Любовь как чудо - Энн Вулф

– Ну и как, успешно? – поинтересовалась Лавиния.

– Боюсь, у нас с ним слишком разные взгляды на форму и содержание, – невозмутимо ответил Пит. – Он – поклонник легкого стиля, а я придерживаюсь мнения, что легкость письма не должна вредить целостности произведения.

Лавиния расслабленно улыбнулась и замахала зонтиком. Ее легко было одурачить псевдотворческими разговорами, в которых она не понимала ровным счетом ничего.

– А вы какими судьбами в Блэклейке? – поинтересовался Пит.

– Сестра с племянницей решили положиться на мой вкус и отправили меня выбирать подарки.

– Подарки на Хеллоуин? – удивился Пит. – Это что-то новенькое. А вы, я смотрю, любите разнообразить традиции.

– Конечно, – расцвела Лавиния. – Иначе было бы скучно…

Интересно, с покойным Робертом Мэлвиком ей тоже было скучно? – подумал Пит. Наверное, распоряжаться одной деньгами мужа стало куда веселее…

– Могу я помочь вам в этом нелегком деле? – галантно поинтересовался Пит. – У меня, правда, нет никаких способностей к выбору подарков, но я с удовольствием составлю вам компанию… – (Эх, с каким удовольствием я убрался бы отсюда на все четыре стороны!).

– Конечно, Пит, – окончательно повеселела Лавиния.

Ее зонтик, как собачий хвост, великолепно отражал настроение владелицы. Сейчас он двигался то в одну, то в другую сторону, как маятник, – это означало, что тетя Лавиния весела и бодра. Когда он замирал в ее руках, это означало, что хозяйка насторожилась или чем-то недовольна. Так что Пит мог быть абсолютно спокоен: если у Лавинии и возникли какие-то подозрения, то теперь они окончательно рассеялись.

Как и было условлено, Пит и Триш встретились возле часовни ровно в половине седьмого вечера. Пит молча открыл замок, сунул в руки Триш свечку, пропустил жену вперед и, оглядевшись по сторонам, закрыл за собой дверь.

– Ф-фух… – выдохнул он, пытаясь разглядеть за огоньком свечки лицо Триш. – Как же меня достали все эти прятки!

– А Сьюлен? – ядовито поинтересовалась Триш.

– Умоляю, Триш. Ты же знаешь, она мне совершенно не интересна…

– Иногда мне кажется, ты играешь свою роль с удовольствием.

– Да я просто живу этой чертовой ролью, – невесело усмехнулся Пит. – Я дозвонился до Рупа.

– Что он сказал?

– Ты читала «Коттедж Соловей» Агаты Кристи?

– Читала. Но при чем тут он? – удивилась Триш.

– В таком случае, объясни мне, как связать эту вещь со смертью твоей тети? Руп сказал, что обстоятельства ее смерти очень похожи на то, что случилось в этом детективе. Но потом приперлась Лавиния, и мне пришлось валять дурака, изображая из себя эдакого литературного гурмана. Руп толком не успел со мной попрощаться.

– Дай-ка подумать… Вспомнить бы сюжет… Убийцей в этом детективе был маньяк. Его жена – потенциальная жертва – нашла дома вырезки из газет и выяснила, что убитые женщины, чьи фотографии он хранил у себя, его бывшие жены. Она поняла, что он собрался убить ее… И, чтобы оттянуть время, принялась рассказывать ему, как якобы убивала своих мужей. То есть ту же историю, только наоборот… А когда она сказала, что подсыпала ему в кофе яд, он умер от сердечного приступа.

