Святой и грешница - Джессика Симон

– Это зависит от многого, Рой.

Улыбка американца прибавила ей мужества.

– Ммм? От чего же именно?

– Ну, например, от того, почему Марк ведет себя как собака на сене. – Она перевела взгляд с человека, держащего ее за руку, на мужчину, который владел ее душой и серд-цем. – Мистер Стоун никогда не делал секрета из того, как относится ко мне. Не понимаю, какая ему разница, в чьих объятиях он меня увидит – в ваших или чьих-нибудь еще?

Марк встретил ее насмешливый взгляд с каменным лицом.

– В самом деле, что это я? Ведь я давно уяснил, что вы не можете оставаться надолго без мужчины!

Он круто повернулся, но если думал, что сможет вот так просто уйти, то ошибся! Джейн догнала его и схватила за руку.

– Черт побери, Марк Стоун! Как только вам в голову пришло такое?

– Очень просто, вы даете к этому повод, мадам!

Он отнял свою руку и скривил губы в подобие улыбки, от которой сердце девушки сжалось, – столько в облике и словах этого человека было издевки и презрения.

– Знаете, зачем я пришел сюда сегодня, маленькая грешница? Пришел выяснить раз и навсегда, не сделал ли я ошибки. Но теперь думаю, мое пребывание здесь никому не нужно. Согласны? Я получил ответы на все вопросы, которые у меня еще оставались!

И Марк продолжил свой путь, не обращая внимания на девушку. Он снова уходил от нее, и никогда у Джейн больше не будет шанса заставить его понять, как он ошибается!

Ее охватило отчаяние. Она беспомощно оглянулась, словно в поисках средства удержать любимого, – и нашла-таки безошибочный способ заставить Марка остановиться, слушать ее так долго, как только она сама этого захочет!

– Грей, держать! – Команда прозвучала отчетливо. Пес тут же кинулся выполнять приказ. Несколькими мощными прыжками он настиг мужчину и ухватил за рукав, принудив остановиться.

– Какого черта?.. – Лицо Марка ежесекундно меняло выражение. Он пытался освободиться от собаки, но Грей и не думал выпускать добычу.

Джейн сделала несколько шагов, чтобы оказаться лицом к лицу с обидчиком. Может, она и ведет себя сейчас как дурочка, но все же не намерена упускать такую возможность!

– Я остановлю Грея, если вы дадите слово, что выслушаете меня.

– Вы не можете мне сказать ничего такого, что я хотел бы услышать! А теперь кончайте эту игру, мисс Клод! Предупреждаю, у меня нет настроения шутить! – Глаза Стоуна потемнели от ярости, стали почти черными, какая-то жилка билась на виске, но все же было в его взгляде что-то такое, отчего сердце Джейн застучало еще сильнее и пришла уверенность: все-таки стоит рискнуть.

Она сделала еще один шаг и остановилась совсем рядом, спокойно глядя в лицо разгневанного упрямца.

– Зачем ты пришел?

Марк отвернулся, но все же ответил хрипло:

– Потому что я дурак! Я подумал, только подумал, что ошибаюсь в отношении вас!

– Это так важно для тебя? – Джейн шагнула еще, и теперь оказалась так близко, что они почти касались друг друга. Теплые волны от его тела текли сквозь нее, прогоняя холодок, пронизывавший душу последние две недели.

– Конечно важно!

– Почему? Это могло что-то изменить? Скажи, почему?

В какой-то момент девушка потеряла всякую надежду, что он ответит, и слышала только свое сердце. Но Марк заговорил. Слова с трудом прорывались сквозь стиснутые зубы:

– Потому что я люблю тебя, черт побери! Я люблю тебя, Джейн!

Радость обрушилась так, что закружилась голова. Медленно, очень медленно, будто во сне, Джейн приблизилась к возлюбленному вплотную и, глядя в глаза, положила руку на его плечо.

– И я люблю тебя, милый.

Сколько чувств сменилось на лице ошеломленного мужчины за какое-то мгновение! Гнев, недоверие, радость, наконец, медленное понимание, что услышанное – правда.

– В таком случае тебе не кажется, что с этим пора что-нибудь делать? – хрипло спросил он.

Джейн засмеялась:

– Думаю, давно пора.

Марк улыбнулся в ответ, наклонился, чтобы поцеловать, и, вздрогнув от нового рычания Грея, насмешливо поднял бровь, показывая глазами на пса.

– Может, ты разрешишь ему отпустить меня? А то мои движения немного скованы.

По команде пес раскрыл пасть, Марк снова наклонился, и тут счастливая пара услышала покашливание Роя.

– По-моему, я мешаю! – сказал Смит. – Посему хочу попрощаться. Будьте счастливы! – Он помахал рукой и двинулся вверх по тропинке. Мисс Клод следила за удаляющейся фигурой с легкой улыбкой.

– Еще не поздно остановить его, Джейн. – Голос Стоуна стал тяжелым, в нем была боль, которую теперь он не пытался скрыть. Девушка повернулась и снова увидела перед собой холодную маску вместо лица.

– Но я не хочу его останавливать. Я люблю тебя, Марк! Только тебя. Несмотря на твои предположения, между мной и Роем никогда ничего не было!

Возлюбленный притянул ее и прижал к себе так крепко, словно больше никогда не собирался отпустить.

– Каким я был дураком, Джейн! Слепым, упрямым дураком!

– Да! – Она счастливо засмеялась. – Ты же не хочешь, чтобы я солгала тебе, не так ли, милый?

Он пропустил пряди ее волос сквозь пальцы, опрокинул голову любимой назад и стал легко и нежно покусывать беззащитную, напрягшуюся на шее жилку в знак чувственного, волнующего наказания.

– Боюсь, только молчание спасет нас в данных обстоятельствах!

Джейн повергло в дрожь прикосновение губ к ее коже.

– Нет, не молчание будет спасать нас, Марк, а правда.

Он мягко взял ее лицо в ладони.

– Она заключается в том, что ты любишь меня?

Марк так явно нуждался в том, чтобы Джейн еще раз подтвердила свое признание, что у нее сжалось сердце. Видеть сильного, несгибаемого, бескомпромиссного Стоуна таким беззащитным было поистине мучительно.

– Да. Я люблю тебя. Люблю сильнее, чем могла бы это выразить словами. Даже сильнее, чем могла бы это показать. Но я сделаю все, чтобы ты почувствовал мою любовь, – сказала Джейн и добавила: – Если ты мне позволишь, конечно.

– Милая! – В его обращении звучало неприкрытое желание. Она тут же почувствовала, как ее тело отозвалось. Марк поцеловал девушку, не скрывая силы своей страсти. Милая ответила с неменьшим пылом. Только бы он поверил, как сильна ее любовь!

Первый яростный поцелуй повлек за собой другие. Вихрь прекрасных чувств, казалось, поднял их над землей и понес куда-то с неистовой силой. Марк опустился на песок, притянул желанную к себе, и она радостно ему отдалась. Джейн любила его, и он любил ее. Это был высший миг, когда сами небеса, казалось, повиновались власти их чувства. Два тела слились в порыве абсолютной любви и полного доверия. Девушка обхватила ладонями лицо любимого, целуя губы, скулы, веки, каждую его черточку. Она физически ощущала, как вместе с этими ласками ее покидают последние остатки душевной боли, уступая место беспредельному счастью.