Пять желаний для счастья - Аглая Беккер

— Да ни за кого. — я растерялась и просто пожала плечами. — Я тут вообще случайно оказалась. Но мне нравится.

— Одна здесь?

— Нет. С другом. Он судья.

— Понятно. А я с братом. Он вон на той красной машине. — И показала на одну из первых машин. Большая и навороченная, за рулем которой сидел брутальный красавчик. — Классный?

— Кто? — я не совсем поняла ее последний вопрос.

— Мишка? Брат мой. А я Катя. — девушка протянула мне руку.

— Алина. — я пожала ей руку в приветствии, — Очень приятно.

— Ну так, что? Классный?

— Классный, классный! — мне стало немного неловко, хоть я и понимала, что ничего особенного Катя и не спросила.

Я машинально оглянулась в сторону судей, как будто только что совершила что-то нехорошее. Орлов был занят, но в последний момент обернулся и помахал мне.

— Это твой друг? — это не укрылось от моей новой знакомой. — Симпатичный. Вы пара?

— Нет, что ты! — я даже опешила от такой прямолинейности моей новой знакомой. — Просто друзья.

— А мой Мишка, кстати, тоже без девушки. Расстались. Так что он свободен. Могу познакомить.

— Кать, не стоит. Не думаю, что это будет интересно твоему брату.

Катя хотела возразить, но только успела открыть рот, как дали громкий старт и под дружные возгласы машины рванули с места. Дальше уже было не до разговоров. Мы во все глаза наблюдали за тем, что происходило на трассе.

Таких потрясающих эмоций я не испытывала очень давно. Как-то очень давно мы с папой ходили в цирк и там я просто обожала смотреть на мотоциклистов, на то, как они виртуозно гоняют по стенам, внутри всяких шаров и прочих сооружений. Но то, что я увидела сегодня, не шло ни в какое сравнение с детскими походами и зрелищами.

Сегодня был просто умопомрачительный драйв, ураган адреналина. На поле царил такой кураж, что все зрители были под мощным впечатлением от происходящего.

И я, забыв абсолютно обо всем, кричала вместе со свое новой знакомой. Даже голос мне, кажется, сорвала.

Ее брат Мишка все таки победил. Не без борьбы, конечно, но все же. И раз уж я всю гонку поддерживала его вместе с сестрой, то естественно очень порадовалась и его победе. Катя же просто с ума сходила от радости. Кричала ему, махала и прыгала от восторга на месте. Наверное, они очень дружны, потому что и Миша ей отвечал в том же духе. Была просто видна их незримая связь через весь стадион.

После окончания основного заезда, парни на своих машинах выписывали виражи на поле. Кто-то подъезжал к болельщикам и благодарил их.

Я уже собиралась покинуть это место и вернуться к Орлову, как к стойке резко подкатил Мишка. Катя бросилась ему на шею, но заметив мое стремление тихо уйти, тут же схватила за руку.

— Миш, познакомься, это Алина, — радостно вещала Катерина, — она тоже за тебя болела!

Миша тут же переключил свое внимание на меня, снял шлем и улыбнулся ослепительной улыбкой. Высокий блондин с голубыми глазами. Мечта всех смазливых девчонок. И пару лет назад может и я бы купилась на эту картинку. Но не теперь. К сожалению.

— Ну привет Алина! Спасибо. Оправдал я ваши ожидания, да?

— Ты молодец! Поздравляю с победой!

Я протянула руку ему, ожидая, что он пожмет ее. А Мишка быстро перегнулся через ограждение и обнял нас с сестрой и, видимо от переизбытка эмоций поцеловал.

Меня.

Не в губы, конечно, в щеку, но от этого не легче.

Я впала в ступор. Просто кожей ощущала на себе тяжелый взгляд Орлова, хоть и между нами было большое расстояние и толпа народа.

— Держи, красотка Алина! — Мишка протянул мне большого белого плюшевого зайца. — Это тебе! От чемпиона!

И спрыгнув назад к машине, рванул с места. Оставляя позади клубы пыли.

— А ты ему понравилась! — Катя одобрительно кивнула в его сторону. — дай мне твой телефон, он ведь все равно спросит у меня.

— Нет, Кать не стоит. Это лишнее. Ты прости. Я пойду. Меня ждут.

Катя пыталась возразить, но я за секунду затерялась в толпе.

Бежать. Как нашкодивший ребенок. Только бы Орлов не видел, как этот гонщик обнимал и целовал меня.

И вроде ничего предрасудительного я не делал, но моя интуиция кричала, что меня ждет экзекуция.

Знаете, есть отличный мультик-опера про зайчика. Ну, там где заяц поет, а ему хор отвечает «ПРЕДЧУВСТВИЯ ЕГО НЕ ОБМАНУЛИ!»

Вот и себя сейчас ощущала себя как тот заяц. Кое-как пробравшись через толпу народа к столу судей, близко подходить постеснялась. Не хотела мешать.

В глубине души теплилась надежда, что Орлов был занят и за мной не наблюдал. Но как только он поднял глаза, надежда умерла. Скоропостижно.

— Ты что там жмешься? — бросил он мне совсем недобро.

— Не хочу мешать. — сиплым голосом ответила я.

— А что друзья твои разбежались? — продолжал допрос Орлов не поднимая на меня глаза.

— Какие друзья? — решила включать дурочку. Может поможет.

— С которыми зажималась у стойки. — не пронесло.

— Разбежались! — бросила в ответ и резко развернулась в обратном направлении.

Тоже мне Отелло! Устраивать еще будет мне сцены ревности! С чего ради? Я девушка свободная — с кем хочу, с тем и зажимаюсь, в конце концов! Дело мое — кого хочу люблю… Ну и так далее!

Я направилась к парковке, к его машине. Я бы со психу сейчас и пешком ушла домой, да только далековато. И вообще — привез меня черте куда, так пусть доставит обратно.

Рядом с эти стадионом и трассой было небольшое кафе. Я сначала хотела время скоротать там, пока мой водитель завершал все свои важные дела. Но вовремя вспомнила, что мой рюкзак остался в его машине. И телефон тоже. И так у меня не было возможности оплатить себе даже кофе. Благо рядом с кафе были лавочки, и я расположилась на одной из них. Меня душила обида.

— Далеко вообще собралась? — Орлов не заставил себя долго ждать. Явился спустя минут десять. Навис надо мной большой тучей в ожидании ответа.

— Домой. — я не поднимала на него глаз, продолжала сидеть почти неподвижно. Только нервно теребила уши подаренного зайца.

— Да. Ну и что остановилась?

— Телефон и рюкзак в твоей машине остались. Вернешь? — я все-таки подняла глаза на него и совершенно спокойно спросила.

— Нет. — меня поражала его манера общения. Он как будто меня наказывал как маленькую провинившуюся девчонку.

— Ну хорошо. — я разозлилась и страх перед ним отступил. —