Плата за счастье - Салли Лэннинг

— Мне пора уходить, — коротко сказала она.

— Я подвезу тебя, — автоматически включился Натан.

— Это становится традицией, — слабо улыбнулась Брайана. — Я не уверена, что ее стоит поддерживать.

— Я не спрашиваю тебя, Брайана, — раздраженно пробурчал Натан, — а только сообщаю!

— Натан! — вмешался Лэндрис-старший, возмущенный грубостью сына. — Должен тебе напомнить, что…

— Не надо мне напоминать ни о чем, связанным с Брайаной, — сын яростно взглянул на него. — Она — наш клиент. Она здесь по делу. — Он усмехнулся. — Мое предложение отвезти ее домой тоже официально — я просто обязан это сделать!

Да, Питер Лэндрис был прав. Слово «взрывчатость» достаточно ярко определяло состояние Натана. «Айсберг» растаял, и внутри оказались пламенные чувства.

Бедный Натан. Он был так несчастен из-за ее сомнений. Как все это грустно…

— Натан, ты взбудоражил все окрестности за последние дни, посещая разных людей, — сдержанно упрекнул его отец. — Твоя мать все еще приходит в себя от твоего визита в уикенд и быстрого отъезда, — он покачал головой. — Конечно, совсем неплохо побыть немного с родителями, но так…

— Я должен сделать одно дело, — нетерпеливо объяснил Натан, его взгляд по-прежнему не отрывался от Брайаны.

Натан не просто смотрел, он пожирал ее взглядом, огонь его глаз, казалось, сжигал ее заживо!

— И люди все видят, — продолжал отец. — Мы знаем, что ты уходил поздно вечером повидаться с Джайлсом. Но твоя мать недавно звонила и сказала, что ты задавал странные вопросы его экономке. Я не знаю, что происходит, Натан, но…

— Я знаю, — вмешалась Брайана, решительно тряхнув головой и оборачиваясь к Натану. — Это не метод.

То, что он делал, вызывало протест и нарушало покой многих людей. И никто из них не мог ему помочь.

Губы Натана дернулись.

— А что ты можешь предложить? — требовательно спросил он.

Она тяжело вздохнула.

— Если бы я знала, я сама бы это сделала…

— А что ты пытаешься сделать, Натан? — серьезно глядя на сына, спросил Лэндрис-старший. — Ты ведь на грани срыва!

Натан наклонился к Брайане.

— Могу я ему сказать, или лучше скажешь ты?

Брайана думала, что лучше всего вообще прекратить разговор. Но она видела, что отец не успокоится, пока все не узнает.

— Натан ошибочно считает, что он…

— Натан знает, — настойчиво вмешался Натан.

— Считает, — повторила Брайана упрямо, — что он добьется успеха в деле, где мы с Джайлсом сдались.

Питер Лэндрис был в замешательстве.

— В каком деле?

— Узнать, кто был отцом Брайаны, — объяснил Натан.

Лэндрис-старший крайне изумился.

— Зачем это знать? — недоуменно спросил он.

— Затем, что Брайана не хочет, чтобы наши отношения развивались естественным путем, пока не разрешит эту загадку, — Натан кипел, с трудом сдерживая злость.

— Почему? — осторожно поинтересовался Лэндрис-старший.

— Черт его знает, — резко ответил Натан. — Брайана требует вовсе не встречаться, пока не будет абсолютно точно ясно, что мы не родственники.

— Родственники? — Питер Лэндрис остолбенело посмотрел на сына. — Но какими родственниками вы можете быть?

— Например, кузенами, — уточнил Натан с раздражением. — Я думаю, она предполагала, что мы можем быть братом и сестрой — до тех пор, пока не увидела мою мать и не поняла, что ты никогда не посмел бы ей изменить.

— Не будь непочтителен к матери, Натан. — Его отец спрятал смущение за напускной суровостью, стараясь не встречаться взглядом с Брайаной — они оба знали, что, хотя это было во время помолвки, но Питер изменил Маргарет с Джоанной. — Я знаю, что она иногда кажется слишком строгой, но только потому, что хочет тебе добра.

Натан, получив выговор, тяжело вздохнул.

— Извини. Это все из-за моего характера.

Он отошел вглубь комнаты и сел на кресло, прикрыв глаза.

— Очевидно, так, — заметил Питер и повернулся к Брайане, черты его лица заметно смягчились.

— Моя дорогая. Я не думал, что вы воспримете все так… сложно. Конечно, вы с Натаном не кровные родственники…

— Вы в этом уверены? — колко спросила Брайана.

— Вот видишь, — Натан покачал головой, удрученно разводя руками, — Брайана считает, что ее отцом может быть дядя Джеймс, потому что его второе имя Брайан, — объяснил он, видя, что его отец совсем сбит с толку.

— Вижу, — Питер Лэндрис еще больше нахмурился. — Это вовсе не доказывает, что…

— Именно это я и говорил, — воскликнул Натан.

— Для вас — да, потому что вы оба юристы, — с презрением возразила Брайана. — Если вы увидите перед собой убитого, а рядом — человека с окровавленным ножом в руках, вы все равно не будете уверены, что он — убийца!

— Только потому, что это не всегда так! — сдерживая ее напор, защищался Лэндрис-старший. — Человек, увидевший убитого, часто трогает тело в поисках орудия убийства. Это не делает его убийцей. И, точно так же, если мой брат имеет второе имя Брайан, это не значит, что он ваш отец.

— Но…

— В любом случае, это невозможно. Я удивляюсь, Натан, как ты мог забыть, — упрекнул он сына. — Простите, Брайана, но в тот год, когда вы родились, мой брат с семьей еще жил в Америке.

— О, черт! — выругался Натан. — Я совсем забыл!

— Они вернулись домой год спустя — Саманта должна была идти в школу.

Какое счастье! Полное и бесспорное! Они с Натаном — не родственники! Брайана смотрела на Натана сияющими глазами, полными любви, не решаясь верить в осуществление мечты.

— Мне кажется, выбор этого имени мог быть сделан по самым разным причинам, — как ни в чем не бывало продолжал Питер Лэндрис в наступившей тишине. — Это могло что-то значить только для них…

Брайана с трудом заставила себя вслушаться в его слова.

— Что вы имеете в виду?

— Ну… Влюбленные часто придумывают друг другу ласковые имена, — смущаясь, объяснил Питер Лэндрис. — Мы с Маргарет первое время после свадьбы звали друг друга «Чудо». По-моему, быть ласковыми друг с другом вполне естественно.

— Брайана вряд ли было ласковым именем — разве оно такое нежное? — иронически спросил Натан.

— Я просто пытаюсь вам помочь! — его отец опять спрятался за напускную суровость. — Я надеюсь, я хоть немного помог вам, Брайана? — на нее он смотрел более спокойно.

Она сияла, беспредельно счастливая тем, что они с Натаном точно не родня по крови.

— Больше, чем помогли, — подтвердила она с искренней благодарностью.