Старшая сестра - Лилия Фандеева

– Ирина, ты как здесь? – удивилась и обрадовалась Лена.

– Я как та гора, которая шла к Мухаммеду, или Магомеду, точно не помню, – ответила Ирина, обнимая подругу и чувствуя её упругий живот. – Это и есть причина того, что ты остаёшься? – спросила она, положив руку на живот Лены. – А сказать не судьба? Какой срок? – спрашивала она, снимая куртку.

– Пятнадцать недель. У меня будет мальчик. Ты понимаешь, почему я должна остаться? Проходи. Будем пить английский чай, – взволновано говорила Лена.

– Не понимаю. Ты чего больше боишься: того, что ты себя не обеспечишь или того, что Громов вас не примет?

– Мы поссорились по телефону, я не сказала, что беременная. Потом подумала, что оставаясь здесь, я справлюсь. Найду няню, выйду на работу и будем жить как раньше, но уже вдвоём. Пойми, я не хочу никому навязываться, а Сергей может решить, что я сделала это умышлено, – говорила она, готовя чай.

– Тебе конечно, виднее, но сказать о беременности ты просто обязана. Это не только твой ребёнок, но и его, – говорила Ирина, обходя квартиру. – По крайней мере, будешь знать, чего Громов твой стоит. С другой стороны, тебе лучше вернуться. Квартира есть, а содержание ребёнка повесим на папу. Лен, я, правда, не знаю, что для тебя лучше, но если вернёшься – можешь на меня рассчитывать.

– Спасибо. Я знала, что ты поймёшь, а не звонила потому, что не знала как всё объяснить, чтобы ты поняла, а ещё была почему-то уверена в твоём приезде. Вернее, мне очень хотелось надеяться на это. Мы с тобой чем-то похожи и стараемся прояснить для себя ситуацию, насколько это возможно.

– В этом ты права. Мы с тобой две взрослые дуры, которые дают друг другу советы, но при этом не могут решить маленькие проблемы, которые касаются непосредственно их. Правильно говорят о соринке и бревне. Что тебе мешает позвонить Громову и прямо сказать о беременности? Мне чего не хватает, позвонить Андрею? Мы боимся разочарования, подруга. Мы боимся с тобой услышать «нет» и ждём у моря погоды. А оно того стоит? Может выяснить всё сразу? Может принимать наших мужчин такими, какие они есть и не пытаться переделать? Это мы прекратили наши отношения и нам нужно сделать шаг к возможному примирению. Если не получится, винить не кого, но не останется и иллюзий.

Проводив Лену на работу, Ирина не смогла усидеть дома и выехала в город. Она гуляла и думала уже минут сорок, прежде чем решилась на звонок Сергею Громову.

– Привет, Громов!

– Привет, Ирина. Почему так официально? – усмехнулся он.

– Серёж, скажи мне: как ты относишься к Лене?

– Странный вопрос, а ещё больше странного в том, что ты задаёшь его по телефону. Давай встретимся и поговорим о моём отношении к твоей подруге, – по голосу Ирина поняла, что он начинает сердиться. – Где и когда?

– Прости. Я не дома и встретиться с тобой не могу, а ответ мне нужен прямо сейчас. Ответишь, и я открою тайну моего интереса.

– Ира, если бы я тебя не знал, послал бы к чёрту. Мы говорили на эту тему в ресторане два месяца назад. Забыла? Ты что от меня хочешь услышать?

– Правду. Говори так, как есть, как чувствуешь.

– Я любил Алёну, сказал ей об этом, сделал неофициальное предложение. Ждал её возвращения, чтобы сделать всё правильно. Мало того, мы планировали мой приезд в Лондон, чтобы помочь с переездом. Но она, спустя месяц, передумала возвращаться сюда, сказала, что поторопилась с решением и остаётся в Лондоне. Тебя устраивает мой ответ? – грустно говорил он.

– Хочешь узнать причину? – спросила Ирина и замолчала на десять секунд, думая о том, как объяснит свой звонок Лене. – Лена беременная. Срок пятнадцать недель. У тебя будет сын, Сергей Громов, – сказала Ирина на одном дыхании и дала возможность «переварить» услышанное Громову.

– Она тебе звонила? – после минутной паузы, спросил Сергей.

– Нет, Сергей. Я в Лондоне. Прилетела тайно сегодня утром. Извини, мне важно было выяснить причину перемен в её решении. Теперь я её знаю. Лена на работе, а я вышла на прогулку.

– Лена знает о твоём звонке?

– Ты сам понял, о чём спросил? Лена не станет привязывать тебя ребёнком. Ты сам говорил, что детей планировать нужно через два-три года. Сама она тебе ничего не скажет, а я не дам ей лишний повод для волнений и не скажу о звонке тебе.

– Как она себя чувствует?

– Внешне немного округлилась, а что у неё на душе, я не знаю. Ведёт себя так, как раньше. Она убедила себя, что поступает правильно, а я решила по-другому. Нужны они тебе – прилетай, а нет – значит, она права. Это всё, что я хотела тебе сказать. Будь здоров!

– Подожди, Ирина. Я люблю её и прилечу ближайшим рейсом. Ты сама реши, как будет лучше: сказать о прилёте или не говорить?

– Я тебе не звонила и ничего не знаю о твоих планах, но прилёта твоего дождусь, папаша.

Через два дня Громов прилетел, и Лена сама открыла ему дверь. Ещё через два дня Ирина улетела домой с чемоданом вещей Лены. День она провела в самой Москве, оставив вещи в аэропорту. По легенде она должна была привезти сувенир из Москвы. Подарки купила, а с погодой не угадала и промёрзла в одежде и обуви для Лондона. Рейс был ночной, Но его дважды откладывали. Посадку в самолёт начали в шесть часов утра вместо двух. Ирина уснула сразу после взлёта. Сказались усталость от прогулки по зимней Москве и часы ожидания посадки на рейс. Ей было голодно и холодно.

Получая свой багаж, после злополучной посадки, Ирина уже была потенциальной клиенткой одного таксиста. Он «поймал» её у самого выхода, взяв за ручку чемодан и сумку. Она не спорила, ей хотелось быстрее попасть домой. Сев в автомобиль, она назвала адрес, отправила сообщение Лене и позвонила сестре.

– Ты когда прилетела? – взволновано спросила Ася.

– Я еду на такси из аэропорта домой. Не волнуйся, со мной всё в порядке, – говорила неуверенно Ирина.

– Я знаю этот порядок. У нас второй день метель метёт, а ты говоришь в порядке. Позвони мне, как приедешь домой – тогда я буду спокойна.

– Вы не волнуйтесь, девушка, – говорил таксист, – для вас всё закончилось хорошо. Нервы, конечно, были на пределе, но это в прошлом. Хотите