Безжалостный - Екатерина Юдина

«Почти. Они влюбленные».

«Как вообще можно хотеть быть с Мейсоном?»

«Ну, во-первых, мы говорим про нашего брата. Во-вторых, на этом разговор можно и закончить. Я как-то не очень хочу обсуждать его девушек. Тем более интимную жизнь».

«Не поверишь, но я тоже. Просто мне все это дико и странно. Он же их использовал. И делал это очень жестоко. Конечно, они получили деньги, но как вообще после такого можно опять захотеть быть с Мейсоном?»

Рите нахмурилась. Она знала о наклонностях Рида, но терпеть не могла их обсуждать. Хотя бы потому, что он ее брат. Для Рите крайне противоестественно и недопустимо было обсуждать то, что происходило в его спальне.

«Я скажу одно. — Она подняла указательный палец. — У брата специфические вкусы. Ему нравится подчинять. А есть девушки, которым нравится подчиняться».

«О, так их подбирают из соображения его интересов?»

«Не-а. Просто потом они входят во вкус».

«Откуда ты знаешь?»

«Ну, так они сами мне рассказывали. Конечно, не все, но были моменты. Придурошные. С чего они решили, что мне это интересно? Кстати, в контракте должен быть пункт о неразглашении. Нужно сказать брату, что они его нарушают».

На этом я решила не продолжать разговор. Он не нравился ни Рите, ни мне. Обсуждение интимной жизни Мейсона было для меня чем-то критично противоестественным.

Тему я затронула лишь по одной причине — не могла понять, почему девушки так тянутся к Риду, даже несмотря на его интересы. Не только «игрушки», но и многие наследницы знатных родов. Мейсон для многих был желанным парнем.

В итоге я так и не смогла этого понять.

Но факт состоял в том, что многие девушки разделяли его интересы. Риду было из кого выбирать.

— Боишься, что я ремнем привяжу тебя к кровати? — спросил он, выдыхая дым.

— А это максимум того, что ты можешь сделать?

— Нет. Но это не означает, что меня не интересует обычный секс.

Я опустила взгляд. Физически не могла разговаривать с Мейсоном на эту тему.

— Пожалуйста, не нужно, — произнесла, все так же сжимая бокал. Казалось, еще немного — и хрустальная ножка лопнет. — Я не могу. Не с тобой.

— А с кем?

Я заметила, что он еле заметно наклонился вперед. А еще то, что его глаза наполнились чернотой, от которой у меня по спине скользнул холодок.

Я качнула головой.

— Я сейчас говорю о другом. Раньше наши взаимоотношения были… не очень. Из-за того, что сейчас происходит, они становятся только хуже. Но… Мы можем начать с самого начала. Как брат с сестрой. Иначе я не смогу.

Сердце билось урывками, голова кружилась. Мне не стоило пить. Уж точно не в такой ситуации.

— Я схожу в уборную.

Я поднялась из-за стола. На несколько секунд замерла, ожидая реакции Рида. Если бы он сказал мне сесть обратно, я бы не посмела ослушаться. Слишком сильно боялась его.

Но он ничего не сказал, и я осторожно пошла к двери. В спину донеслось:

— Я буду ждать другого ответа. Этот меня не устраивает.

Услышав это, я замерла. А потом быстро выскользнула в коридор.

Другого ответа у меня не будет. Никогда.

Несколько лет назад

— Да ничего не случится. Никто не узнает! — Джейм продолжал настойчиво уговаривать Рите. — Подольем им какую-нибудь гадость в сок и будем смотреть, как они его пьют. Это будет забавно.

Рите было лишь шесть, и она всегда любила играть со своим двоюродным братом, ведь Джейм умел развлекать. Придумывал разнообразные игры. Но на этот раз она почему-то не хотела соглашаться на очередную его авантюру.

— Давай не будем. — Она отрицательно качнула головой, поправляя свое платьице. — А вдруг взрослые все же узнают? Или те мальчишки поймут, что это мы сделали? Может, просто забудем? Пошли лучше играть в сад.

— Повторяю — никто не узнает. Ты всех отвлечешь, а я подолью. Ну не будь занудой!

— Что ты хочешь им подлить? — Рите все еще не хотела соглашаться, но это «зануда» на нее подействовало. Быть ею она уж точно не хотела. Может, и правда незачем переживать? Занудствовать.

— Вот это. — Брат открыл дверцу шкафа и достал оттуда бутылку белого цвета.

— Разве это не та штука, которой пол моют? Наши горничные добавляют ее в воду.

— Да. Это оно. Прикинь, как у них пена пойдет изо рта? А мы будем смеяться. Поделом им.

— Но им может стать плохо. Мама когда-то говорила, что в этом шкафу опасные бутылки.

— Да с ними все будет нормально. И ты опять ведешь себя как зануда.

— Кому вы это хотите подлить?

От голоса Мейсона Рите и Джейм одновременно вздрогнули и, обернувшись, растерянно посмотрели на брата. Выглядели они так, словно их поймали на воровстве.

— Да так. Одним придуркам. Алану и Николасу. Они прогнали нас с детской площадки. Прикинь? Вот мы и собрались им отомстить. Проучить, — затараторил Джейм.

Мейсон забрал у него бутылку и посмотрел на этикетку. Потом поставил ее на стол и, взяв двоюродного брата за шиворот, ударил его прямо в глаз.

— Это за твою идею, — сказал он, и тут же ударил снова. — А это за то, что пытался втянуть Рите.

Джейм вскрикнул и болезненно схватился за лицо. Когда Мейсон отпустил брата, тот и вовсе хлопнулся на пол.

— Да что ты творишь? Защищаешь их? Они нас прогнали. Мы играли, а они вытолкнули нас и сказали там больше не появляться! — Джейм тяжело дышал, дрожащими пальцами прикасаясь к ушибленным местам. — Они должны за это поплатиться! Они никто. Дети прислуги. Их матери нам туалеты моют, а ведут они себя так, будто равны нам!

— Тебя опять ударить? — Мейсон опустился на корточки рядом с ним. Поднял кулак. Замахнулся.

— Нет! А то я родителям расскажу! — Джейм сжался и в защитном жесте выставил руки.

И Джейми, и Мейсону было по восемь лет. Они были примерно одного роста и телосложения. Но Джейм никогда не лез в драки. Если требовалось, сразу бежал жаловаться.

— Рассказывай. — Мейсон лишь безразлично пожал плечами.

— Хватит, — прозвучал испуганный голосок Рите. Казалось, еще немного — и она заплачет. — Не… не нужно. Братик, не бей его больше. Я… Я же тоже виновата.

Мейсон наклонился к Джейму и тихо произнес, так, чтобы слышал только он:

— Значит, ты хотел, чтобы Рите отвлекала их? Чтобы потом чуть что — подумали только на нее, и только она получила наказание?

Джейм вздрогнул. Судорожно выдохнул.

— Ничего бы не было. Они сыновья грязных мойщиц туалетов. Никого бы не наказали.

Мейсон опять его ударил.