Последняя Императрица 2 - Кира Ханси

Я начинаю тебя ненавидеть.

Я так и сказала — напоследок сказала я и захлопнула окно, сразу же оседая на пол. Мана в теле вновь разбушевалась и не сдержавшись я зашипела. Такой всплеск эмоций с утра пораньше не предвещал ничего хорошего, особенно в окружающей обстановке. Я чувствовала как меня начало трясти, у меня было отвратительное предчувствие, оно кислым осадком оставалось во рту и усиливало подступающую тошноту.

Уже сегодня кто-то из моих друзей умрет, а вместе с ним и моя мать. Сегодня все закончиться и начнется. Придет конец мимолетного счастья и наступит время страданий, разлук и океана лжи. Это было настолько печально, что я была готова смеяться.

Что тут за крики? — взволнованная Екатерина ворвалась в комнату, таща за собой весьма недовольного Эдварда. Я мигом вскочила на ноги и спрятала трясущиеся руки в карманы пижамных штанов.

В комнату залетела надоедливая муха, а я выгоняла ее в окно — просто соврала я с едва сдерживаемым раздражением. Видимо выспаться в последний спокойный день не представляется возможным.

А я то подумала что-то серьезное — я только мотнула головой.

Ну и хорошо. Завтрак ты пропустила, но скоро будут подавать обед, пойдешь с нами?

Хорошо — я была немного удивлена что проспала до полудня, похоже сказалась бессонная ночь и истощение маной. Екатерина выпорхнула из комнаты, давая мне время собраться. Когда я вышла, Уайт куда-то исчезла оставив меня на своего парня.

Ты заделался в сопровождающие? — насмешливо спросила я Эдварда.

Она считает что нам стоит подружиться до того как я начну на тебя работать — спокойно заявил он.

В этом нет необходимости, обещаю я не буду к тебе придираться только из-за личной неприязни — клятвенно заявила я, даже положила руку на сердце.

Я это и так знаю. Такой вопрос, а твои мухи случайно не похожи брюнетов с гетерохромией? — с легким интересом спросил Эд.

Случайно похожи — ухмылкой ответила я.

А Николас его предупреждал что тебя не стоит будить — Веверн покачал головой, будто говорил о проступке нашкодившего ребенка.

Просто он совершал подобную ошибку — я скрестила руки на груди — А вообще не стоит будить никого из Люциферов, это тебе так, на будущее. Моя бабушка один раз запустила в своего советника огненным шаром, когда он прервал ее сон и чуть не сожгла часть дворца.

Жуть — Эдвард скривился и открыл дверь в столовую.

Обед здесь мало чем отличался от того что проходили в академии святой Акиры, разве что столовая была несравнимо больше. Ну и Кристиан раньше на меня не дулся. Мне кажется полет из окна не злил его так сильно как моя торжествующая улыбка. Я совсем не раскаивалась, его предупреждали, Кристиан сам виноват. Я была рада уже тому что мне удавалось улыбаться несмотря на желание желудка вывернуться наизнанку. Я все еще не видела его, но ощущала его липкое присутствие повсюду. Хотелось стереть это ощущение с кожи металлической щеткой, даже если придется содрать все вплоть до костей.

У меня на счету осталось полтора часа до соревнования по фехтованию и объявления моего истинного имени. Еще пять часов до дебютного бала, который подготовила моя мать. У меня почти не осталось времени. Казалось я пытаюсь надышаться перед смертью, жаль что воздух вокруг уже давно был пропитан ее запахом.

Закончился обед и короткая прогулка по окрестностям. Прошла подготовка к фехтованию.

Осталось несколько минут до нашей встречи.

Глава 18

Проход под трибунами тонул в топоте ног и отзвуках голосов. Со всех уголков Империи прибыли ученики, чтобы участвовать в Играх и ожидали одного из последних состязаний, даже не зная что станут свидетелями первого появления Принцессы Люцифер в обществе.

Запах я услышала раньше шагов. Мята, горячий шоколад и сладкие фиалки.

Знаешь я мог бы и не приходить на твое выступление, как это сделала ты — донеслось у меня из-за спины.

Не мог, ты не настолько злопамятен — усмехнулась я Кристиану, на что он недовольно зашипел. В сумраке коридора его глаза блестели, в то время как мои я была уверена были блеклыми как у тухлой рыбы. Впервые на моей памяти ожидание вызывало во мне столько плохих мыслей, а тяжесть меча не давала успокоения. Меч всегда был для меня гарантией защиты, пока я не встретилась с ним. Одно его существование рушило всю мою жизнь, а я, сколько бы не тренировалась, ничего не могла сделать.

Волнуешься? — спросил Кристиан и я попыталась сосредоточиться на нем.

Перед соревнованием? Нет — я тяжело вздохнула, крепче сжимая ручку меча — но сегодня весь мир узнает мое настоящее имя.

Ты могла бы остаться Амандой — Кристиан подошел ближе.

Нет — резко возразила я — сегодня произойдут события, что послужат началом череды катастроф в моей жизни, а не Аманды Роузен. Я создала эту личность и сегодня я ее и убью.

Помнишь в первый день нашего знакомства ты спросил, какая я настоящая? — после недолгого молчания спросила я и Кристиан кивнул.

Любая какой ты видел Аманду, была настоящей, настолько насколько я могу быть таковой. Поэтому я не хочу, чтобы с исполнением пророчества столкнулась настоящая часть меня.

Из-за закрытых дверей послышался голос Императрицы, она просила выйти на арену финалистов состязания по фехтованию.

Удачи — прошептал Кристиан

Она мне не нужна — с ухмылкой ответила я и вышла на свет, под оглушающие аплодисменты.

Время вышло.

Глава 19

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Судья отсчитывал оставшиеся десять секунд. Вокруг в ожидании затихли зрители. Я выпустила воздух из легких и наполнила их снова. Воздух вокруг поглотила вонь гниения и отчаяния. Так пахло зло. Он и был воплощением этого зла.

Осколок моей души. Мой близнец.

Осталось пять секунд. Я обратилась в чувства восприятия. Запах, звук, тепло. Я слышала все, нашла учащенное сердцебиение Кристиана, Кати, Эдварда и еще более частое Николаса. Я чувствовала все, предвкушение, волнение, радость и глубокую печаль. Еще один вздох. Запах отчаяния исходил от моей матери. Она знала кто стоял передо мной.

Две секунды. Я сжала рукоять меча до побеления пальцев. Вздох. Идеальный контроль над своим телом. Каждая частица маны замерла, вторя моему желанию. Никакого страха, никаких эмоций, никакой реакции магии. Только покой. И всепоглощающий гнев.

Одна.

Я возвела меч раньше, чем голос судьи достиг моего слуха. В тот же момент