Вопрос доверия - Рэдклифф

Взяв Майкл за руку, Слоан повела ее в спальню. В окна светила луна. Они остановились у кровати, их лица засеребрились в лунном свете. Воздух вокруг был неподвижен и полон ожиданий. Слоан не отрывала взгляда от глаз Майкл, трясущимися руками медленно расстегивая пуговицы на ее блузке. Когда Слоан распахнула блузку, то услышала резкий вздох Майкл.

– Тебе страшно? – шепотом спросила Слоан, понимая, как все это было в новинку для Майкл. Для нее тоже все было по-новому, но в другом смысле. С Майкл все было по-особому.

– Нисколько, а тебе? – ответила Майкл с улыбкой.

Слоан слабо улыбнулась уголком рта.

– До смерти.

Майкл прикоснулась к лицу Слоан и нежно провела пальцами по ее щеке.

– Пожалуйста, не останавливайся, – попросила она.

Слоан не могла вспомнить, когда еще она хотела женщину с такой неистовой силой. Всепоглощающее желание почти парализовало ее, и Слоан обуял страх. Она боялась, что будет действовать слишком быстро, боялась взорваться и напугать Майкл, боялась, что ей не удастся насладиться каждой драгоценной секундой. Она хотела, чтобы каждый миг происходящего намертво врезался в ее память, догадываясь, что, возможно, это будет лучшее воспоминание в ее жизни. Слоан с восторгом наблюдала, как зрачки Майкл расширяются от желания, когда она провела пальцами сначала по ее ключице, а потом стала спускаться к груди. Вздохи Майкл и легкая дрожь в ее теле превращали кровь Слоан в огонь и заставляли тяжело дышать.

– У тебя просто волшебные руки, – пробормотала Майкл. Ей казалось, что она плавится от каждого нежного прикосновения Слоан. Она положила руку на талию Слоан, с радостью позволяя раздеть себя. Их разделяли считанные сантиметры, но им обеим хотелось прижаться друг к другу как можно ближе. Время для них словно остановилось: секунды растягивались в часы, наполненные чудом. Каждое ощущение было удивительным и неповторимым, но в то же время таким знакомым, что напоминало возвращение домой. Майкл еще ни разу не чувствовала такого сильного возбуждения. Как никогда в жизни, она была уверена в том, что все происходит так, как и должно быть.

– Ты так прекрасна, даже не передать, – дрогнувшим голосом сказала Слоан. Ей приходилось сдерживать себя. Все, что она видела перед собой, – лишь глаза и губы Майкл. Все остальное исчезло, растворилось, остался лишь полыхающий внизу живота жар, резкая пульсация крови в голове и невыносимое желание, от которого распирало грудь. Все с той же осторожностью руки Слоан скользнули под блузку Майкл. Словно снимая покрывало с бесценного сокровища, Слоан спустила легкий материал с плеч Майкл, и блузка упала на пол, после чего взгляд Слоан переместился ниже.

– О боже, – выдохнула она в напряжении. Ей еще никогда не доводилось видеть такой красоты. Полные груди Майкл и уже затвердевшие соски сказочно выглядели в лунном свете. Белая кожа Майкл покрылась легкой испариной, что делало ее еще соблазнительнее. – Ты бесподобна, – прошептала Слоан, не решаясь дотронуться до Майкл.

Взяв Слоан за руки, Майкл притянула ее к себе.

– Я сейчас умру, если ты не дотронешься до меня, – взмолилась она. Майкл покачнулась, когда руки Слоан сомкнулись вокруг ее груди, приподнимая ее и легонько сжимая соски. Майкл застонала, ее веки затрепетали и закрылись.

– Майкл, открой глаза, – прерывистым шепотом попросила Слоан. Она жаждала видеть все.

Усилием воли Майкл подняла веки и посмотрела на Слоан. Слоан была наполнена такой силой и решимостью, что казалось, будто все ее существо сосредоточилось на Майкл. Майкл никогда не чувствовала себя объектом столь всеобъемлющего желания.

– В твоих руках я становлюсь ужасно слабой, я так хочу тебя, – судорожно сказала Майкл.

Слоан одной рукой расстегнула джинсы Майкл, сама оставаясь полностью одетой. Она стянула джинсы вниз и поддержала Майкл, пока та выходила из них. Прижимая Майкл к себе, Слоан гладила ее по спине и ягодицам, не переставая целовать ее в губы и шею. Эту женщину Слоан хотела впитать в себя всю без остатка, и утолить, наконец, свой голод.

– Я сейчас упаду, – в отчаянии призналась Майкл. Она ухватилась за плечи Слоан, но ее все равно била дрожь. Она не была уверена, что сможет долго выносить это острое возбуждение. – Мне нужно лечь, но ты должна прикасаться ко мне.

Слоан зарылась лицом в ложбинку между грудей Майкл, закрыла глаза и с наслаждением вдыхала запах этой женщины. Потом она провела языком по соску, отчего Майкл ахнула и дернулась. Слоан уверенно держала Майкл за бедра и вела ее, будто в медленном танце.

– Я хочу, чтобы все было медленно. Мне нужно, чтобы было медленно. Я хочу, чтобы эта ночь не кончалась, – прошептала Слоан.

– Мне кажется, я долго не выдержу, – предупредила Майкл. У нее кружилась голова, и, казалось, вся кровь в ее теле теперь пульсировала между ног. Еще никогда ее не охватывало такое непреодолимое желание, и никогда так не хотелось, чтобы к ней прикасались. – Я скоро взорвусь, если ты что-нибудь не сделаешь.

У Слоан вырвался победный смех, и она нежно подтолкнула Майкл к постели. Усадив Майкл на край кровати, сама Слоан опустилась перед ней на колени. Она обхватила грудь Майкл руками и принялась поочередно целовать и покусывать то одну, то другую грудь, руководствуясь лишь вскриками Майкл. Она почувствовала, как Майкл запустила руки в ее волосы, прижимая ее к себе.

– Слоан, Слоан, Слоан, – словно в беспамятстве стонала Майкл, изогнувшись от удовольствия. Она расстегнула рубашку Слоан, чтобы поскорее дотронуться до ее обнаженного тела. Майкл задохнулась от уже знакомого ощущения гладкой и нежной кожи, под которой перекатывались упругие мышцы. Это фантастическое сочетание нежности и силы внушало Майкл благоговение. Словно сквозь пелену, она услышала, как Слоан застонала.