Цветок счастья - Маргарет Пембертон

На миг ей показалось, что Закари готов спуститься по ступенькам к ней, но он не сделал этого, а просто молча повернулся и вошел в здание миссии.

– Невероятно! – вскипел сэр Артур. – Уму непостижимо!

Священник не обратил внимания на его слова, он смотрел на Джанетту. В ее лице не было ни кровинки, казалось, она вот-вот упадет в обморок.

– Может, выпьете чая? – озабоченно предложил он.

Джанетта с благодарностью кивнула. Мальчик, отводивший на конюшню пони Закари, вернулся, и девушка передала ему Бена, на прощание ласково погладив животное.

– Теперь, разумеется, не может быть и речи о том, чтобы ты жила вместе с Сереной и ее мужем, – строгим тоном заговорил сэр Артур. – Но и одна в Саттон-Холле ты жить не будешь. Ты показала, что тебе совершенно нельзя доверять. Могу только предположить, что в твоем скандальном поведении виновата итальянская кровь…

Джанетта была слишком расстроена, чтобы думать о том, что предполагает дядя. Ведь пришел конец не только прекрасному путешествию и пьянящему ощущению свободы, но и ее дружеским отношениям с Закари.

Позволив священнику помочь ей подняться по ступенькам, Джанетта поймала себя на мысли: трудно поверить, что все это время, проведенное вместе, Закари считал ее коварной и корыстной лгуньей. Поверил ли он, когда минуту назад она со всей искренностью заявила, что он ошибся в своих предположениях? Если нет, то будет ли у нее хоть малейшая возможность убедить его?

– Мой отец упорно противился браку твоих родителей, и все его худшие опасения сбылись, – говорил сэр Артур, пока священник вел их в просторную, скромно обставленную гостиную. – Из такого союза не могло получиться ничего хорошего. Итальянцы беспечны, вспыльчивы…

– Думаю, разумнее будет оставить эту тему, сэр Артур, – на удивление резко оборвал его священник. – Ваша племянница явно нуждается в отдыхе.

– Она нуждается в хорошей порке, – ответил сэр Артур. – И там, куда отправится, она, вполне вероятно, ее получит.

Джанетта оглядела комнату. Закари в ней не было.

– А куда вы намерены меня отправить? – спросила она, наконец удостоив дядю вниманием.

– В англиканский монастырь, – со злобным удовлетворением ответил сэр Артур. – Ты будешь находиться там, пока тебе не исполнится двадцать один год.

Девушка в ужасе уставилась на него.

– Но вы же знаете, я не смогу жить взаперти. Позвольте мне уехать в Оксфорд. Я буду прилежно учиться и…

– В Оксфорд? – Сэр Артур презрительно фыркнул. Тут в комнату вошла служанка-китаянка и поставила на тростниковый столик поднос с чаем. – После твоего безобразного поведения в Китае я не хочу, чтобы ты что-нибудь еще выкинула в Оксфорде. Поедешь туда, где за тобой будет постоянный присмотр.

– Но я не нуждаюсь в присмотре, – возмутилась Джанетта. – Я хочу получить образование, чтобы самой зарабатывать себе на жизнь. Мне нужно поступить в колледж…

– Тебе нужно делать то, что скажут, – резко оборвал племянницу сэр Артур. – Завтра утром мы отправляемся в Чунцин. До этого никакого общения с мистером Картрайтом. – Он перенес свое внимание на священника. – Надеюсь, в этом вы окажете мне полную поддержку, преподобный Дейли?

– Постараюсь, чтобы ваша племянница не испытывала больше огорчений, – уклончиво ответил священник.

Сэр Артур нахмурился, он рассчитывал услышать более определенный ответ.

– Тогда попрошу вас сообщить мистеру Картрайту, что его присутствие здесь нежелательно. Недопустимо, чтобы он и моя племянница провели ночь под одной крышей.

– Да, разумеется, я предложу мистеру Картрайту подыскать место для ночлега в городе, но если он предпочтет остаться в миссии, то тут уж ничего не поделаешь. В каких бы преступлениях ни обвиняли человека, здесь ему в крове не откажут.

– Тогда вас когда-нибудь убьют прямо в собственной постели, – съязвил сэр Артур. – Надеюсь, вы не будете возражать, если на ночь моя племянница будет заперта в комнате?

– Нисколько, если она сама запрется изнутри.

– Мне нужно сделать кое-какие приготовления.

Лайонел Дейли кивнул, а сэр Артур, даже не взглянув на племянницу, вышел из комнаты.

Когда стих звук его шагов, Лайонел Дейли ласково спросил:

– Хотите чая, мисс Холлис?

– Да, с удовольствием.

Он налил чай в чашку, протянул ее девушке, затем уселся в соседнее кресло.

Чай был горячим, сладким, прекрасно восстанавливал силы, и Джанетта с благодарностью посмотрела на священника.

– Мой отец в трудные минуты всегда пил чай, – сказала она, и это воспоминание вызвало у нее легкую улыбку. – Теперь я понимаю почему.

Лайонел Дейли улыбнулся в ответ.

– Да, он отлично успокаивает. А китайцы вообще пьют чай постоянно.

Несколько минут они сидели молча, затем Джанетта спросила:

– Не могли бы вы убедить моего дядю, чтобы он до нашего отъезда позволил мне поговорить с мистером Картрайтом?

Улыбка исчезла с лица Лайонела Дейли.

– Дитя мое, думаю, это будет неразумно. Какими бы ни были ваши истинные отношения с этим мужчиной…

– Мы были друзьями. И только. – Голос ее звучал печально. – А все его предположения – это неправда. Я последовала за ним не для того, чтобы скомпрометировать и вынудить жениться на мне. – Взгляд девушки умолял поверить ей. – Мне очень хотелось стать членом его экспедиции, чтобы поехать в Ганьсу и отыскать голубой луноцвет.

– Я верю вам, но, к сожалению, сомневаюсь, что и другие поверят. Ваш дядя действовал в ваших интересах, когда предложил мистеру Картрайту жениться на вас.

– Не предложил. Потребовал. – Голос Джанетты звучал сдавленно. Еще долго она не забудет, какое унижение испытала в ту минуту и как упорно Закари отказывался жениться на ней.

Лайонел Дейли внимательно посмотрел на нее.

– Что бы ни побудило вас последовать за мистером Картрайтом и оставаться с ним, лучше всего вам подчиниться воле дяди. В англиканском монастыре вы можете получить очень хорошее образование. Оно может послужить подготовкой к поступлению в колледж.

При упоминании о монастыре Джанетта содрогнулась. Наверняка он будет находиться в Линкольншире. Келья со спартанской обстановкой, высокие стены, окружающие территорию монастыря, еще меньшая свобода, чем в консульстве. Ей вспомнились ночи, проведенные под звездным небом на берегах ласково бормочущей реки, горы, закрывавшие горизонт, пьянящие запахи диких роз, жасмина и жимолости.

– Я хочу уйти в свою комнату, – сказала Джанетта, чувствуя, как ее охватывает волнение.

Лайонел Дейли кивнул и поднялся с кресла.

– Чжун Шоу проводит вас.

Он взял с чайного столика маленький колокольчик и потряс им.