Огонь в его объятиях - Руби Диксон

Я замираю, ожидая увидеть, что он сделает. Он мог бы свернуть мне шею в мгновение ока.

Зор наклоняется и утыкается носом в мое горло, потираясь своей разгоряченной щекой о мою кожу. Как будто он пытается окунуться в мой запах. Может быть, это помогает ему в его лихорадочном безумии. Я прикасаюсь своим разумом к его — или пытаюсь это сделать, — но получаю много бессмыслицы и искаженных мыслей. С таким же успехом он мог бы спать, несмотря на то, что он здесь.

— Ну же, Зор, — успокаивающе говорю я ему. — Возвращайся в постель. — Я обнимаю его за талию и веду обратно к импровизированной кровати.

Простыня, которую я расстелила на полу, промокла и нагрелась, возможно, от пота, возможно, от воды, которой я постоянно обливаю его, чтобы охладить кожу. Я застилаю другую чистую простыню, которая лежит у меня наготове, а затем постельное белье.

— Иди приляг, и я тебя искупаю.

Его глаза сверкают ярко-золотым, и вместо того, чтобы сделать, как я ему говорю, он дергает за крошечную, обтягивающую рубашку, которая на мне надета, как будто хочет, чтобы я тоже была обнажена.

— Хорошая попытка, — говорю я ему с легким смешком. — Но я только что нашла это, так что давай не будем это рвать. — Я указываю на кровать, а затем беру большую миску и иду на кухню за свежей водой. Я не совсем удивлена, что Зор следует за мной. Может быть, ему нужна компания, даже в бреду. Я посылаю ему радостные мысли вместе с напоминаниями о прохладной воде и свежих влажных простынях, которыми можно укрыть его разгоряченную кожу. Черт возьми, воздух такой душный, что мне это тоже кажется хорошей идеей.

Он проводит разгоряченной ладонью по моей руке, пока я наполняю миску, вдыхает и трется носом о мои волосы. Я стараюсь не обращать на это внимания, и когда миска наполняется, я прижимаю ее к своему бедру, обнимаю его за талию и пытаюсь отвести обратно в постель.

— Да ладно тебе, Зор. Давай приляжем и разберемся с этой лихорадкой, хорошо?

Человек-дракон тяжело наваливается на меня, и мне требуются все мои силы, чтобы не уронить его — или воду, которую я держу на бедре. Мы, пошатываясь, возвращаемся к простыням, и я ставлю миску на старый приставной столик, затем жестом предлагаю ему лечь.

Он обнимает меня и притягивает к себе.

— Эм-ма.

Странно, что он произносит мое имя иначе, чем у меня в голове. Его голос более гортанный, яростный. Странный. Я похлопываю его по боку, осторожно, чтобы не поранить.

— На землю, Зор.

В его глазах появляется какой-то странный блеск, и я чувствую, как дрожь пробегает по моему телу. Что он задумал? Он опускается на колени, а затем снова притягивает меня к себе. Его руки обхватывают мои бедра, и он зарывается лицом в мою грудь, потирая ее.

Хоро-о-о-шо. Бредящий Зор — это, по-видимому, возбужденный Зор.

— Тебе действительно нужно отоспаться. Ты сейчас сам не свой.

Низкий гул в его груди говорит мне, что ему все равно. Что он просто прекрасно проводит время. Он снова трется лицом о мою грудь, и, несмотря на слои одежды, когда я чувствую, как его нос скользит по одному соску, я не могу удержаться от вздоха.

Руки на моей талии напрягаются, и он смотрит на меня снизу вверх, его глаза сверкают насыщенным золотом. Его ноздри раздуваются, и я знаю, что это значит — он чует меня. Более того, он чувствует мое возбуждение.

— Ты мне нравишься, — шепчу я ему. — Это правда. И я устала играть, обещаю. Нам просто нужно, чтобы тебе стало лучше, и тогда мы сможем заниматься сексом столько, сколько ты захочешь…

Его взгляд скользит от моего лица к моей груди. Он задумчиво смотрит на них, на мультяшного персонажа, украшающего мою грудь, а затем протягивает руку, хватает в горсть туго натянутую ткань и срывает ее с моего тела.

Я задыхаюсь, изо всех сил пытаясь вырваться. Я прижимаю руку к его груди.

— Ты придурок! Ты знаешь, сколько сейчас стоит рубашка в фортах? Ты… — пискнула я, когда он отпускает меня, и я падаю спиной на гнездо из простыней.

Мгновение спустя Зор нависает надо мной, его глаза блестят.

— Эм-ма, — выдыхает он, а затем забирается на меня, пока я не оказываюсь в плену его рук и ног, распластавшись всем телом на полу. Он наклоняется и снова утыкается лицом между моих грудей, вдыхая мой запах. Его нос трется о ложбинку, затем он хватает материал моего лифчика и разрывает его в клочья, прямо между чашечками. Лифчик разлетается в стороны, и мои груди подпрыгивают, обнаженные.

И он снова утыкается в них носом.

Мой следующий протест застревает у меня в горле, потому что жар разливается между моих бедер. Я отвечаю ему, даже если сомневаюсь, разумная ли это идея. Я знаю, что у него жар и он бредит. Я знаю, что он не в своем уме, и его спина, вероятно, убивает его. Но с таким выражением его лица прямо сейчас? Я не думаю, что он хоть в малейшей степени задумывается о своей спине. Он больше сосредоточен на мне и впитывает мой запах.

Я ужасный человек и слабачка, потому что на самом деле я больше почти не сражаюсь. Я слишком увлечена тем, что он делает.

Зор опускает свою большую золотистую голову и снова проводит носом по ложбинке моих грудей. Он лижет нежную кожу там, и я ахаю, когда чувствую, как его язык скользит по моей плоти. Он немного колючий, очень похож на кошачий язык. Я не уверена, что и думать по этому поводу. Он низко рычит, затем продолжает лизать мою кожу. Сначала пространство между моими грудями, а затем