Связанные прошлым - Кора Рейли

Я поцеловал ей костяшки пальцев.

— Не переживай. Я разберусь с этим.

Я мог бы сказать, что Вэл хотела поспорить, но я отступил назад и вышел из комнаты.

Когда я включил свой айпад в кабинете, фотограф уже прислал мне электронное письмо. Я перешел по ссылке в Dropbox и внимательно изучил его снимки. Он проделал великолепную работу, снимая фотографии под таким углом, что мое общение с Арией выглядело интимным и скрытным. Для такого человека, как Лука, они будут иметь эффект ядерной бомбы. Он будет настроен на самые худшие выводы. Он и я всегда ожидали худшего от других, поэтому было легко принять любой акт предательства как должное.

Я выбрал несколько фотографий и переслал их Рокко. Он пошлет их своим контактам в прессе, и, надеюсь, завтра весь ад разверзнется в Фамилье.

Мои глаза горели от усталости, но я сомневался, что сон найдет меня сегодня ночью. Слишком многое произошло за сегодня, и еще больше произойдет завтра.

В конце концов, я встал и направился наверх. Я вошел в комнату Анны, стараясь не издавать ни звука, и направился к ее кроватке. Она свернулась калачиком на боку, засунув большой пальчик в рот. Она часто так делала, когда была совсем маленькой, но в конце концов мы приучили ее перестать это делать. Но иногда я все же ловил ее на том, что она сосала палец по ночам. Я убрал несколько прядей волос с ее лица и осторожно вытащил палец. Она издала тихий звук, но не проснулась. Я всегда старался пожелать ей спокойной ночи или даже почитать сказку на ночь, но в такие дни, как этот, я иногда возвращался домой, когда она уже спала. Я наклонился, поцеловал ее в лобик и направился в спальню.

Вэл спала и не проснулась, когда я скользнул в постель рядом с ней. Завтра утром, после завтрака, я должен буду поговорить с ней о снимках. Я не хотел, чтобы она узнала об этом через других. Газеты в Чикаго не будут публиковать никаких статей о нас с Арией, Рокко и я позаботимся об этом, но такое обычно распространяется как лесной пожар, и очень скоро люди начнут говорить.

Закрыв глаза, я потер висок. Это потенциально могло выйти из-под контроля. Это очень рискованный шаг. Некоторые люди в Наряде пришли бы в ярость, узнав, что я связался с Арией, но не столько из-за романа, сколько из-за того, что у меня имелся шпион так близко к Луке. Завтра так же придется рассказать об этом Джованни. Он не будет счастлив. Он будет волноваться, как это отразится на Вэл.

Я посмотрел на свою спящую жену. Я не хотел, чтобы Вэл эмоционально пострадала. Этот шаг, по крайней мере, гарантировал бы ей физическую безопасность. Конечно, она могла бы и не смотреть на это с такой точки зрения. Я сел и встал с кровати. О сне не могло быть и речи. Взяв с тумбочки телефон, я вышел в коридор и отправил Рокко сообщение.

Я: Пока воздержись от фотографий. Нам нужно обсудить последствия.

Его ответ пришел быстро.

Рокко: Уже отправил. Прости, Данте. Это хороший ход в этой войне.

Я вздохнул. Он был прав. Эта хитрость была хороша для Наряда. Однако это плохо могло сказаться на моем браке, и даже если нет, моя семья была для меня важнее, чем моя клятва.

Но теперь было уже слишком поздно. Все было приведено в движение.

Валентина

Давление на мочевой пузырь в сочетании с седалищной болью разбудило меня еще до восхода солнца. Данте даже не пошевелился, когда я прокралась в ванную, что означало, что он снова лег спать так поздно, что, вероятно, только достиг своей фазы глубокого сна. Умывшись, я тихонько вышла из спальни и спустилась вниз, чтобы приготовить себе чай. Свет из кабинета привлек мое внимание. Я направилась туда и обнаружила Анну, свернувшуюся калачиком на кресле у стола Данте и уставившуюся на его айпад.

Я улыбнулась тому, как мило она выглядела со своими растрепанными волосами и припухшими от сна глазами.

— Ты же знаешь, что папочка не хочет, чтобы ты входила в его кабинет без его разрешения.

Анна удивленно вскинула голову. Она смущенно улыбнулась.

— Мне стало скучно.

Я покачала головой и подошла к ней.

— Ты не можешь трогать папины вещи. Они очень важны для его работы.

И потенциально травматичны для маленького ребенка. Анна не понимала, какая работа у Данте.

— Но у него тут фотографии тети Арии.

Нахмурившись, я взяла у нее айпад и посмотрела на фотографию, о которой говорила Анна. Я быстро пролистала множество других снимков, на всех них были запечатлены Ария и Данте, некоторые из них были тревожно интимными. Я постаралась скрыть свое потрясение, потому что Анна с любопытством наблюдала за мной.

— Почему бы тебе не отправиться в свою спальню и немного не порисовать? Мамочка все еще очень устала. Но позже мы вместе разгадаем головоломку, хорошо?

Анна надулась, но в конце концов кивнула и умчалась прочь. Было такое чувство, что она отправится в нашу спальню и посмотрит развлечет ли ее Данте или, по крайней мере, позволит ей посмотреть телевизор, чего он не разрешал.

Я опустилась на край стола и, хотя знала, что Данте будет сердиться, прочитала его письмо Рокко и фотографу.

Я должна была знать, что Данте не позволил Арии уйти из-за доброты своего сердца. Он был хладнокровным убийцей, жестоким лидером преступной организации, и хотя он любил Анну и меня, его чувства к большинству людей были в лучшем случае равнодушны.

Я еще раз пролистала фотографии, задержавшись на тех, где Данте и Ария сидели в машине. Он склонился над ней, протянув руку между ее ног. Я знала, что у Данте не было романа, особенно с Арией. Она была великолепна и желанна каждому мужчине, но Данте был верен.

Как появились эти снимки? Это было очевидно шоу. Шоу, в котором, я думаю, Ария не была вовлечена. Данте яростно выступал против сексуального насилия в любой форме в отношении женщин. Он ни за что не заставил бы Арию поверить, что он оскорбил ее. Я не могла в это поверить.

Дверь открылась, и вошел Данте, одетый только в пижамные штаны. Мой взгляд скользнул по его мускулистому телу. Он держал себя в форме. Он был воплощением дисциплины, вставал рано почти каждый день, чтобы потренироваться, оставаться