Только поверь мне - Натализа Кофф

- Солнышко, ну что ты ругаешься, а? - пробурчал я, она только фыркнула и надела очки. - А может компромисс? Давай так, мы возьмем костыли с собой и если я устану, то буду пользоваться ими.

- Ладно, - пробурчала она.

- Ребят, если вы закончили семейные разборки, давайте к нам, - из кухни выглянула Света. - Парни уже проснулись и завтракают.

- Вот проглоты, лишь бы поесть, - улыбнулся я. Мы осторожно спустились по лестнице. На кухне уже все были в сборе, Света стояла у плиты и как обычно готовила для всех. Я помог Нике сесть на стул, сам устроился рядом.

- Что мой рыжик хочет на завтрак? - спросил я Нику.

- Овсянку, сэр, - улыбнулась она. Я посмотрел на Свету, она кивнула.

- Парни, я вот конечно все понимаю, но вот за что Дану такая девушка досталась? - сказал Лева, сидя по другую сторону от Ники, подперев подбородок руками.

Я приподнял удивленно брови.

- Лёвушка, зависть плохое чувство.

Ника рассмеялась. Я придвинул ее со стулом ближе ко мне. Так надежнее, и от Левы подальше.

Позавтракав, мы сели к Сергею в машину и поехали к Марку.

В больнице нас в холле встретила помощница Марка, проводила к нему в кабинет. Марк разговаривал по телефону, когда мы зашли, он попросил нас присесть и подождать. Я усадил Нику, сам взяв ее за руку, присел на соседнее кресло.

- Как дела? - спросил Марк, закончив говорить по телефону.

- Спасибо, хорошо, - ответили мы хором.

Марк улыбнулся.

- Вероника, как ты себя чувствуешь?

- Нормально, - улыбнулась она. - Готова сдавать анализы.

- Ладно, тогда пойдем. Я так понимаю, мальчика не уговорить посидеть в приемной и подождать.

Я кивнул, да, и даже уговаривать не стоит.

Следующие два часа Нике делали всяческие анализы, осматривали врачи, я все время был рядом. Хмуро смотрел на медсестер, ходят тут, колют мою девочку иголками. После всех процедур мы опять прошли в кабинет Марка. Ника устало откинулась на спинку кресла, закрыв глаза.

- Я сегодня созванивался со своим другом. Он живет в Штатах, у него там клиника, специализирующаяся по глазным заболеваниям. Я только что попросил выслать ему результаты анализов. Он согласился помочь, если анализы его устроят, то через пару дней он прилетит в Россию.

Зазвонил телефон, Марк ответил на вызов. Я понял, что звонил тот самый друг.

- Привет. Ну как? Да, Хмелевская. Ага, Матвей. Что скажешь? На прошлой неделе дважды, - Марк нахмурился. - Думаешь так? Это все понятно, оперировать берешься? А последствия? Понял. Когда тебя встречать? Ждем. Номер рейса сообщи, заберу тебя сам. До встречи уже в России.

Марк положил трубку, устало потер глаза рукой. Посмотрел на меня. Во время разговора Ника заснула, поэтому Марк жестом позвал меня выйти из кабинета. Я осторожно убрав прядку волос с лица Ники, поцеловал ее в висок и вышел вслед за доктором.

- Пойдем покурим, Данилка, - сказал Марк, указывая на дверь, ведущую на балкон. Я кивнул. На улице было тепло, довольно ясный день для октября. Я стоял, опираясь на трость, внимательно наблюдая за Марком. Казалось, он раздумывал, говорить мне что-то или нет. Я решил начать первым.

- Марк Вениаминович, как все обстоит на самом деле? Я же вижу, Вы что-то не договариваете.

Марк грустно улыбнулся, согласно кивнув.

- В общем, так, анализы хорошие, даже лучше, чем я ожидал. Физическое состояния Ники позволяет хирургическое вмешательство. Плюс к этому, будут использоваться новейшие приборы и аппаратура, как зарубежная, так и наша. Наша клиника позволяет, у нас тут все по последнему слову технологий, - я внимательно слушал, Марк предложил мне сигарету, я отказался.

- Отлично, в чем проблема? Только можно русским языком, без всяких медицинских терминов?

- Хорошо. Проблема в обмороках. У Ники зажаты сосуды, чем и вызвана слепота. Это если коротко. А еще короче: нужно залезть ей в голову, разжать сосуды, и как следствие зрение вернется. Но нет 100 процентной гарантии положительного результата. И самое главное, это очень опасно.

- На сколько?

- Если что-то пойдет не так, то Ника либо впадет в кому, либо летальный исход.

Я почувствовал дрожь во всем теле. Как? Какой еще летальный исход? Грудную клетку сдавило, как будто кто-то саданул кулаком.

- А если отказаться от операции?

- Вот в этом то и вся штука. Если отказаться обмороки не прекратятся, а возможно и даже усилятся. Все по той же причине.

- А почему так? Почему такая проблема с сосудами?

- При аварии Нику выбросило из машины. Это ей спасло жизнь, но из-за травмы черепа, полученной при падении, появились вот такие осложнения, которые мы имеем сейчас.

- Все ясно. Вы сами конкретно как бы поступили? Что советуете? - глубоко вздохнув, спросил я.

- Я бы рискнул, не вижу смысла тянуть время. Кто знает, какие еще осложнения появятся. Нужно использовать шанс сейчас, пока не стало слишком поздно.

- И когда можно провести операцию? - спросил я, прислонившись к стене.

- Я думаю, через десять дней. Пару дней до операции Нике нужно повторно сделать анализы, уже более сложные. Так что ей придется полежать тут, - Марк первый раз за наш разговор улыбнулся. - Тебе придется ее уговорить, она очень не любит больницы.

Я согласно кивнул, будем уговаривать.

- Марк Вениаминович, я..

Марк перебил меня:

- Можно просто дядя Марк.

- Спасибо. Дядя Марк, может стоит привлечь еще специалистов? У Вас же есть связи, Вы знаете, кто лучший в этой области. И еще, пока Ника будет тут лежат, можно ее в VIP- палату определить? Я все оплачу.

- Ты хочешь оплатить расходы? - Марк рассмеялся. - Можно я задам вопрос личного характера? - дождавшись моего кивка, он продолжил. - С чего такая щедрость? Ты в курсе, сколько стоит палата?

- Нет, но я потяну, не переживайте, - уверенно сказал я.

- Зачем тебе это? - хитро посмотрел на меня Марк.

- Я люблю Нику, - просто сказал я. Марк кивнул. Минуту подумав, спросил:

- Ты давно знаешь Нику и мальчиков?

- Нет.

- Я так и понял, - он похлопал меня по плечу, достал из кармана бумажник, вынув фотографию, протянул ее мне. - Вот, посмотри.

На фото двое мужчин помоложе и один уже в возрасте, Ника и, по всей видимости, Алекс и Влад. В одном мужчине я узнал Марка. Фотография, скорее всего, сделана около десяти лет назад. Я обратил внимание на мое рыжеволосое чудо, совсем малышка, короткие рыжие кудряшки, улыбка, смеющиеся глаза.

- Это отец и брат Ники. С Матвеем мы учились в мединституте, так что, сам понимаешь, семьями дружим уже давно. Отец Ники был самым одаренным врачом, которого я только знал. А знал, как ты понимаешь, я многих. К сожалению, он умер, когда Нике было пять. А через два года умерла и мама Ники. Так что ее воспитал брат.