Экстрим не предлагать! - Аманди Хоуп

— Как проверить? — удивилась Майя. — Я не хочу, чтобы в моих личных вещах рылись.

— Из каких соображений вы не хотите? — нашёл себе новую жертву Павел.

— Из таких, что мне не приятно, если кто-то будет шмонать мои вещи.

— Какое интересное выражение, вы, видимо, много общаетесь с разными слоями общества.

— Это моя работа! — начиная закипать, парировала Майя.

— И всё же вам придётся предоставить свои вещи для проверки.

— Даже не подумаю!

— Почему? Не потому ли, что именно вас к нам приставил Сандерс?

— Нет, не поэтому. Я не шпион Сандерс, я просто на него работаю.

— Ну, это всего лишь ваши слова. Почему мы должны вам верить? У Сандерс своеобразный способ определять профессионализм женщин.

Великопольский нарывался получить ещё один удар в челюсть. Народ смотрел уже испуганно, кажется, назревала ещё одна драка.

— Павел Сигизмундович, если у вас есть какие-то конкретные претензии ко мне — говорите! Или это ваше хобби — обвинять беспочвенно?

— Его хобби — получать в челюсть за это! — неожиданно для всех поддержала ее Дарья.

Их спор прервал Ершов, дабы предупредить кровопролитие.

- Прекратите все! Павел, ты переходишь все границы! Я ведь тоже могу забыть о деловой этике, — он грозно глянул на Великопольского, а затем, уже более миролюбиво добавил: — Надо сначала позавтракать, иначе мы друг друга поубиваем.

Все дружно поддержали предложение начальства и принялись за приготовление завтрака. Злополучное письмо на время отложили.

После завтрака обсуждения письма продолжили, но уже в более спокойной обстановке. Всё-таки, сытый желудок способствует доброму расположению духа.

По заранее намеченному плану, Фима увёл Майю, якобы исследовать остров на предмет жителей. Остальные принялись за неприятнейшее дело — выявление шпиона путем досмотра личного багажа.

— Осматривать будем все вещи, — сказала Дарья. — Любой может оказаться человеком Сандерс.

— Почему это любой? — начал вновь возникать Великопольский. — Дарья Андреевна, вы, что же не доверяете своим коллегам?

— Как говорится: доверяй, но проверяй! И некоторым коллегам я, действительно, не доверяю. И вам в первую очередь!

— Это почему же?

— Потому что, Павел Сигизмундович, — ответила она предельно вежливо. — Вы не отягощены моральными принципами и Сандерс мог вас, элементарно, купить.

Павел ещё какое-то время повозмущался, но, поймав на себе недружелюбный взгляд Станиславовича, предоставил свои чемоданы к осмотру. За ним потянулись и остальные. Женские вещи осматривали особенно тщательно, потому как этим процессом руководил Павел. Досмотр багажа Дарьи и Майи он проводил лично, с особым пристрастием, причем дважды.

Дарья совершенно равнодушно наблюдала за его действиями и только иронично хмыкала.

— Вы бы ещё в трусы залезли, — не выдержала Нюся.

— Надо будет — залезем — ответил Павел, как заправский следователь.

У Нюси от обиды навернулись на глаза слёзы.

— Анечка, не расстраивайся, мы тебя в обиду не дадим, — лёжа на спине и грызя соломинку, сказала Дарья, как будто происходящее её совсем не касалось.

Нюся успокоилась и тоже прилегла рядом с Дашей. Та ей подмигнула, и Нюся даже заулыбалась. Почему-то рядом с таким начальством, а особенно под её защитой девушка чувтсвовала себя в полной безопасности.

Процесс «шмонания» подходил к концу, а шпион так и не был найден, в личных вещах ничего подозрительного не обнаружили.

Все вздохнули с облегчением, неприятная процедура окончена, «засланца» среди них не было. Даже дышать стало легче.

— Ну что ж, теперь придётся осматривать остров! — уведомил всех Ершов. — Найдя людей Сандерс, мы сможем передать ему всё, что мы о нём думаем!

Станиславович погрозил куда-то в небо кулаком.

— Разделимся на пары и разойдёмся в разные стороны. Раз уже Майя с Фимой пошли налево.

— Очень символично, — прошептал на ушко Дарья Великопольский.

Ростислав его услышал и встал между ними.

— Павел с Эллой идут в эту сторону, — продолжал отдавать распоряжения Станиславович. — Артур с Нюсей и Васей туда, — он показал рукой.

— А почему мы втроём? — возразил Вася, у него были свои планы относительно этого похода.

— Чтобы вы не потерялись, уважаемый курьер. И других глупостей не натворили. Артур будет за вами присматривать, — отмёл все возражения Ершов. — Ростислав пойдёт с…

Он не успел договорить, Дарья поняв, что именно с ней должен пойти Ростислав, перебила:

— Кто-то должен остаться в лагере с Валентиной.

Ершов пристально посмотрел на неё:

— С Валентиной останусь я, Дарья Андреевна, или вы против?

— Нет, не против. Я, пожалуй, пойду вдоль берега.

— Одной я не разрешаю тебе бродить, Дарья. В этом я солидарен с психологом. Остров может быть опасен.

— Я смогу за себя постоять, — всё ещё сопротивлялась она.

«Лучше я встречусь с дикими зверями, чем идти с Ростиславом!» — и она быстро пошла в нужном направлении.

— Я присмотрю за ней! — пообещал Ростислав Станиславовичу, и побежал догонять.

В это же время в противоположном направлении двигалась другая пара — Фима и Майя.

Какое-то время шли беспечно болтая обо всем подряд: погода, мода, кино.

Вдруг Майя неожиданно спросила:

— Ефим Семенович?

— Можно просто Ефим или, как называют меня друзья, Фима.

— То есть вы предлагаете мне дружбу?

— А что здесь удивительного? Да, предлагаю!

— Хорошо, Фима, ответьте мне тогда, как друг…

— И можно на «ты», — вновь перебил Фима.

— На «ты» тоже принимается. Но я все-таки, с твоего позволения, задам интересующий меня вопрос. Скажи, Фима, а ты ведь увел меня из лагеря совсем не с целью искать здесь пособников Сандерс?

Фима смутился, но спохватившись, возмутился:

— На что вы намекаете?

— Помнится, мы на «ты» перешли. И я не намекаю, а точно знаю, что сделал ты это по просьбе своей жены. Я заметила, как она давала тебе ценные указания. И я почти уверена, что сейчас твои коллеги во главе с твоей неугомонной женушкой обыскивают мои вещи.

— Если ты обо всем догадалась, почему пошла со мной? — удивился Фима, решив не отпираться от выдвинутых обвинений.

- Во-первых, мне нечего скрывать и соответственно нечего бояться, а, во-вторых, хотела с тобой пообщаться наедине.