Путеводная звезда - Джуди Тейлор

— Он, должно быть, так глубоко обидел тебя!

— Ты имеешь в виду Майкла? — Ее брови нахмурились.

— Конечно, я имею в виду этого негодяя. Если спустя девять лет после него ты все еще боишься вступать в нормальные отношения с мужчиной, значит, он насыпал тебе соли столько, что тебе еще долго придется расхлебывать эту похлебку.

— Я была тогда в очень уязвимом возрасте, — тихо сказала она.

— Но страдаешь до сих пор, — заметил Кармело. — Этот твой Майкл был гадом из гадов. Если он когда-нибудь встретится мне на пути, я убью его.

— Я не хочу говорить об этом человеке, — сказала Мэри и взглянула на часы. — Мне надо посмотреть, приготовились ли мальчики к школе. Ты сам завезешь Робертино или доверишь сделать это мне?

— Подбрось его сама, Мэри, — сухо ответил он. — Нам с Адриано надо сегодня присутствовать на одном важном заседании.

Да, схема остается той же, подумала она. Он никогда не изменится. Работа для него всегда будет важнее сына.

Не посвятив Алекса в свои планы, Мэри усадила обоих детей в машину и высадила первым Робертино в его школе. Когда она после этого направилась обратно домой, сын спросил:

— Мама, ты что-то забыла дома?

— Нет, сыночек, я ничего не забыла. Но сейчас мы поедем к твоим бабушке и дедушке и поживем у них несколько дней. Ты не против?

— И тогда мне не нужно будет ходить в школу? — встрепенулся Алекс.

— Не нужно. Но ты будешь заниматься со мной, как мы делали это раньше.

— Очень хорошо. Мне нравится, когда ты учишь меня. А Робертино не может поехать с нами?

Пока она собирала вещи и упаковывала их перед дорогой, вопросы от сына сыпались один за другим, и она едва успевала отвечать на них. Эннора очень сожалела, что они уезжали, сожалела, что у нее не сложились отношения с Кармело.

— Он знал, что я должна была уехать. Просто я не сообщила ему точную дату отъезда, — пояснила Мэри.

— Он опечалится. У него давно не было такой хорошей женщины, как ты, Мэри.

Он хотел няню для сына и любовницу для себя, подумала Мэри, а это ее совсем не устраивало.

Поездка в штат Род-Айленд, где жили ее родители, не заняла много времени. Мэри не предупредила их заранее о своем приезде, и они были невероятно рады, когда она позвонила им в дверь и вошла в прихожую вместе с их внуком.

Лилиан и Элуин Крэбс жили в небольшом поселке на берегу океана недалеко от Ньюпорта, и Алекс сразу попал в свою стихию, как только они вышли с дедом на дикий пляж посреди высоких массивных скал.

— На сколько дней или недель ты заехала к нам? — спросила Лилиан дочь, когда они начали распаковывать ее вещи.

— Даже не знаю, мам, — ответила Мэри, пожав плечами. — Мне нужно сделать перерыв в моей жизненной толчее. А потом подыскать новую работу.

— А почему ты решила распрощаться со своей нынешней работой? Мне казалось, ты была довольна ею. И, как мне представилось, тебе понравилась поездка в Италию. И зарплата у тебя была вполне приличная.

— Очень приличная, мам, — сказала Мэри. — Но в целом ситуация оказалась не такой идеальной. Мы получили письмо с угрозой похищения сына Кармело. Поэтому мы улетели в Палермо.

— О Боже, и ты не сообщила мне об этом! — воскликнула ее мать. — Ведь ты и Алекс тоже подвергались риску.

Мэри кивнула и как можно более спокойным тоном произнесла:

— Ма, по ошибке этот бандит похитил не сына Кармело, а нашего Алекса.

Лилиан так и плюхнулась на край кровати, пробормотав:

— Не может быть!

Когда Мэри объяснила матери все, что произошло с ее внуком, та сказала:

— Я не обвиняю тебя в том, что ты покинула этого человека. Работать на него — не безопасно.

Впервые в жизни Мэри почувствовала необходимость довериться матери. И она объяснила ей:

— Сказать тебе, почему я покинула Кармело? Вовсе не из-за похищения Алекса. Я ушла, потому что влюбилась в него.

— Понимаю тебя. — Брови Лилиан Крэбс взметнулись вверх. — Тогда это осложняет ситуацию. Ведь он… Правильно ли я предполагаю, что он не любит тебя?

— Правильно. Он до сих пор не может забыть свою покойную жену.

— Когда мужчина влюбляется снова, ему бывает трудно распрощаться с прошлым, — заметила ее мать. — Иногда в таких случаях возникают осложнения… О Мэри, я так соскучилась по тебе! Ты так давно не приезжала к нам!

— Ну, вот мы и встретились, ма, — сказала Мэри и крепко обняла мать.

Однако Кармело не выходил из головы молодой женщины. И на следующий день, когда Алекс с дедом отправились на берег океана, она опять завела с матерью беседу о своих чувствах.

— Знаешь, ма, — сказала Мэри, — Кармело оказался первым мужчиной, которого я полюбила по-настоящему. Я думала, что любила Майкла, но он бросил меня, и теперь, оглядываясь назад, я вижу, что никакой любви между нами не было. Он просто возбуждал меня, но это была вовсе не любовь.

— А Кармело… Он не может полюбить тебя?

— Нет, ма. Он не предназначен для меня. Он может стать хорошим любовником, но это не то, что мне надо. Мне нужен не просто партнер в постели. Мне нужен надежный спутник в жизни.

— Ты рассуждаешь разумно, доченька. И лучше сразу выбросить этого человека из головы. О, звонит телефон. Извини.

Мэри вышла из дома и присоединилась к сыну и отцу на берегу океана. Два часа они провели вместе. Алекс носился по песку, лазил на скалы, швырял камни в воду, а дочь с отцом разговаривали. Когда они вернулись домой, Мэри заметила, что мать была в очень приподнятом настроении. Разогревая ужин внуку, она что-то напевала себе под нос и, искоса поглядывая на дочь, едва заметно улыбалась. Когда Алекс улегся спать, Лилиан сказала дочери, что они с отцом хотят прогуляться.

— Но у вас никогда не было привычки прогуливаться по вечерам, — удивилась Мэри.

— А вот теперь появилась, — с улыбкой ответила мать. — В холодильнике есть салат и пирог, покушай, что тебе захочется, а мы скоро вернемся.

Мэри не была голодна, поэтому она взяла книгу и вышла в сад почитать ее и заодно подышать свежим воздухом. Она не услышала звонок в наружную дверь, но вдруг почувствовала, что кто-то стоит в нескольких футах у нее за спиной. Обернувшись, она увидела… Кармело Аличени! Ее сердце екнуло. Кто ему сказал, что она здесь?

— Ты узнал, что я поехала к родителям, от Адриано?

— Нет.

— От Энноры?

— Эта леди устроила мне настоящую головомойку.

— И что же конкретно она сказала?

— Что я обращался с тобой мерзко и что ты правильно поступила, покинув меня.

— У меня не оставалось другого выбора.