Дневник осени - Белла Торн

Справедливость, может, и вправду где-то на подходе, но она не очень-то торопится. Я все жду, когда миссис Дорио сделает объявление о том, что им удалось найти автора сайта, или когда сама Ринзи проколется и тайное станет явным, но пока ничего подобного не происходит. И даже хуже: волна ненависти ко мне только растет. Если Ринзи на костылях была новостью-однодневкой, то грязи на сайте «Зима тревоги нашей» хватит на то, чтобы будоражить умы общественности и поддерживать общее возмущение до конца учебного года.

Сегодня у меня занятия по ПАП, поэтому я быстро заканчиваю обед. Мне хочется быть первой в «Черной комнате», чтобы успеть занять место в самом дальнем углу комнаты и, таким образом, отгородиться от остальных раньше, чем они сделают это сами. Я вставляю в уши наушники, закрываю глаза и слушаю музыку в ожидании начала.

Кто-то вытаскивает у меня наушник из правого уха. Я поворачиваюсь и вижу Шона на соседнем стуле. Он запихивает мой наушник себе в ухо.

– Ух ты, не знал, что ты поклонница Бетховена, – говорит он, покачивая головой в такт музыке.

– Что? Но это же… – Тут до меня доходит, что он шутит, и я выдергиваю свой наушник из его уха.

– Да ты юморист! – Я выключаю музыку. – Как там Ринзи?

– Нормально. Я стараюсь максимально облегчить ей жизнь.

– Ты просто ее ангел-хранитель! – В моем голосе больше сарказма, чем мне бы хотелось. – Я имею в виду, что ей с тобой повезло, – поправляюсь я.

Шон в ответ тоже пожимает плечами.

– Они с Тревором расстались, и я сейчас выступаю в роли жилетки. Но это ничего. Она бы сделала для меня то же самое.

Мне снова удивительно, что Ринзи, какой он ее видит, и Ринзи, какой вижу ее я, – это один и тот же человек.

Места в аудитории постепенно заполняются. Скоро начнутся занятия. Шон наклоняется поближе ко мне и спрашивает, приду ли я после посмотреть на его тренировку, но мне не хочется сидеть среди такого количества враждебно настроенных людей. Особенно после слов Джей-Джея, что, по всеобщему мнению, я использую это время на то, чтобы шпионить за людьми и собирать свои грязные материалы.

– Не могу, – просто отвечаю я. По тому, как он нахмурил лоб, я вижу, что он думает, будто меня это огорчает. Да, пожалуй, так оно и есть. Немного.

– Последние пару дней были довольно тяжелыми, – говорит он. – Но мне хотелось бы извиниться. В понедельник я вел себя как полный придурок. Ну, с этим сайтом. Я хорошо подумал обо всем и теперь знаю, что это была не ты.

– Спасибо… Но не очень-то приятно, что, для того чтобы прийти к такому мнению, тебе понадобились продолжительные размышления. Особенно после бала. Я думала, ты достаточно меня знаешь, чтобы не сомневаться.

Шон, похоже, не знает, что на это ответить. Да и я не знаю, что еще сказать. Начинается ПАП. После занятий он останавливает меня, схватив за руку, прежде чем я выхожу из аудитории.

– Можно написать тебе попозже?

Как только он ко мне прикасается, мое сердце начинает прыгать в груди. Меня не очень-то радует, что у него были сомнения на мой счет, но я не готова поставить крест на наших отношениях.

– Будет здорово, – улыбаюсь я ему в ответ.

Так он и поступает, и у нас с Шоном все постепенно налаживается. Теперь мы перезваниваемся или переписываемся каждый вечер. Мы не встречаемся, потому что он занят тренировками и помощью Ринзи, а я стараюсь держаться от нее как можно дальше.

Люди продолжают болтать обо мне всякий вздор, поэтому очевидно, что блокнот пока не очень-то мне помог. Может, это пожелание как раз и было из разряда невыполнимых. Попробую что-нибудь другое. Хоть Эдди такого и не говорила, но у меня сложилось впечатление, что блокнот не рассчитан на многозадачность. Возможно, когда загадываешь новое желание, оно аннулирует предыдущее, а мне бы этого не хотелось.

Единственное положительное во всем этом то, что я сейчас завалена работой над школьными проектами, включая реферат по «Гамлету», который надо сдать к концу следующей недели. Поэтому я занята каждый божий день, даже в выходные. В понедельник у меня все еще куча несделанного, и после занятий я сообщаю Амалите, что мне, скорее всего, придется трудиться всю ночь, чтобы хоть немного продвинуться вперед.

– Но ты же прервешься в 9:55, да? – спрашивает Амалита с придыханием.

– Зачем?

– Estas bromeando^[78]? В это время на шоу «Поп-идол» объявляют результаты конкурса Кайлера Лидса! Разве ты не хочешь услышать, как в эфире назовут мое имя?