Все, что блестит - Рут Райан Ланган

— Готовы ее обсудить.

Гэри надеялся, что в его глазах не сверкнула жадность.

— Нам надо многое учесть. Затраты на переезд. И износ инструментов. И костюмы Алекс.

Зейн кивнул.

Наблюдая за выражением его лица, Гэри произнес:

— Пять тысяч в неделю.

Управляющий и глазом не моргнул.

— Для оркестра и певицы, — быстро поправился Гэри. — И еще тысячу в неделю для меня.

— Значит, вы просите всего шесть тысяч в неделю?

— Да.

— Договорились. Моя секретарша внесет все цифры, и вы сможете сразу же подписать бумаги.

Когда Зейн вышел из комнаты, Гэри отругал себя. Ему следовало просить больше. Но он, черт побери, ничего не понимает в бизнесе. Его волновало только получение следующего контракта на выступление в лучшем клубе. Собственно говоря, деньги его почти не волновали. Имело значение только то, что они вышли на дорогу к их будущей славе.

Позже, когда вся группа узнала эту потрясающую новость, Гэри сунул голову в приоткрытую дверь комнаты Алекс.

— Присоединишься к нам, чтобы отпраздновать в наш выходной?

Она подняла голову от письма.

— Наверное, нет.

— Пойдем, — настаивал он. — Бэр знает место, где подают острые блюда и громко играет музыка.

— Можешь завтра мне обо всем рассказать.

— Алекс. Сколько раз нам предлагали подобный контракт?

— Очень даже редко, — ответила она со смехом.

— Тебе не кажется, что это надо отметить?

Алекс улыбнулась:

— Ладно. Ты прав. Звучит заманчиво. Подожди минутку. — Она дописала письмо, сложила его и заклеила конверт, затем положила в карман, чтобы опустить в городе.

Когда Алекс вышла из комнаты через несколько минут, одетая в белые шорты и белую шелковую рубашку, завязанную узлом под грудью, и с волосами, заплетенными в толстую длинную косу, музыканты ее ждали.

— Идем, — сказал Бэр и вышел первым. — Вот погодите, попробуете чили.

Следующие несколько часов они провели в переполненном, шумном маленьком баре, где толпа на тесной танцплощадке кружилась под самую громкую музыку, которую доводилось слышать Алекс. Казалось, здесь все всех знают, и, выпив по первому бокалу, Кейси, Бэр, Джереми и Лен легко нашли себе партнерш на танцплощадке. В промежутках между танцами они поглощали миску за миской чили и блюдо за блюдом начос, запивая их кружками пенистого пива.

— Пойдем. — Гэри рывком поднял Алекс на ноги. — Как ты можешь сидеть тут с таким спокойным видом под такую музыку?

— Ты прав. — Она улыбнулась. — Невозможно спокойно сидеть.

Музыка пульсировала, и в тесноте тел их тесно прижали друг к другу.

— Разве это не лучше, чем сидеть одной в своей комнате?

— Гораздо лучше.

Гэри посмотрел на ее раскрасневшееся лицо и остался доволен собой. В первый раз ему удалось вытянуть ее из добровольного затворничества.

Кто-то налетел на него, и он защищающим жестом обнял Алекс обеими руками, чтобы ее не раздавили.

— Не знал, что ты так хорошо танцуешь, — сказал он.

Она улыбнулась ему:

— В такой толпе любой, кому удастся удержаться на ногах, хорошо танцует.

Гэри рассмеялся. Темп стал более медленным, и он притянул ее к себе поближе.

— Но ты и правда хорошо танцуешь.

— Ты тоже.

— В школе у меня редко выдавалась возможность потанцевать с девушкой. Обычно я был на сцене. Играл. Конечно, — прошептал он ей в висок, — если бы я знал, как это приятно, возможно, я бы давно бросил музыку ради этого.

— Я рада, что ты не бросил музыку.

— Сейчас я в этом не уверен. — Он прекратил танец и стоял неподвижно, глядя ей в глаза сверху вниз. Поколебавшись секунду, он произнес: — Ты наелась чили и начос?

Она кивнула.

— Я тоже, — сказал Гэри. — Пойдем. Давай выберемся отсюда.

— А как же остальные?

— Посмотри на них, — ответил он, указывая рукой. — Ты думаешь, они будут скучать без нас?

Алекс нашла глазами Кейси, держащего в крепких объятиях хорошенькую блондинку. Бэр целовал в шею официантку с пышным бюстом. Джереми пытался танцевать с двумя девушками одновременно, а Лен тоже нашел себе подружку, судя по выражению его глаз.

Она рассмеялась:

— Ни капли.

Взяв за руку, Гэри потащил ее через переполненный зал.

Снаружи стояла тишина, которую прерывали иногда лишь крики чаек, а ночной воздух был душистым от аромата полевых цветов. Сойдя с посыпанной гравием дорожки, которая вела к отелю, они пошли вдоль пляжа, останавливаясь время от времени, чтобы бросить камешек в залитые лунным светом волны.

— Кому ты пишешь все эти письма? — спросил Гэри, наклоняясь за очередным камнем.

— Моему братишке, Кипу.

— Брату?

Он надеялся, что в его голосе не слишком явно прозвучало облегчение. Все это время Гэри думал, что она пишет тому голливудскому жеребцу. Он пустил камешек по воде и смотрел, как тот подпрыгивает с волны на волну, пока не скрылся из виду.

— Ты кого-нибудь знаешь в Сан-Франциско, Алекс?

Она покачала головой.

— А ты?

— Нет. — Он схватил ее за руку и оттащил от набегающей волны за секунду до того, как та окатила бы ее с головы до ног. Бросив взгляд на их сцепленные руки, он спросил: — Какого черта? Зачем нам другие люди? Нас достаточно много, чтобы присмотреть друг за другом. — Он взглянул на нее. — Ты согласна?

Алекс пожала плечами и отняла у него руку.

— Наверное, да.

— Я хочу сказать, что мы — одна семья. Мы с ребятами всегда в твоем распоряжении, Алекс, если понадобимся.

— Спасибо. — Алекс недоумевала, почему он так странно ведет себя.

Через секунду набежала еще одна волна, и Гэри схватил ее за плечи, отталкивая в сторону. Он не убрал руки, когда они двинулись дальше.

— У меня есть предчувствие на наш счет, — сказал он, глядя на звездный шатер. — Оно у меня с тех пор, как ты присоединилась к нашей группе.

Она ждала, озадаченная его тоном.

— Мы далеко пойдем, Алекс. До самой вершины. Ничто не сможет нам помешать. — Он замолчал и повернул ее лицом к себе. — И знаешь почему?

Она покачала головой.

— Потому что мы — идеальная команда. У тебя есть талант, а у меня — напористость. — Голос его стал низким. — Я понял это в тот момент, когда услышал твое пение. Именно тебя я ждал всю свою жизнь. — Он притянул ее к себе и поцеловал в губы.