– Умница! – воскликнул Пит и тут же, спохватившись, зашептал: – Кажется, я понял… Одна, а может, и обе твои тетки обладают даром внушения… То есть могут вбить человеку в голову неотвязную идею. Вспомни, что стало с их мужьями: один спился, другой с крыши упал. И обе они вроде как не виноваты, чисты перед законом… Твоя навязчивая идея стать «нормальной» – тоже их рук дело… Похоже, они побывали у твоей тетушки и просто-напросто вбили ей в голову, что она умрет от сердечного приступа…

– Все стройно, но только не с тетей Эльвой, – с сомнением покачала головой Триш. – Она всегда отличалась сильной волей и слабой внушаемостью. Если бы теткам удалось проделать это с ней, мы с тобой должны были бы вообще сойти с ума…

– Нас двое, Триш… Как видишь, пока мы вместе – мы сила, – ответил Пит. – Я думаю, здесь собака зарыта. Именно поэтому они так поощряют твое увлечение Джеком. Именно поэтому у меня возникло это странное чувство к Сьюлен… Возможно, они слышали наш разговор о твоем даре. И знают, что я – против того, чтобы ты отказалась от дара и от книги. Руп говорит, все дело именно в книге. Ее они так хотят заполучить… Одного я не могу понять, почему они до сих пор ее не украли? Проще простого было вытащить ее из твоей сумки – и дело с концом. А еще проще – забрать ее прямо из дома тети Эльвы.

– Как бы не так… – загадочно улыбнулась Триш с видом человека, который всегда знал больше, но до сих пор молчал. – Книгу нельзя украсть или отобрать. Помнишь, что случилось с тобой, когда ты украл у нас книгу?

– Еще бы, – кивнул Пит.

– Так вот. Если ты крадешь или отбираешь книгу, тебе не удастся воспользоваться ею по назначению. Она никогда не станет подчиняться тебе. Перепутанные заклинания – меньшее из зол. И тетки об этом знают. Книгу можно получить только в подарок, и только вместе с даром, который добровольно отдаст человек в определенный день в году. Догадываешься, какой это день?

– Черт, Хеллоуин…

– Они полностью уверены, что все идет по плану. Что на Хеллоуин я подарю им книгу и отдам свой дар. Потому что я хочу стать такой, как все. Ведь именно это они пытались мне внушить? Значит, весь этот грандиозный праздник не простой рекламный трюк, так ведь, Пит?

– Тшш… – Пит приложил палец. – Мне кажется, кто-то… Ты слышишь?..

Триш прислушалась, но не услышала ни малейшего шороха.

– Нет. Может быть, ветер?

– Наверное. Или у меня начинается паранойя, – усмехнулся Пит. – Что неудивительно… Вчера ко мне заглядывала Джен О’Шей и жаловалась на судьбу.

– Джен О’Шей?

– Ну да, самоубийца в алом платье. Рассказывала о своем муже и клялась, что до сих пор его любит.

– Сочувствую, Пит… – пробормотала Триш. – Тебе не позавидуешь.

– Теперь я понял, что дар – это совсем не так легко, как мне казалось… Прости, что не слушал тебя раньше.

– Все в прошлом, Пит… Знаешь, иногда я думаю: почему бы нам не сбежать отсюда, не убраться подобру-поздорову. Пусть тетки катятся ко всем чертям и творят тут, что хотят… Но потом я думаю о Джеке, о докторе Коллинзе, обо всех блэклейкцах и понимаю, что поступить так было бы неправильно. Если я сбегу, разочарую и тетю Эльву, и саму себя. И даже тебя, Пит…

– Да я сам себя разочарую, Триш… В конце концов, не зря же твоя тетушка передала мне этот дар. Значит, я должен помочь тебе и тем, кто живет в этом Богом проклятом месте.

Пламя свечи колыхнулось, и Пит увидел благодарную улыбку Триш. Как странно… В этой темной жутковатой часовне, при свете маленькой свечки Триш выглядит особенно красивой. Блестящие темные волосы, алый рот с полуоткрытыми губами, огромные глаза цвета ежевики. А она ничуть не изменилась за долгие годы их знакомства! Все тот же ясный и вместе с тем загадочный взгляд, та же дерзкая улыбка, та же решительность, сквозящая во всем облике. Говорят, что любовь, как и все в этом мире, не может длиться вечно. Но сейчас Пит смотрел на жену и понимал, что это – очередная глупая обывательская выдумка. Любовь – это навсегда. Это чувство, которое не измеряется ни временем, ни пространством. Оно неподвластно человеку, напротив, человек – всегда в его власти…