Паутина дорог - Дана Канра

Наконец Даниэль сумел взять себя в руки и отойти в сторону. Леон последовал его примеру, минуту спустя.

— Стихийная магия быстрее, чем мы думали, — ровным голосом сказал герцог. — Вы свободны, господа. Кроме… — цепкий взгляд проскользнул по растерянным лицам молодых людей, — вас двоих, Морлан и Лоренцо.

Только сейчас, стоя посреди огромной гостиной, Дейна поняла, что никогда не знала, чего ожидать от герцога Виенто. Он был непредсказуем и непонятен, хотя его мотивы вполне ясны и прозрачны. И Дейна не смела осуждать этого мрачного мага с тяжелой судьбой, ведь обязана ему жизнью. Но почему так внезапно взъелся на Леона? Неужели ее положение в обществе настолько низкое, что дворянин выше по статусу не может на ней жениться?

С замиранием сердца она молча наблюдала, как Дитрих и Вольф покидали комнату, сопровождаемые тяжелым взглядом герцога. Назревал серьезный разговор с необратимыми последствиями, суд закончен только официально. Не иначе, Виенто обрушит громы и молнии на две юные головы, а потом заявит, что причина в неустойчивой множественной магии Дейны.

Дверь гулко захлопнулась. Все трое молчали. Наверное, согласно этикету и правилам приличия Дейне и Леону следовало бы опустить головы и попросить герцога о снисхождении. Но ведь они — не слуги, а такие же родовитые дворяне, как и он сам! Разве что титулы поскромнее.

Леон гордо задрал подбородок, Дейна же постаралась хотя бы не опускать глаза долу.

Шаги за дверью и на лестнице стихли, и только тогда властитель всех Нортэнийских земель, Даниэль Виенто, нарушил мрачную, густую, страшную тишину.

— Значит, вы собрались пожениться? — спросил он негромко и четко. — А где же обручальные кольца и разрешение на свадьбу?

— Разрешение?! — невольно вырвалось у Дейны. — Мы — свободные дворяне!

— Помолчите, сударыня, — кинул он, не оборачиваясь в ее сторону. — Это ваш подыхающий отец — свободный дворянин, а вы двое — мои разведчики. Глаза и уши Нортэнийского герцогства. И именно сейчас, когда идет война, дорог каждый стихийный маг.

— Я давал вам клятву, — возмутился Леон, — но не подписывал никаких бумаг!

— Правильно, их подписал ваш покойный отец, — едко припечатал герцог.

Снова тишина. Слабость в ногах, боль в душе, пустота внутри. Влюбленные избегали смотреть друг на друга и принялись с усиленным интересом созерцать свою обувь.

— Мне лестно, что вы так стремитесь произвести на свет еще пару-тройку стихийников или даже одаренных магов — чем Стихийные Боги не шутят. Но сейчас вы нужны мне здесь, — договорил Виенто устало.

В лицо Дейны ударила кровь, она почувствовала отчаянное желание отвесить герцогу звонкую пощечину, но пришлось сдержаться. За это лето на ее совести и так много проступков, на которые Виенто закрыл глаза, не стоит испытывать его терпение еще одним. Может быть, как-нибудь потом. Говорят, месть надо подавать холодной…

— Шутите, господин герцог?! — выпалила она вместо нападения. — Я невинна!

— А я не стал бы покушаться на честь любимой до свадьбы! — крикнул Леон. — Жаль, что вы такого гнусного мнения про меня!

Ледяной черный взгляд стал немного теплее. Тихо вздохнув, Виенто пересек несколькими шагами гостиную, подошел к окну и заложил руки за спину. Дейна с любопытством посмотрела на его коротко стриженный затылок. Оставалось только гадать, какие чувства он испытывает и о чем думает.

— Успокойтесь, господа. Никто вас ни в чем не обвиняет. Подробности вашей совместной жизни в поместье, Лоренцо, мне неинтересны, более того, прошу меня от них избавить, — последние слова он ядовито процедил сквозь зубы. Просто держите себя подальше от плотских страстей друг с другом. Это все, что я хотел сказать.

— Хорошо, — выдавила из себя Дейна.

— Мы можем пожениться? — негромко спросил Леон.

— О да, — ядовитый голос тек медленно и тягуче. — Как только закончится война и как только князь Морлан даст согласие на брак своей дочери с… вами.

Последнее слово он выдавил из груди с болью. Но Дейне, чье счастье рушилось прямо здесь и сейчас, не было до этого никакого дела. Она вдруг вспомнила, что не выполнила приказ отца и не выкрала для него исцеляющую жемчужину. И сразу стало ясно, что теперь свобода Леона в безопасности, но брак с ним оказался под большим вопросом. Отец никогда не даст это согласие, как ни крути.

Дейна глянула на каминную полку. Жемчужина в тонкой золотой оправе белела на темном фоне, и яркие солнечные лучи играли в сверкающих гранях. Словно в насмешку. Герцог Виенто нарочно положил сюда артефакт, чтобы испытать девицу Морлан.

Она захотела заплакать, но сейчас в этом не было никакого смысла. Поэтому Дейна сглотнула ком в горле и негромко произнесла дрожащим голосом:

— Пойдем отсюда, дорогой Леон.

Когда они покидали комнату, а потом и особняк, рука об руку, Виенто не стал их задерживать.

* * *

Осень укрепила свои права. Сначала листва на деревьях продолжала оставаться зеленой, а небо — ярко-синим, но постепенно краски блекли и менялись, а атмосфера вокруг казалась унылой и лишенной всякой теплоты. Дейна и Леон были вынуждены разъехаться по своим домам. Юношу герцог завалил разными важными делами и поручениями, а девушке написал коротенькое письмо.

В нем говорилось о последствиях будущего ослушания, и очень тонко указывалось на то, что если Дейна Морлан еще раз проявит дерзость или своеволие, герцог Виенто заберет ее в свой особняк и лично займется муштрой. Этого девушке хотелось в последнюю очередь.

— Что мне делать, мама? — чуть не плача, спрашивала она у Лилианы, которая с самым невозмутимым видом варила зелья и считала выручку. — Герцог делает все возможное, чтобы Леон на мне не женился!

— Герцог? — спрашивала мать с хитрым прищуром. — Или сам Леон?

— О, Боги! Как ты можешь так говорить…

— Когда твой проклятый отец был молодым и красивым, ему строили препятствия не только родители, но и высокопоставленные друзья и родня… Никто не хотел, чтобы он на мне женился. Все прочили ему в жены своих дочек и сестер.

— Но меня никто никому не прочит в жены! — расстроенно заявила Дейна.

— Как знать. Бабушка Софи желала бы видеть тебя супругой внука своей лучшей подруги. Он хоть и незаконнорожденный, но хваткий. И жалованье имеет неплохое.

Дейна поджала губы и молча ушла от разговора. Тема денег в их семье стояла гораздо острее и выше, чем любовь. Но какой смысл сравнивать состояние возможных женихов, когда они все являются родовитыми дворянами? Летом Дейне исполнилось двадцать лет, а никто так и не решился позвать замуж