Упрямый рыцарь - Сандра Мартон

– Что ты говоришь?!

– Впрочем, имеет. Тебе нужен ребенок.

Сейдж начала дрожать. Калеб сбросил пиджак и накинул ей на плечи.

– Такси! – крикнул он, но машина не остановилась.

– Калеб. Ты слышишь меня? Я не хочу…

Ни такси, ни мобильника – он оставил его в номере. К счастью, в нескольких шагах Калеб увидел кофейню.

– Пошли, – скомандовал он, обнимая ее за талию.

Она тряхнула головой и уперлась каблуками в асфальт.

– Сейдж, пойдем.

– Нет.

– Детка, мы утонем.

– Я тебе не детка. И я никуда с тобой не пойду.

– А куда тебе еще идти?

– Обратно в Бруклин. К моей жизни. Подальше от тебя и твоей лжи.

Калеб схватил Сейдж за плечи:

– Я никогда тебе не лгал!

– Ты говорил… Ты хотел, чтобы мы были семьей. Ты. Я. Наш ребенок.

– Это правда!

– Ты говорил, что ты ко мне неравнодушен…

– Да. – Его голос стал хриплым. – Это была ложь.

Сейдж попыталась вырваться, но Калеб обхватил ладонями ее лицо. Он был готов произнести самые важные слова в своей жизни. И сделать это быстро, пока они оба не подхватили пневмонию.

Долой планы и логику!

– Да. Это была ложь. Я не просто неравнодушен к тебе, я люблю тебя. Я обожаю тебя. Всем своим существом. И если ты уйдешь от меня…

Сейдж уставилась на него. Ее губы дрожали. Впрочем, она вся дрожала. Калеб обнял ее за плечи и потянул в сторону кофейни.

– Я не пойду туда, – снова запротестовала она, но уже не так решительно.

Калеб открыл дверь.

– Ну вот, – сказал он, – наконец нам представилась возможность обсудить детали нашей жизни и, если повезет, выслушать ценный совет официантки.

Сейдж посмотрела на него. Потом рассмеялась.

В кафе было немного посетителей. Двое мужчин у стойки, две пары за столиками, буфетчик в грязном фартуке и официантка в розовой униформе.

Все смотрели на Сейдж. И на Калеба. На пару едва не утонувших идиотов. Вода стекала с них на не слишком чистый кафельный пол.

Калеб откашлялся.

– Эй, – сказал он, посылая свою самую радужную улыбку официантке, – мы могли бы взять столик?

Она пожала плечами:

– Почему бы нет.

– И несколько пачек салфеток. Чтобы вытереться.

Официантка снова пожала плечами. Калеб подтолкнул Сейдж к свободному столику. Она села, он устроился напротив.

– Один кофе, пожалуйста, – сказал он. – И один травяной чай. Моя жена не пьет кофе. Она беременна.

Сейдж вспыхнула.

– Вовсе нет, – возразила она. – То есть я не его жена.

– Во всяком случае, она беременна, – вмешался Калеб, и Сейдж покраснела еще больше. – О черт, – неожиданно пробормотал он.

Калеб понял, почему Сейдж ушла от него.

– Ты слышала телефонный разговор, – заявил он.

– Какой телефонный разговор? – Сейдж с деланым равнодушием пожала плечами, но это его не обмануло.

– Сейдж, детка…

– Салфетки, – вмешалась официантка, плюхнув на столик несколько пачек салфеток.

Калеб кивнул:

– Спасибо.

– Ваш кофе и травяной чай.

Официантка вернулась к стойке.

Калеб подался вперед:

– Ты знаешь, какой телефонный разговор я имею в виду. Тот, что состоялся у меня с Аддисон.

– С женой твоего брата. И твоим деловым партнером. – Голос Сейдж дрогнул. – Она готовит документы, которые я должна подписать, чтобы передать тебе право опеки над моим ребенком.

– Нашим ребенком. И не нужна мне никакая опека. С какой стати, если он наш?

– Это может быть девочка.

– На это мне вообще наплевать!

– Ребенок – единственная причина, по которой я тебе нужна.

– Я люблю тебя. – Он почти кричал. – Ты слышишь меня, черт возьми? Я. Люблю. Тебя.

– Не любишь. Ты верил, что это твой ребенок, но ты врал!

Калеб схватил ее за руку, не давая вырваться:

– Ты слышала мои слова о том, что мы хотим провести тест на отцовство после рождения ребенка.

Сейдж кивнула.

Он сильнее сжал ее руку:

– Тест нужен для того, чтобы избавиться от Колдуэлла раз и навсегда.

– Он не может до сих пор считать…

– Это моя вина. Я был так увлечен нашими отношениями, что забыл с ним вовремя связаться. Он добрался до Аддисон и заявил, что без доказательств ничему не поверит.

– Ах, Калеб…

– Да, я допустил огромную ошибку.

Сейдж почувствовала облегчение, но Калебу придется объяснить еще одну вещь.

– И… и я слышала, как ты говорил о свадьбе: что ты не сумасшедший, чтобы жениться на мне…

– Правильно. Аддисон предположила, что мы могли пожениться тайком. Должен признать, такая мысль приходила мне в голову. – Он тряхнул головой. – Но мои сестры, вероятно, и Аддисон тоже, съели бы меня живьем, если бы я лишил их этого зрелища. Музыки. Цветов. Тебя в длинном белом платье, меня, разряженного…

Сейдж молча смотрела на него. Что там было в ее глазах?

– Детка, – сказал он хрипло, – я наделал много ошибок. И самая большая – я сразу не сказал, что люблю тебя. Видишь ли, я дожидался подходящего случая.

– Такого, как сейчас, – подсказала Сейдж.

Слава богу, она улыбалась.

– Сейдж, скажи, что ты меня тоже любишь. Скажи мне то, что я увидел в твоих глазах, почувствовал в твоих поцелуях.

– Я люблю тебя, – тихо проговорила она. – И всегда буду тебя любить, мой рыцарь.

Калеб опустился перед ней на колено, не обращая внимания на грязный, мокрый пол.

– Сейдж. – Она затаила дыхание. В его руке была маленькая красная коробочка. – Солнышко. – Калеб открыл ее. Словно тысячи солнц вспыхнули внутри. – Ты выйдешь за меня замуж? Ради одного, что имеет значение. Ради любви.

Сейдж рассмеялась. Потом расплакалась. Она наклонилась к Калебу и поцеловала в губы.

– Что означает, – со знанием дела прокомментировала официантка, – да.

Калеб встал и притянул к себе Сейдж.

Официантка держала их чек и улыбалась, ее глаза подозрительно блестели. Калеб взял чек и положил на стол. Потом достал из кармана несколько стодолларовых купюр, положил их ей на ладонь и сжал пальцы: