Разум и чувства - Джоанна Троллоп

— Дорогие мои! Знакомьтесь, это Шарлотта.

Сэр Джон обнял свояченицу за плечи.

— Ни дать ни взять персик, правда?

Белл, сообразив, чего от нее ждут, сделала шаг вперед и поцеловала Шарлотту в щеку.

— Это точно.

Шарлотта выглядела польщенной.

— Да уж, персик! И какой большущий! Мне рожать только под Рождество, а я уже просто необъятная. Хуже кита, выброшенного на берег. — Она звонко рассмеялась. — Хотя нет, зачем же так обижать китов!

Элинор улыбнулась ей в ответ. Шарлотта казалась такой очаровательной и такой веселой — в отличие от своей более рослой, стройной и не менее хорошенькой сестры. Элинор поискала глазами Марианну. Та стояла, разглядывая висевшую на стене картину — мальчик в синих брюках, а рядом с ним породистый пес, — и выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

Элинор тихонько позвала:

— Эм?

Марианна тяжело вздохнула и отошла еще дальше.

— Оставь ее, — театральным шепотом посоветовал сэр Джон. — Позволь спокойно потосковать в одиночестве.

Шарлотта Палмер привстала на цыпочки, словно пытаясь привлечь внимание Марианны.

— По мне, так ты нашла великолепный объект для страданий! — провозгласила она. — Он просто потрясающий! Честное слово, даже лучше Джорджа Клуни. Уиллз великолепен. Кстати, в Лондоне он живет по соседству с нами.

Марианна по-прежнему не сводила глаз с картины, но отсутствующее выражение немедленно исчезло с ее лица, сменившись напряженным вниманием.

— Вовсе нет, — послышался вдруг чей-то голос из библиотеки.

Все они, как по команде, обернулись. На пороге стоял молодой мужчина в деловом костюме, пристально смотревший в экран своего Blackberry.

— Ну почти, — с очаровательной улыбкой сказала Шарлотта. — Подумаешь, за углом.

— Джон Уиллоби, — сказал мужчина на пороге, по-прежнему не отрывая глаз от экрана, — живет от нас за несколько кварталов. На Кингз-роуд.

Шарлотта, нисколько не смутившись, негромко фыркнула.

— Ну-ка отложи эту штуку, — приказала зятю миссис Дженнингс, указывая на его Blackberry.

Сэр Джон замахал руками.

— Бросьте, миссис Джей, он волен заниматься чем хочет.

Мужчина, похоже, не обратил ни малейшего внимания ни на тещу, ни на сэра Джона; он поднес Blackberry к уху и направился обратно в библиотеку, разговаривая на ходу.

— Каков грубиян! — смеясь, заметила Шарлотта. — Просто кошмар какой-то! Даже не спрашивайте, чем он занимается, — я понятия не имею. Сплошные цифры и таблицы, и этот Blackberry — он словно приклеился к нему. Никогда ничего мне не рассказывает. А уж как заделается депутатом парламента, станет и того хуже!

— Господи! — пробормотала себе под нос Белл. — Депутат парламента!

— Знаю-знаю, — продолжала щебетать Шарлотта, — безумная затея! Особенно с учетом характера Томми. Я хочу сказать, он же ненавидит людей, просто ненавидит, ты согласна, мама?

— Совершенно, — кивнула миссис Дженнингс и разразилась хохотом. — А уж меня он вообще на дух не переносит, особенно теперь, женившись на Шарлотте.

Шарлотта, зарумянившаяся от смеха, наклонилась к матери.

— А самое смешное, правда, мама, что ему придется делать вид, будто он заботится о своих избирателях, чтобы они проголосовали за него! Какой вздор! Только представьте, — она подняла пухлую ручку и принялась чертить ею в воздухе, — Томас Палмер, депутат парламента, и это на фирменной писчей бумаге палаты общин. Умереть со смеху! Правда, он говорит, что не даст мне ни малейшей возможности этим похвастаться. Даже близко такого не допустит. По-моему, ужасно забавно, вы согласны?

Элинор механически кивнула. Маргарет, стоявшая возле нее, затопталась на месте.

— А можно мне… можно…

— Сбежать? — жизнерадостно подхватил сэр Джон. — Смыться?

Маргарет кивнула.

— Вот ведь неугомонная! — торжествующе заключил он. — Давай, беги наверх, поищи детей. Боже, Белл, ты точно так же не можешь справиться со своими дочками, как Мэри с нашим хулиганьем. А теперь прошу внимания! Как насчет легкого ужина?

— Похоже, — после ужина обратилась Шарлотта Палмер к Элинор, — вам сегодня здорово повезло. Сидели с Джонно по одну руку и с Томми — по другую. Вот это удача!

— О, — слегка опешила Элинор, — все было и правда хорошо, но…

— Он от вас в полном восторге, — продолжала щебетать Шарлотта. — Следующим шагом будет приглашение к нам на Рождество, вот увидите!

— Ну что вы, я вовсе…

— Он обожает собирать вокруг себя интересных людей. Просто обожает! Только уж постарайтесь не разбить и его сердце тоже, кажется, тут их и без того хватает.

Элинор наклонилась к Шарлотте и, перейдя на шепот, спросила:

— Вы… вы знаете Уиллза?

Шарлотта заулыбалась.

— Уиллза все знают.

— Да что вы?!

— И мне прекрасно известно, почему вы о нем спрашиваете. Да-да, известно! Не только потому, что он красавчик и…

— Я спрашиваю потому, — твердо остановила ее Элинор, — что хочу больше о нем узнать.

— Ну, естественно! — смеясь, ответила Шарлотта. — Вы хотите больше узнать о нем, потому что у вашей сестры с ним роман!

Элинор бросила быстрый взгляд на другой конец стола, где ее мать пила кофе с Мидлтонами и миссис Дженнингс.

— Не стоит обращать слишком много внимания на них и на то, что они говорят.

— О, я и не обращала, — с легкостью согласилась Шарлотта. — Я прожила с матерью почти тридцать лет — не забывайте об этом! Мне вовсе не она сказала, а Билл Брэндон. Вы ведь знаете Билла Брэндона?

Элинор была потрясена.

— Билл Брэндон рассказал вам…

— Ага! В Лондоне. В понедельник. Мы встретились абсолютно случайно: я что-то покупала на Бонд-стрит, а он шел на какую-то встречу, очень торжественную, кажется, в Королевскую академию, и мы с ним разговорились о Бартоне и обо всех вас, а я сказала, мол, мама говорит, вы все ужасно хорошенькие, а одна даже успела закрутить интрижку с Уиллзом, а он ответил… — она прервалась на полуслове.

— Что? Ответил что?

Шарлотта прижала ладонь к губам, словно пытаясь сдержать новый приступ смеха.

— Представляете, я не помню! Может, он вообще промолчал! Может, я просто по его взгляду поняла, что так и есть? Ну, в любом случае это не имеет особого значения. То есть, я имею в виду, для всех, кроме него. Для него-то имеет, и еще какое. Бедняга Билл!

— Почему же? — натянуто спросила Элинор.