цельная!

— Нет, по проходу можно обойти весь город, а выйти или войти в него можно через любую башенку. Вдоль всего прохода проведена вентиляция и когда мы топим в сторожевых башнях, то тёплый воздух идёт по ней. Тепла это не даёт, но получается движение воздуха и из комнаток внутри стены уходит влажность.

— А зачем там комнатки?

— На случай прорыва врагов. Люди прячутся внутри.

— Вообще-то это тайна, — буркнул Карлуш.

— Об этом знают все с малых лет, — строго ответил охранник. — А враг внутрь стены не попадёт, потому что все замки заговорённые.

— Идёмте же скорее, а то что-то холодно сегодня, — прекратила препирательство Ульяна и шагнула в указанную башню сторожей.

— Здорово, служивые! — весело гаркнула она.

— И тебе здравствовать, посланница! С доброй вестью к нам или как?

— Конечно, с доброй! Вот вам живой огонёк! — протянула на руке самый крупный кристалл. Раз князь жадничает и нельзя давать несколько, то пусть будет один, но зато самый-самый!

Служивый открыл дверцу топки:

— Вот, только засыпал туда угля, а то мороз сегодня разошёлся, да и ветер насквозь продувает!

Она картинно погладила кристалл и кинула в печь. Он там живенько ожил, пробежался