Прекрасные разбитые сердца - Ками Гарсия

– Я просто подумал, – тихо говорит Хоук.

– Вообще, доктор не говорил, что мне нельзя водить машину. Дома мне некуда было ездить, поэтому я никогда об этом не думала. Завтра свяжусь с ней. Если она скажет, что все в порядке, вы проведете со мной небольшой тест-драйв?

– С удовольствием. Выжил как-то, пока учил парней.

Джип проезжает мимо «Самой лучшей закусочной в Теннесси». Рядом с окном в кабинке сидят ученики Адамса.

– Разве Кристиан не хочет ее забрать? – спрашиваю я.

Хоук смеется.

– Твой кузен уже сломал одну машину. Я не позволю ему разъезжать на автомобиле, который планирую продать.

– Почему вы думаете, что я хорошо вожу? – У меня чистая история вождения. И даже нет штрафов. Мама рассказала ему?

– Всего лишь догадка. И ты сделаешь мне одолжение. Для двигателя лучше, когда он работает.

У меня будет машина. От одной лишь мысли я улыбаюсь.

– Хорошо. Спасибо.

Хоук кивает.

– Приятно видеть твою улыбку. Никому не позволяй лишить ее тебя.

Кое-кто уже это сделал, но я наконец готова ее вернуть.

– Как прошла физиотерапия?

Кручу вокруг пальца мокрые пряди волос, собранных в хвостик.

– Прошла.

Он бросает на меня взгляд из-под козырька бейсболки волонтеров университета Теннесси.

– Мне не нравится, как это звучит.

– Все прошло хорошо.

– Некоторым тяжело с Каттер. Она… сложная.

– Вообще-то, она крутая. – Если не считать ее идею объединить меня с Оуэном. – Откуда ты ее знаешь?

– Каттер выросла в Нэшвилле. Я работал там охранником в баре до того, как пошел в морпехи. Там и познакомились. Она уже училась в медицинской школе и на всех производила впечатление – а еще злила. Каттер всегда вляпывалась в неприятности. Однажды она приехала домой на выходные, и я помог ей. Вот так мы стали друзьями.

– Почему она перестала проводить операции? Она сказала что-то наподобие: «спорт я люблю больше хирургии, а боевые искусства – больше денег».

– Однажды Каттер вышла из операционной и уволилась. Затем пропала с радаров. Десять лет спустя она показалась в Нэшвилле. Сказала, что все эти годы жила в Азии. Но скучала по виски и Элвису, потому вернулась.

– Каттер кому-нибудь говорила, почему уехала?

Сворачиваем на улицу Хоука, и он заезжает на подъездную дорожку.

– Некоторые хотят жить по своим правилам. Не желают, чтобы за них решали их судьбу. Каттер всегда была таким человеком.

Хоук входит в дом, и Датч приветствует нас, завывая так, будто все в этом городе должны его слышать. Дядя похлопывает бладхаунда по морде и придерживает для меня дверь.

– Необязательно придерживать ее.

Дядя смеется и закрывает за нами дверь.

– Если бы я не сделал этого, твоя бабушка восстала бы из могилы. – Он бросает ключи в миску, что стоит на столе у двери. – Отличительная черта южан. И если парни не будут придерживать для тебя дверь, я отправлю ее за ними.

Я улыбаюсь, представив себе бабушку, такую же упрямую, как мама, которая преследует близнецов из-за несоответствия их манер ее стандартам. Я уже забыла, какой дядя иногда веселый. Он классный, насколько классными могут быть скучные взрослые.

– Ужин около семи, когда парни придут с тренировки, – сообщает Хоук по пути на кухню. Останавливается в дверном проеме и смотрит на меня похожими на мамины добрыми карими глазами. – Знаю, ты была не в восторге от возвращения в Блэкуотер. Тебе нелегко видеть меня каждый день. Но я рад, что ты здесь.

Хотелось бы, чтобы присутствие Хоука рядом не напоминало мне о том, как умер папа – по крайней мере, о тех деталях, о которых знаю.

Я не виню Хоука. Он не виноват.

– Я не поэтому хотела остаться в Вашингтоне. – Ладно… поэтому тоже. – Не хотела, чтобы это напоминало бегство. Не хотела, чтобы он думал, будто сломил меня.

– Понимаю тебя. Но отъезд не всегда означает бегство. Иногда требуется отступить и перестроиться, чтобы потом вернуться на поле сражения.

– Не будет сражения. Я уже проиграла войну.

И потеряла свою лучшую подругу.

– Не будь так уверена. Ты такой же борец, как и твоя мама. Не позволяй этому жалкому подобию парня изменить это.

При упоминании Рида по задней части шеи бегут мурашки. Извиняюсь и иду в свою Теннессийскую комнату – решила, что буду так ее называть. Расстегиваю ортез и переодеваюсь в спортивные штаны и большого размера футболку.

Звоню маме и рассказываю ей про первый день. Описываю Теннессийскую комнату и Блэкуотер Хай. Ввожу в курс дела насчет уроков, умалчивая про Ласку и про Грейс. Но не упоминаю Эйприл, Титана, Оуэна и демонический номер шкафчика. Ее это только расстроит.

После разговора по телефону возвращаюсь мыслями к Оуэну. Что со мной? Почему я о нем думаю?

Потому что он – сексуальный умник, который спас Такера от хулиганов… А также флиртовал со мной за амбаром и пообещал защитить от медведей… Из-за его прикосновений мою кожу покалывает. А еще он – заноза в заднице и думает, что я могу встречаться с таким идиотом, как Титан.

Есть кое-что еще… Он борец.

И мне придется заниматься с ним физиотерапией.

Я совсем не ожидала столкнуться с борцом. Блэкуотер – город футбола. Кто занимается кикбоксингом в таком крошечном городке Теннесси?

Оуэн Лоу.

И при этом выглядит он сексуально.

Жаль, нельзя сфотографировать Оуэна и отправить Тесс. Она бы тоже посчитала его симпатичным. Если бы мы все еще общались и я не была бы бывшей ее брата, Тесс закидала бы меня вопросами о нем и угрожала пригласить его на свидание, если я этого не сделаю.

Невозможно понять, как сильно нуждаешься в человеке, пока не потеряешь его.

Кажется, я потеряла Тесс навсегда, ведь ни один клей не склеит нашу дружбу.

Снизу доносится протяжное завывание, за ним еще одно, только дольше.

Хлопает входная дверь, и возникает ощущение, будто кто-то кидает камни на пол. Завывание прекращается, начинается перебранка. Близнецы дома.

Когда иду к кухне, в воздухе витает запах жареной курицы, и в животе урчит. Я очень голодна.

И что, если Оуэн будет в ИМКА, когда я приду на физиотерапию? Он просто парень.

Парень, с которым придется тренироваться трижды в неделю.

Я буду игнорировать его во время занятий, а в оставшееся время – избегать. Если он будет меня доставать, я отвечу ему тем же. Или, возможно, закидаю бутылками с водой.

Внизу тропинкой, ведущей на кухню, раскиданы футбольные шлемы и щитки. Теперь понятно, что за грохот я слышала. Неделя с мамой, и она заставила бы близнецов убирать экипировку и стирать вещи.