Укротить сердце - Ава Хантер

Она просто золотая.

Потеряв контроль, я пересекаю разделяющее нас пространство.

― Сколько у тебя там? ― спрашиваю я, беря ее за руку. Провожу большим пальцем по нежной коже на внутренней стороне ее запястья.

Она пристально смотрит на меня.

― Сколько чего?

― Сердечек. ― Она отдергивает запястье, но я наклоняюсь к ней и встречаюсь взглядом с ее великолепными голубыми глазами. ― Потому что в тебе, дорогая, больше жизни, чем в поле ― цветов.

Она улыбается.

― Сладкие речи ни к чему не приведут, ковбой.

― Никаких сладких речей. Нам нужно обсудить кое-что важное.

― О? ― говорит она, изучая меня любопытными глазами.

― Ты держалась подальше, ― говорю я, прижимая ее спиной к дверям стойла и фиксируя ее на месте. Мой голос звучит хрипло, напряженно.

― Мы оба. ― Она встречает мой взгляд с удивительной стойкостью. ― Это работа. Вот и все.

Черт, я ненавижу, как сильно это ранит.

― Да, но…

Она кладет ладонь мне на грудь.

― Никаких «но», помнишь? Мы же договорились. ― Ее взгляд опускается вниз, длинные ресницы отбрасывают тени на щеки. ― Один раз. ― Она говорит это так легко, как будто только я чувствую, что меня пронзила молния от ее слов.

― Это чушь. ― Я говорю это прежде, чем успеваю остановиться.

Ее голубые глаза расширяются.

― Чарли…

― Мы еще вернемся к этому. ― Я провожу руками по ее плечам, по гладкой коже и прижимаю ее к себе. ― Сейчас мы поговорим о твоей политике открытых дверей.

Щеки Руби розовеют.

― Это же ранчо.

― Это Воскрешение. ― Проведя рукой по ее изящной челюсти, я поднимаю ее подбородок, чтобы увидеть ее глаза. ― Запирай дверь, слышишь? Это не обсуждается.

Ее сочные губы приоткрываются.

― Ладно.

― Хорошо. ― Я опускаю руки на ее талию, нуждаясь в откровенности. Она ждет от меня честности, и она ее получит. ― Я не буду лгать, Руби. Я заходил в твой коттедж, искал тебя. Я видел твой список.

В ее глазах вспыхивает страх.

― И?

― Очень длинный список дел.

― Ну что ж. Я планирую все выполнить.

― Может быть, я смогу помочь.

― Помочь мне? Как?

― Ты помогаешь нам, а я помогу тебе закончить этот список дел. ― Ее внимание переключается на жеребенка. ― Никаких лошадей, ― говорю я, стискивая зубы. Мысль о ней верхом на лошади сводит меня с ума. ― И никакого калифорнийского заката. Но все остальное я могу сделать.

Она вздергивает бровь.

― У тебя большие амбиции, ковбой. Разве у тебя нет ранчо, которым ты должен управлять?

Мысль приходит сама ― к черту ранчо.

Я провожу большим пальцем по ее полной нижней губе. Никаких больше попыток держать руки подальше от нее. Больше нет.

― Чего бы ты ни захотела этим летом, Руби, я дам тебе это.

Ее настороженный взгляд падает на ленточку, повязанную вокруг моего запястья.

― Только лето?

― Только лето. ― Мы расстанемся, когда закончится сезон.

― Ты уверен? ― Дразнящая улыбка играет на ее губах, но я замечаю грусть в голубых глазах. И, черт возьми, как же я хочу понять ее причину. ― Последнее, что я хочу сделать, это заставить тебя влюбиться в меня.

Я усмехаюсь, несмотря на то, что в груди все сжимается, ее слова отдаются у меня в голове.

― Этого никогда не случится, дорогая.

На ее лице появляется интерес.

― И почему же?

― Я не влюбляюсь.

Больше нет.

― Повезло мне, ― говорит она и откидывается на двери стойла, словно желая еще больше завести меня.

И, черт возьми, ей это удается. Как мотылек на пламя, я тянусь к ней.

Я не могу удержаться от того, чтобы не подхватить ее на руки и не прижать к себе. Руби проводит своими маленькими ручками по моей груди. С ее губ срывается тихий сексуальный вздох, и мой член дергается.

Я прижимаюсь к ее губам.

― Скажи «да». Скажи «да», и я помогу тебе с каждым чертовым пунктом в твоем списке.

Мне нужно услышать, как она это скажет. Я не могу смириться с тем, что она была всего один раз в моей постели.

― Да, ― шепчет она с придыханием. ― Да, Чарли. Ты. Я хочу тебя.

Слава богу.

― Лето, ― говорю я.

― Лето, ― соглашается она.

А потом она улыбается. Ее свет уничтожает все мрачные тени внутри меня.

Ее свет.

Обхватив ее лицо руками, я прижимаюсь к ее губам и вдыхаю. У нее вкус солнечного света и цветов. Я хочу глубоко вдыхать ее и не отпускать.

Эта девушка ― золото. Я не могу удержаться.

Руби стонет мне в рот, и я целую ее глубже. Сильнее. Я запускаю руки в ее шелковистые волосы, обнимаю ее за шею и не отпускаю. Прижимаюсь к ней губами.

Лето. Это продлится только лето.

Ее язык скользит по моему, но прежде чем я успеваю опустить руку вниз и раздвинуть ее стройные ноги, длинный бархатный нос жеребенка толкает ее в плечо, разрывая нашу связь.

Руби смеется, легко и мелодично, и этот нежный звук заставляет мой член окаменеть.

Я смотрю на жеребенка с кривой усмешкой.

― Большое спасибо.

― Он ревнует, ― говорит Руби, ее глаза полны желания.

― Я его не виню, ― говорю я ей, а потом снова притягиваю ее к себе и целую. Я прижимаю ее к себе, отчаянно нуждаясь в этой девушке, которая разрушает меня изнутри.

Ее сердцебиение сливается с моим там, где соединяются наши тела, и впервые за долгое время я чувствую солнечный свет в самых темных уголках своей души.

Глава 16

Руби

Я наклоняю телефон и смотрю на фотографию на экране. Колтон, больше похожий на серфера с растрепанными волосами, чем на молодого наемного работника, прислоняется к конюшне, расставив ноги в сапогах, как певец в стиле кантри.

― Отлично, ― щебечу я, поднимая взгляд. ― Но как насчет еще одного?

― Конечно, мисс Руби. ― Колтон поправляет свою яркую пряжку на ремне и шаркает каблуками по земле. Тихое ржание лошадей создает фоновый шум.

Сегодняшняя работа включает в себя фотографирование каждого сотрудника для профиля в Инстаграме ранчо