В объятиях зверя - Анна Ди

— Сэм, ты что делаешь? Сейчас вернуться мои братья... У нас же свадьба, — тихо произнесла я дрожащим от страха голосом.

Сэм окинул нас безумным взглядом, его лицо дергалось в яростной гримасе. Он словно превратился в дикого зверя, готового разорвать любого, кто попадется под руку.

— Свадьба? — Горький, зловещий хохот вырвался из его груди, заставив кровь застыть в жилах. — Твои братья взорвали отель, где был мой отец и все мои люди. Они думали, что я тоже там. Что меня тоже удалось отправить на тот свет. Но я жив! И я приготовил им сюрприз — ваши трупы. Это будет вершина мести! Я заставлю их захлебнуться в агонии до последнего дня, — прошипел он, и каждое слово, пропитанное ядом ненависти, обжигало не хуже раскаленного железа. Он направил на нас пистолет.

Зрачки мои расширились, и острая дрожь пронзила тело, словно тысячи ледяных игл. Они взорвали отель… И теперь Сэм хочет убить нас, чтобы отомстить за отца. Как это случилось? Когда? Почему нам ничего не сказали?

Пока я, словно прикованная к месту, стояла, Виолетта, незаметно для Сэма, рыскала взглядом по сторонам, отчаянно выискивая хоть что-то, что могло бы помочь его обезоружить.

Мысль о том, что она и ребенок могут пострадать, была невыносима. Собравшись с духом, я медленно шагнула навстречу Сэму

Едва я приблизилась, он вцепился в меня, но в этот миг Виолетта бросилась на него, словно разъяренная кошка. Несмотря на ее былые навыки бойца и стрелка, восьмой месяц беременности превратил ее в легкую добычу. Сэм перехватил ее руку и обрушил на нее град ударов.

— Виолетта! Не трогай её! Не смей! — я отчаянно пыталась оттащить его от нее, но тщетно.

Виолетта рухнула на пол, судорожно хватаясь за живот.

— Ребенок… Мой ребенок… — прохрипела она, скрючившись от адской боли.

— Дрянь! Ты сдохнешь здесь вместе со своим выродком! — прорычал Сэм, с маниакальной жестокостью пиная её в живот.

Крик застрял в моей груди, слезы безудержно хлынули из глаз. Я смотрела на Виолетту, корчившуюся от боли на полу, пока Сэм, как обезумевший, тащил меня прочь из комнаты.

— Тебе это не сойдет с рук! Тебя разорвут на части и достанут из-под земли! — кричала я, отбиваясь от него. Страх за Виолетту и ее нерожденного ребенка сковал меня ледяным ужасом.

Он отшвырнул меня, и сталь пистолета обрушилась на висок. Взрыв боли пронзил тело, и мир закачался, теряя краски. Не удержавшись, я рухнула на колени, и реальность поплыла мутной пеленой перед глазами.

Сидя на полу, борясь с тошнотой, я цеплялась за ускользающее сознание. Время потеряло границы, пока едкий запах дыма не ворвался в мои легкие.

С трудом поднявшись, когда головокружение немного отступило, я на ватных ногах побрела к комнате Виолетты. Но чужая рука, словно стальной капкан, вцепилась в мои волосы.

С диким рыком я бросилась на него, пытаясь освободиться из мертвой хватки. Он сильнее, да, но я не сдамся! Я яростно била, царапала, кусала, вспоминая каждый урок Дино.

Вырвавшись, я рванула к лестнице, чтобы позвать на помощь. Но он настиг меня, как тень, и с силой повалил на пол.

Тяжесть его тела придавила меня к полу, выбивая остатки воздуха из легких. Я отчаянно задыхалась, силясь вдохнуть хоть немного кислорода. Его звериный оскал навис надо мной, и я увидела в его глазах лишь одно — жажду крови.

— Прежде чем тут все сгорит, мы устроим первую брачную ночь. Поразвлекусь немного перед тем, как ты сгоришь тут, — выплюнул он с похотью и безумием.

— Пожалуйста, Сэм… не надо… я ничего тебе не сделала… — прошептала я, чувствуя, как ледяной страх сковывает тело, как отчаяние и безысходность разъедают душу.

Он вдавил мою голову в пол, рыча мне прямо в ухо, словно дикий зверь.

— Заткнись! Заткнись! Твои братья убили моего отца! Подло заманили в ловушку, и теперь пируют, празднуя победу! А я буду иметь тебя, пока не почувствую успокоение! Потом буду смотреть, как всё здесь сгорит к чертям!

Рваными движениями, словно одержимый, он принялся разрывать мое платье, обнажая бедра и добираясь до нижнего белья. Ткань трещала, как предсмертный крик.

— Прекрати! — вопила я.

Кричала, умоляла, захлебываясь в слезах, которые душили меня, словно удавка. Лежала на животе, беспомощная, лишенная возможности сопротивляться.

Я дернулась, пытаясь вывернуться, но его вес был непоколебим. Пол под щекой казался шершавым и холодным, а запах дыма и пота — невыносимым. Сердце бешено колотилось в груди, стуча в унисон с приближающейся гибелью.

— Кричи. Кричи громче, — насмешливо протянул он, кусая мое ухо. — Ты так же кричала, когда тебя насиловали в грязном подвале, как какую-то грязную девку? Будешь сравнивать, кто лучше? Но не думай долго, я буду несравненно лучше, потому что одного раза мне будет мало. Потом я займусь твоим ртом. Таким же грязным, как и ты сама. — Он хохотнул, и я почувствовала, как его затвердевший член прижимается к моим ягодицам, вызывая волну тошнотворного ужаса.

— НЕТ! НЕ НАДО! — Из горла вырвался отчаянный крик, внутри всё сжалось от страха. Это был конец. Мой конец. Вся жизнь пронеслась перед глазами.

Дино, я тебя люблю и всегда буду любить. Я твоя. Только твоя.

Я зажмурилась, готовясь к неизбежному. Но вдруг он заорал, и я почувствовала, как он встал с меня. Резко перевернувшись, увидела, как Патриция с ненавистью в глазах вонзила нож в его плоть, собираясь нанести новый удар.

— Отпусти мою девочку, ублюдок! Урод! Гори в аду! — закричала она, поднимая руку для нового удара.

— Старая дрянь!

Сэм, не теряя ни мгновения, схватил пистолет и несколько раз выстрелил в её сторону. Время замедлилось, каждая капля звука становилась отчетливой, каждое дыхание ощущалось, как будто в замедленной съемке. Женщина, внезапно замерев, рухнула на пол, как будто весь мир вдруг остановился, погрузив меня в бездну отчаяния и тишины. Я пыталась кричать, но слова застревали в горле, превращаясь в слезы, которые медленно катились по щекам. Я не могла свести взгляд с её безжизненного тела, не веря в происходящее.

Он убил её... Она умерла, пытаясь защитить меня...

Дино(35)

Я напряженно смотрел, на один из самых дорогих отелей в городе, который мы превратили в груду обломков. Карлос, с присущей ему непредсказуемостью, настоял на единственно возможном решении — взрыве. Я бы предпочёл лично убить каждого из них,