Эскортница - Ольга Вечная

Он тут же обнимает одной рукой, притягивает к себе и целует в щеку.

Потом в губы. И я его прощаю.

Идем дальше. Артём произносит:

— Ты зажатая, с тобой сложно обсуждать желания и фантазии. А ведь иногда заводит само обсуждение, даже если реализация невозможна в принципе.

— Я просто не понимаю зачем. Зачем звать в постель кого-то третьего, Артём? Объясни мне.

Истомин пожимает плечами:

— Для остроты момента. Чтобы испытать что-то новенькое. Я так понимаю, в профессии ты недавно?

— Да, но быстро учусь.

— Это видно. Ты вообще с сексом только знакомишься, хотя он тебе и нравится.

Мне нравишься ты.

Но признаться не получается: внутренний блок не дает. Артём решит, что это снова стандартный проституточный ответ, и закроет тему. Поэтому говорю нейтрально:

— Да, очень нравится.

— Сейчас для тебя все происходящее — волнительно, ярко. К сожалению, со временем это пройдет.

— Не думаю.

— Скорее всего.

— Тебя разве не возбуждает обычный секс? Мне кажется, тебе со мной хорошо. Ты всегда достигаешь пика.

— Хорошо, Галчон.

Я прикусываю губу.

— Но не вау?

— Вау, — будто дразнит он.

— Просто хочу разобраться и сделать тебя еще счастливее. Я из довольно консервативного городка, в моем окружении все уверены, что минет делают только шлюхи. А ты явно так не думаешь.

— Не думаю. Я люблю оральный секс, не представляю без него отношений в принципе. Причем в обе стороны.

— Ясно. — Опускаю глаза, слегка покраснев. Куни есть в моем прайсе, но не думала, что кто-то захочет. — Классно.

— Спрашивай уже, — бросает Артём. — Хватит краснеть, блдь ты или кто? Да, мы с Петром трахали одну девушку одновременно. Это было давно, лет десять назад.

Становится жарко, словно мы вышли на солнышко. Я едва не спотыкаюсь о корягу, хорошо успеваю схватиться за Артёма.

— И как тебе? Расскажи. Я никому, честное слово! — горячо заверяю.

— Нормально. Это была подруга Петра, я в то время находился в свободном плавании, и они приглашали меня несколько раз.

— Эм, девушка Петра? Настоящая девушка? И это типа... нормально?

— Для них было нормально. Пётр достаточно свободных взглядов, его девушка очень хотела попробовать втроем. Я ей нравился. В принципе, все получилось.

— А тебе как?

— Средне. Поначалу загорелся, но потом как-то так. Не могу сказать, что восторг. Она была мне симпатична, и я остался доволен, что дама увидела небо в алмазах. Но в плане чувств и эмоций оказалось по нулям, простая механика. Да и нахождение в комнате еще одного чувака со стояком раздражало.

— То есть вы это сделали ради нее? Чтобы ей было приятно?! Ни-хре-на-се-бе, — тяну я, понимая, насколько этот мир отличается от моего.

— Хотелось всем троим испытать новые эмоции. Но мне было ровно. Для особого кайфа, как я догадался позднее, необходимо иметь сильную эмоциональную связь с девушкой. У меня ее не было. Отказываться — невежливо, дама бы расстроилась. В итоге я был даже рад, когда они расстались. Расскажешь Петру — уволю.

— Ни за что, можешь на меня положиться. Слушай, я боюсь показаться старомодной, но... как же ревность? Твою девушку на твоих глазах... Пётр тебе потом не набил морду?

Артём быстро широко улыбается, потом вновь серьезнеет.

— В ревности вся соль, Галя. В том, чтобы ее безопасно вызвать. Не предавая партнера и не причиняя ему настоящую боль.

Я даже запинаюсь на этих словах. Тема кажется крайне интересной, не хочу ее заканчивать.

— Получается, все участники понимают, что будут ревновать друг к другу, и по собственному желанию на это идут? Мужчины же в большинстве собственники. Ладно, если едва знакомую девушку. Шлюху, как меня. Но если свою собственную... А ты как раз утверждаешь, что наоборот, шлюху неинтересно.

— Идея в том, чтобы запустить эволюционные механизмы. Например, я вижу, что крайне привлекательная для меня женщина может зачать потомство от другого. Ответка — неминуемый взрыв либидо. В кровь впрыскиваются ударные дозы тестостерона, в итоге секс и оргазм космические. Нужно же взять верх над генетическим материалом соперника и выиграть гонку за бессмертие. Причем тот факт, что все в резинках, особого значения не имеет. Ревность разжигает огонь.

Лишь бы не остаться потом на пепелище. Я недолго молчу.

— Ты такое тоже пробовал? Со своей девушкой?

— Однажды. И не с Петром. Ощущения на самом деле сильные и запоминающиеся. Жизнь так сложилась, Галчонок, что лет до двадцати семи я успел многое попробовать, за исключением гей-темы, тут мимо. Ни о чем не жалею, никого не осуждаю. И тебе не советую вешать ярлыки. Главное, все было по обоюдному согласию. Это тебя я выкупил у «мамки», видимо, возраст дает о себе знать, — качает он головой.

— Артём, а что случилось потом? Тебе тридцать три, я помню. Получается, временной провал. Ты болел шесть лет?

Истомин слегка улыбается. Перепрыгивает ручей, помогает мне, чтобы не намочила кроссовки. Ловит.

— Типа того. Влюбился. А это уже, милая Галя, как выяснилось, совсем другие по уровню эмоции. Там и без извращений размазывает.

Глава 30

Заживо вспарывает ревностью.

«Влюбился».

«Размазывает».

Я быстро прячу глаза и стараюсь загасить лавину обиды. Не понимаю, откуда так много чувств, но считать, что Истомин всегда был таким циничным придурком, почему-то было легче.

— С ней вы ничего такого не практиковали? — стараюсь свести в шутку.

— С ней мы практиковали другие, более жестокие игры. Закончили, и больше не хочется. Смотри, впереди цивилизация. Перекусим? Нам еще до водопадов пилить пару часов.

— С удовольствием, — говорю я, украдкой разминая лодыжку.

Старые спортивные травмы после столь бодрого подъема стали напоминать о себе. А день, судя по всему, только начинается.

Обедаем мы в поистине сказочном месте: на балкончике небольшого ресторана с видом на настоящий водопад. Кристально чистая ледяная вода приятно журчит в паре метров, ищет свой путь меж крупных камней. Обдает свежестью. Я сижу за столом, болтаю ногами и любуюсь дикой, сказочной природой.

Когда мы только зашли, спросила, что Артём будет, хотела его обслужить, но тот осуждающе посмотрел и сам отправился к кассе.

И вот я, как настоящая принцесса, жду, что мне принесут обед. Когда это случается, улыбаюсь до ушей. Ощущаю