Жесткий отказ - Сара Ней

— Пахнешь не мило? Что это значит?

Она бросает на меня взгляд типа: «Мне нужно расшифровать?», и я захлопываю рот.

Ох. Итак, она говорит, что от неё пахнет вонючей задницей, когда она ест чеснок или лук, и я не должен продолжать задавать глупые вопросы об этом.

Замечание принято.

Возможно, я невежественен, когда дело касается женщин, но чувствую, что ко мне возвращается некоторая уверенность.

Мы болтаем остаток пути в центр города, останавливаясь только для того, чтобы я мог сосредоточиться на том, чтобы не сбить ни одного пешехода. Они повсюду в этом туристическом месте, переходят проезжую часть и толпятся на тротуарах, толпами стоят на светофорах, ожидая возможности пересечь главную дорогу.

«Мейсон» легко найти, но невозможно припарковаться, и мне повезло, что я подъехал близко, так что Миранда может спокойно выйти прямо к входу в ресторан. Служащие готовы забрать машину и мои ключи. Одной причиной для беспокойства меньше.

Молодой парень подходит к моему окну, и я опускаю его. Когда кладу ключи ему на ладонь, говорю:

— Не могли бы вы сообщить им, что я здесь, пожалуйста?

Код для: «Отведите меня внутрь и быстро усадите, чтобы я не привлекал к себе внимание». Парень убегает, отчаянно шепча что-то своему коллеге, который бросается внутрь.

Хороший мальчик.

Я надеваю солнцезащитные очки.

Опускаю голову, прежде чем открыть дверь со стороны водителя и вылезти, встречаю Миранду у обочины, рука нависает над её поясницей, но не касается её. Я хочу, очень хочу — у меня просто не хватает смелости.

В вестибюле нас встречает улыбающийся мужчина, скорее всего, менеджер, который почти сразу же начинает целовать меня в задницу, чуть не спотыкаясь, когда придерживает дверь для Миранды и спрашивает, не хочет ли она оставить свою куртку.

— Нет, спасибо, — отвечает она, и я рад — не нужно будет ждать после нашей трапезы, если захочу убраться отсюда к чёртовой матери. С другой стороны, всё, что мне нужно сделать, это сказать кому-то, что мы уходим, и всё будет сделано должным образом. То же самое касается и моей машины.

Если моя спутница и удивлена всем этим превосходным обслуживанием, то ничего не говорит. Если и задаётся вопросом, почему все начинают обращать на нас внимание — на меня, — то никак это не комментирует.

«С чего бы ей это замечать, придурок? Она понятия не имеет, кто ты такой. Знает только твоё имя и то, что ты можешь позволить себе потратить сорок пять тысяч на пару бейсбольных карточек».

— Мистер Хардинг, мы разместим вас в боковой части зала. Там более уединённо.

Брови Миранды взлетают вверх.

— Что ты планируешь сделать со мной, Ной? Убить и протащить мой хладный труп через кухню?

Менеджер выглядит шокированным, быстро пряча это за нетерпеливой улыбкой.

— Беверли будет обслуживать вас с помощью Джейкоба. Если вам ещё что-нибудь понадобится, меня зовут Карсон, и я буду рад помочь вам. Просто сообщите об этом одному из ваших сёрверов.

Он отодвигает стул для Миранды, затем кладёт белую льняную салфетку ей на колени, а меню — на серебряную тарелку.

— Могу я предложить вам для начала бутылку вина?

Я вопросительно смотрю на свою спутницу.

— Вино?

— Эм. — Она колеблется. — Если можно, чай со льдом было бы здорово. С лимоном, если он у вас есть?

Боже, она такая милая. И вежливая.

— Конечно. А для вас?

— То же самое. С сахарозаменителем.

— Хорошо. Ваш официант скоро подойдёт, чтобы принять заказ. — Он исчезает в мгновение ока, и я переключаю своё внимание на симпатичную девушку напротив меня. Делаю всё возможное, чтобы одарить её улыбкой, но уверен, что улыбка получается натянутой.

— Бедняжка. Ты нервничаешь? — Она смеётся. — Ты выглядишь…

— Злым?

— Я собиралась сказать «страдающим запором», но злость тоже подходит. Ты нечасто улыбаешься, не так ли?

Почему она тогда пошла со мной на свидание, если думает, что я такой брюзга? Затем я хмурюсь ещё сильнее, понимая, что на самом деле веду себя как последняя задница.

В свою защиту скажу, что я нервный и параноидальный. Совсем не готовый к этому свиданию, в которое меня втянули против моей воли — что несправедливо по отношению к Миранде, и я тоже это понимаю. Дело не в том, что она мне не нравится или я не считаю её потрясающей; я просто не знаю, как вести себя с девушкой, которая ничего от меня не хочет. Я привык к женщинам со скрытыми мотивами.

К этому нужно привыкнуть — я имею в виду, что девушка заказала стакан чая за четыре доллара в элитном ресторане.

Приносят напитки. Миранда откидывается на спинку своего мягкого, обитого бархатом сиденья и смотрит, как я добавляю подсластитель в свой, а затем кладу крошечный пакетик с мусором на блюдце.

— Могу я тебе кое в чём признаться? — Её тон немного нерешительный, но она, кажется, полна решимости что-то мне сказать.

— Да, конечно.

«Покончи с этим сейчас; скажи мне, что ты здесь только для того, чтобы обсудить бейсбольные карточки. Покончи с этим».

Я беру себя в руки.

— Я действительно удивлена, что ты пригласил меня на свидание.

Мои брови поднимаются, но потом я чувствую на себе несколько пар глаз, и волосы на затылке тоже встают дыбом. Инстинктивно я немного поворачиваю голову, чтобы посмотреть, кто за нами наблюдает.

Пара за соседним столиком поймана с поличным, но, по крайней мере, у них хватило порядочности быстро отвести взгляд, когда я встретился взглядом с женщиной с мобильным телефоном в руке, направленным в нашу сторону.

«Мило. Спасибо за уединение, леди», — хочу я прокричать через весь шикарный обеденный зал.

— Почему? — Клянусь, мой голос срывается, когда я спрашиваю, напряжение взрывает моё тело, пара за другим столиком продолжает ловить мой взгляд и отвлекать меня.

Пытаюсь сосредоточиться на том, что говорит Миранда.

— Я подумала, что тебе это неинтересно, особенно после «Платы». Помнишь, как ты