Исполнение желаний - Люси Рэдкомб

– Ты умеешь водить самолет? – против воли вырвалось у Сесил. Ей всегда хотелось научиться этому.

– Когда мне исполнилось восемнадцать, бабушка стала учить меня управлять самолетом. Я увлекся; не сомневаюсь, что именно этого она и добивалась. Джулия не уступала в коварстве моему отцу. Она не скрывала, что хочет оставить ранчо именно мне.

– Так оно и вышло.

– Наверное, сейчас она смотрит на нас сверху и смеется.

– Прошу прощения, что не могу присоединиться к вашему веселью. Обращение со мной как с племенной коровой притупило мое чувство юмора.

– Ты ни на секунду не верила, что я говорю серьезно, – парировал Говард. – Но зато перестала отрицать, что беременна. Это уже что-то.

– Я не беременна!

– Я мог бы ответить «нет, беременна», но это было бы недостойно взрослого и ответственного человека, которым я усиленно притворяюсь.

– Ты намекаешь, что я веду себя как девчонка?

Прежде чем ответить, он поймал и удержал руки Сесил.

– Я намекаю на то, что твоя беременность многое меняет, нравится тебе это или нет.

Итак, несмотря на клятвенные заверения в обратном, ему самому это не нравится. Никакие слова и поступки Уэйна не могли бы переубедить ее.

– Ты хорошо воспитала Кэм, но тебе прекрасно известно, что ребенку нужны оба родителя.

– Любящих родителя.

– Ну, чего-чего, а любви нам с тобой хватает.

– Я говорю не о сексе! – гневно воскликнула она. – Секс в браке не главное!

– Спасибо, Сесил. Я тоже так думаю. – Довольный Уэйн смотрел на нее как хищник, вонзивший когти в свою жертву. – Но я имел в виду другое. Дело в том, что Кэм любит и меня тоже.

– Пользоваться чувствами ребенка низко!

– Ну почему же? – спросил он, не испытывая ни малейших угрызений совести. – Мужское влияние пойдет Кэм только на пользу. Ты должна признаться, что в данном отношении Берни до меня далеко.

– Это не имеет никакого значения. Ты же сам рьяно отстаиваешь права биологического отца!

– Он женат. И давно потерял все отцовские права… если вообще имел их. – У Говарда раздулись ноздри от возмущения. – И вскоре я доведу это до его сведения.

– Нет! Не смей! – ахнула Сесил, представив себе реакцию бедного Пьера. Берни наверняка решит, что она сделала это нарочно. А что будет, если об этом узнает Иветт?

– Давай договоримся. Я оставлю Берни в покое, а ты перестанешь притворяться. Я не смогу говорить с тобой о практических приготовлениях, если ты будешь продолжать отрицать, что беременна.

Она хотела отказаться, но сдержалась. Черт с ним, пусть подавится, лишь бы держался подальше от Пьера! А завтра она пойдет к Ралфу Уэйну и силой заставит его признаться во лжи.

– Практических приготовлениях?

– Я имею в виду предписания твоего гинеколога. Мне бы хотелось выполнять их вместе с тобой.

– У меня нет своего гинеколога.

– Ты что, вообще не посещаешь врачей? – Когда она кивнула, Уэйн недовольно нахмурился. – Тогда первым делом мы…

– Го, наверное, ты прав, но сейчас я ужасно устала. – Притвориться измученной было нетрудно; Сесил была на грани нервного истощения. Увидев встревоженное лицо Уэйна, она ощутила чувство вины.

– Значит, до завтра? – Он нежно погладил ее по щеке.

Сесил задумчиво кивнула; ей отчаянно хотелось потереться щекой об эту ласковую руку. Когда Го убрал ладонь, она испытала противоречивые чувства.

Уэйн давно закрыл за собой дверь, а Сесил все еще ощущала прикосновение его пальцев. Это ощущение нельзя было смыть никакими слезами.